Овермун
Шрифт:
– Нет, - приболевшая быстро покачала головой.
– Я пойду, сварю тебе куриный бульончик, - безапелляционно ответила Алиса.
– Когда я вернусь, все должно быть выпито, а ты должна лежать неподвижно под одеялом.
– Есть, мэм!
– выдохнула Карина угрюмо.
Алиса снова удалилась. Был слышен шелест целлофановых пакетов и звон посуды. Карине на секунду стало стыдно из-за того, что ее подруга сейчас ухаживает за ней, словно за беспомощной. Еще и продукты покупает для нее. Но эти мысли затмились возвращением тревог и волнений.
В воскресенье должна состояться вечеринка, к которой обычно готовятся не меньше двух недель.
Собирая все мысли, которые копились в ее голове довольно долгое время, владелица ночного клуба поняла, чего хочет от будущего праздника. Залогом успеха вечера будет вот эта самая стрела. А остальное продумать несложно.
– Вот и я!
– Алиса держала в руках поднос с глубокой тарелкой, внутри которой плескался ароматный бульон.
– Так, боль моя, готова к принятию пищи?
– Будем считать, что да, - вздохнула Карина, приподнимаясь и принимая поднос.
– И с хлебом, пожалуйста!
– предупредила подруга.
– Ты должна набраться сил.
– Увы, они мне действительно понадобятся...
Она съела несколько ложек довольно неплохого на вкус бульона, все не решаясь направить разговор в нужное русло. В конце концов, объявление новости о предстоящей вечеринке заставит Малинину думать, что несчастная бредит в горячке.
– Ты сама-то не голодна?
– почти осуждающе спросила Карина.
– Диета!
– ответила Алиса, разведя руками.
– Да и не хочется почему-то.
– Как у тебя только сил хватает ухаживать за мной, терпеть мои проблемы?..
– осторожно, очень осторожно она хотела начать разговор.
– Это меня не напрягает. Да и, собственно, не могу же я оставить тебя больной и с пустым холодильником?
Карина усмехнулась. Добавила, что перекантовалась бы как-нибудь пиццей.
– Что, и беднягу Саурона этой гадостью бы пичкала? Он совсем изголодался по мясу.
– Ничего подобного! Я кормила его этим утром!
– Посмотрела бы я, как бы ты выглядела после недели одноразового питания, - буркнула Малинина.
– Двухразового, - поправила Карина.
– У него тоже диета, так что не надо наговаривать.
– Как скажешь!
– пожала плечами Алиса.
– Но, надеюсь, ты не будешь спорить с тем, что домохозяйка из тебя никудышная?
– Зато "идол толпы" - просто суперский.
Алиса хохотнула, соглашаясь. А потом насторожилась, когда увидела, что подруга нервно скребет ложкой по дну.
– Я что, пересолила?
– поинтересовалась она.
– Вроде бы, нормально все было...
– Бульон отличный, - возразила Карина.
– Это я с проблемами... Мм-м... Самир звонил.
Алиса дернулась, сдвинула брови.
– Чего он хотел?
– Мне кажется, ты можешь догадаться.
Малинина догадалась.
– И ты согласилась?
– В том-то и состоит проблема.
Карина доела бульон, поставила поднос на прикроватную тумбочку. Завернувшись пледом, она еще какое-то время смотрела на неподвижную Алису.
– Ну?
– Я сказала, что в это воскресенье вечеринка месяца.
– Очень умно!
– воскликнула Алиса.
– Ты соображаешь, что натворила?
– Алиса, иначе я не могла отвязаться.
Малинина шумно вздохнула, поднялась с места. Приложив к подбородку кулак, она стала о чем-то напряженно думать. Потом вновь посмотрела на Карину: у той были очень грустные зеленые глаза.
– Не смотри на меня так!
–
– Я думаю, как все это будет происходить... Что за задача! И какая тема вечера, а? Я тоже не фонтан, идеи мне на голову не сыплются!..
– Успокойся немного! Тема у нас готова. Вот это она и есть.
С этими словами она изъяла из-под одеяла стрелу.
Глаза Алисы тут же загорелись:
– Все, это будет шедевр, - пообещала она.
Моментом позже Малинина схватила несколько листков с полки компьютерного стола Карины, взяла карандаш. Что она делает, сама Карина не знала. Она только добавила, что уже знает, где взять часть реквизита.
– Алло, Форс? Да, это я. Извините за беспокойство, но я хотела бы обратиться к вам с одной просьбой... Да-да, я понимаю... Так вот, вы помните, вчера вы просили поработать над новым праздником? Да, именно. Я действительно уже кое-что придумала. Мне нужна ваша французская коллекция... На когда?.. К воскресенью, милсдарь!
Она довольно отключила телефон и посмотрела в сторону стола.
– Алиса, позволь узнать, чем ты занята?
– Ха! Ты такого еще не видела! Все будет грандиозно!..
Остаток дня был проведен в горячих дискуссиях, восторженных возгласах и бурном потоке идей. Казалось, Пегас в тот день был на коротком поводке у Алисы. Во всяком случае, такого вдохновения и желания творить она не ощущала давно. Так что, пока она готовила ужин, Карина не успевала записывать подробности программы вечера. На столе, под ее рукой, лежали эскизы будущих декораций. Они и правда были необычны и, конечно, поистине грандиозны. Не решенным оставался всего один вопрос: хватит ли времени, дабы осуществить проект?
Решено было, что Алиса уже не едет домой. До полуночи обе девушки все еще были погружены в обдумывание деталей и того, как все будет осуществляться. И так как задача Алисы состояла в бурном креативе, то на Карину легла часть его исполнения. Несчастная Акиллер думала, что сперва три раза умрет и только потом, быть может, осуществит все идеи за какую-то неделю. К первым секундам нового дня план был ясен: утром они обе отправятся в ближайшую редакцию журнала, дабы сделать рекламу, чуть позже сообщают Владиславу Ростиславовичу о его новой обязанности - закупки напитков и "продовольствия" для вечера, - потом посещают одно из модельных агентств, набирают там хорошеньких девиц, потом к хореографу, потом... Ох, вряд ли мне удастся перечислить все их предполагаемые визиты. Одно можно сказать точно: день обещал быть крайне напряженным. Только искренняя заинтересованность в процветании клуба заставляла их так трудиться.
Обе ложились спать в задумчивости. И хотя предполагался ранний подъем, ни одна не могла заставить себя уснуть. Поэтому ночь долго тянулась... Карину отвлекал любой посторонний шорох, и она ясно помнила, что время от времени слышала что-то, напоминающее скрип половиц, как будто кто-то ходил рядом. Но дом ее детства слишком стар и неустойчив, разве не бывает в таком посторонних звуков?
– Карина, с добрым утром!
– С добрым!
– Температура есть?
– Нет!
Так бодро она еще никогда не просыпалась: резко подняв голову, почти подпрыгнув на кровати. Сделала несколько разминочных движений, потом подошла к зеркалу. Кажется, ее лицо в полной норме: чуть бледно, однако не лишено гладкости, обаятельной улыбки и блеска глаз. Как чудно, просыпаясь утром, видеть не заспанное чудовище, а милую девушку с едва растрепанными волосами.