Чтение онлайн

Первым из головной машины спустился лысый мужчина лет сорока на вид, в кожаной куртке и очках. Я узнал его Источник ещё до того, как разглядел лицо — это был тот самый координатор Шрама, которого я впечатлил во время нашей первой «неудачной» встречи у магазина Тимура.

— Череп, ваше благородие, — сухо представился он. — Координирую логистику.

Поздоровавшись в ответ, я провёл его к ящикам, в которых были уложены крылья пепельников. Гвардейцы помогли вскрыть первые три, и Череп, подозвав трёх своих товарищей, натянул перчатки и присел на корточки возле первого ящика.

Они

начали осматривать кости. Цицерон стоял неподалёку — с виду безмятежно, а на деле его глаза тщательно бегали, проверяя подсчёты шрамовской братии.

— Впечатляет, — спустя тридцать минут произнёс Череп без тени преувеличения. — Гораздо больше, чем мы предполагали, и качество на высоте. Мы рассчитывали на тридцать процентов брака, а тут, если судить на глаз, практически всё без изъянов.

— Мы своё дело знаем, — отозвался я.

— Заметно. — Череп обернулся к одному из своих бойцов и коротко кивнул. Тот вытащил из кабины два чемоданчика и поставил их на землю у моих ног.

Череп щёлкнул замками первого чемоданчика. Внутри лежали аккуратные пачки купюр. Содержимое второго было таким же.

— Здесь ровно за сто особей, — сказал координатор. — Но вы умудрились добыть сто шестьдесят одну.

— Сто шестьдесят одну с половиной, — поправил Цицерон из-за моей спины.

Череп удивлённо поднял бровь, а затем одобрительно хмыкнул и кивнул:

— Сто шестьдесят одну с половиной, — повторил он. — Разницу готовы перевести на счёт. Нужны реквизиты.

Мирослава достала телефон и поднесла экран Черепу — тот сделал фотографию экрана.

— Перевод придёт в течение часа, — сообщил он. — Всё по двойному тарифу, как обговорено. Если необходимо, можем остаться на вашей земле до поступления средств на счёт.

Я кивнул, принимая условия.

Погрузка заняла ещё минут тридцать. Череп ещё раз лично проверил каждый ящик, фотографируя, и сверился со списком. Потом его люди надёжно фиксировали ящики внутри кузова, чтобы избежать деформации.

Пока всё это тянулось, на счёт капнули недостающие средства, о чём я сразу и уведомил Черепа. Мы попрощались, грузовики развернулись и направились в сторону трассы.

Проводив их взглядом, я посмотрел на два чемодана, стоящие у моих ног, затем на Миру.

— Ну вот, — сказал я. — Давай занесём в дом. Теперь бюджет точно спасён. Спокойной но…

Договорить я не успел — мой телефон зазвонил. Достав его, я хмыкнул — экран высветил имя: «Майор Коновалов А. В.».

— Доброе утро, Андрей Викторович, — ответил я. — С самого утра в трудах праведных?

— Приветствую! А как иначе, Северский! — Голос майора был бодрым и злым одновременно. — Не разбудил?

— Для этого мне нужно было сначала лечь, — ответил я.

— Понимаю, — отозвался он. — Тогда не буду тянуть. Ваш вологодский приятель Жлобин накатал рапорт. Обвинения: несанкционированное применение средств массового поражения на территории заповедника, уничтожение флоры на площади, цитирую, «не менее полутора десятков гектаров». Далее: отказ от сотрудничества с местным отделением СПС и, моё любимое, «умышленное сокрытие трофейного материала, полученного сверх условий контракта».

—

Сочувствую его ёлкам, что тут ещё сказать, — равнодушно произнёс я. — Он предлагал «помочь с погрузкой» за двадцать процентов от костного материала.

— Ха! — Коновалов расхохотался. — Вот жук! Не в первый раз слышу такое про вологодских. Они вообще считают, что всё, что летает или ползает на их территории, принадлежит им по умолчанию. Но рапорт этот, Северский, чистая вода. Контракт оформлен через нас, подтверждён официально, ваши полномочия указаны чётко. Жлобин может хоть десять рапортов написать, ни один не выстрелит.

— Но шума наделает? — уточнил я.

— Вряд ли, — усмехнулся Коновалов. — Но я на всякий случай решил поставить вас в известность.

— Понял, Андрей Викторович. Спасибо.

— Не за что. Одно дело делаем, Антон Игоревич. Если бы все аристократы истребляли монстров с таким же рвением, как вы, мир бы стал лучше. Ну да ладно, отдыхайте уже. Вы там, небось, с ног валитесь.

— Почти угадали, — отозвался я.

Он хмыкнул и повесил трубку.

Я убрал телефон и встретился взглядом с Мирой. Она стояла с телефоном у уха и ждала, пока я закончу.

— Браунштейн, — произнесла она, прикрыв трубку ладонью. — Говорит, не мог до тебя дозвониться. На тебя иск пришёл от Вологодского СПС.

Я задумчиво хмыкнул.

— Да, Виктор Валерьевич, он рядом, — сказала Мира в трубку. — Да, я передам.

Она снова прикрыла трубку ладонью и перевела на меня взгляд.

— Браунштейн передаёт, что иск юридически несостоятелен. Все обвинения либо голословны, либо прямо противоречат условиям традиционных контрактов. Он уже запросил в наш СПС копию твоего контракта со Шрамом и сегодня подготовит встречный иск, направленный на защиту чести и достоинства.

— Передай ему мою благодарность, — сказал я.

Мира коротко улыбнулась, попрощалась с юристом и убрала телефон. Потом посмотрела на денежные чемоданчики и устало выдохнула:

— Спать?

— Спать, — подтвердил я.

Проснулся я уже сильно за полдень. Солнце перевалило через зенит и теперь яростно било сквозь занавески, а из приоткрытого окна где-то вдали доносился стук молотков.

Я перекатился с кровати на пол, выполнил серию отжиманий, размял шею и плечи. Умылся, оделся и вышел из дома, плавно прикрыв дверь — Мира всё ещё была у себя, и хоть из её комнаты и доносился какой-то шорох, пусть лучше поспит пару лишних минут. И так за десятерых работает девушка.

Территория участка выглядела непривычно тихо. Часовые стояли на своих местах, но и только лишь. Часть гвардейцев ещё спала, а те, кого подняли на смену пораньше, казались вялыми.

Неудивительно, после такой-то ночки.

Я направился к дому бабы Гали — нужно поднять Петровича и Игошу.

Переступив через порог калитки, я увидел Мишку у крыльца. Из обоих плечевых суставов торчали обломки каменного каркаса.

— Досталось же тебе, Михаил, — произнёс я, погладив голема по лбу и наспех проверив энергетические конструкты. — Потерпи немного. И тебя вылечим.