Окраина
Шрифт:
Аппарель открыли из кабины. Выпускающий бортовой техник, безвольной куклой, еще после первого рывка вист на страхующем тросе. Его можно было списать в потери. И сигнал, начинает мигать не переставая. Люди начинают прыгать в неизвестность. Когда настает его очередь, он касается чеки, и снова рывок от которого меркнет в глазах.
Очнулся Гюнтер от того, что его хлещут по щекам. Не в силах раскрыть глаза, он с трудом разлепив чем то склеенные губы, хрипит
– Стоп!
– Слава богу, очухался.
Говорит кто-то по-русски.
– Я не вижу! Глаза.
– Погодите. У вас на лице
Ему в руки, суют смоченную чем-то тряпку. Шипя, корка отходит. Затем тряпку отнимают и дают флягу.
– Промойте, только учтите воды у нас, в обрез. Затем можно открыть.
Гюнтер делает как велено, и после этого медленно приоткрывает глаза. Он всё ещё в кресле. Вот только перед ним, болотистый лес и один из пилотов перепачканный с головы до ног кровью.
– Как вы?
Гюнтер, прежде чем ответить, прислушивается к себе и пробует пошевелить руками и ногами. Все вроде в норме. Но тело ноет, как после того памятного посещения турецкого полицейского участка когда... Он, кивает русскому.
– В норме.
Пилот, облегчённо кивает и кинув флягу на сидение рядом, склоняется над трупом одного из его людей лежащем в остатках креплений неподалеку.
– Возьмите оружие и покараульте, пока я переоденусь. Отстирывать бесполезно. Местная живность...
– Я знаю.
Гюнтер постанывая, отстёгивается и хотя уже знает ответ, спрашивает
– Мёртв?
Пилот вместо ответа поворачивает его бойца. На лице следы удушья. Он зацепился снаряжением. Но умер, судя по тому, как болтается голова, от того, что ему при этом сломало шею. Гюнтера передергивает, от боли, когда он резко встает на ноги. Он только сейчас обращает внимание, что остаток геликоптера, будто отрезан. Часть машины, отрезанная неведомым скальпелем, упала отдельно от остального корпуса.
Уже раздевшийся пилот, ёжась от холодного воздуха, поясняет, видя, что он разглядывает срез, а потом смотрит вокруг
– Это нас, у самой земли при последнем рывке. Благодаря этому, живы остались.
Гюнтер, проверив автомат, включает детектор и обходит сплющенные остатки геликоптера. При этом, убеждается в справедливости слов пилота. Кусок машины вбит в болотистую почву. Видно откуда он падал по упавшим и поломанным деревьям. Кусок салона и кабины. Где всё остальное, не понятно.
Обходя кабину, понимает, почему пилот весь в крови. Разрез прошёл прямо по верху кресла второго пилота. Отсутствует часть его плеча и головы. Это его кровью, выжившего пилота, закидало при финише. От удара.
Когда он обошёл корпус, пилот уже вымылся и переоделся. Сейчас сидя над заплечным ранцем пытался снять с него складную лопату борясь с незнакомыми креплениями.
– Не стоит. Зона уберёт. Собирайтесь, надо уходить.
Пилот, попался понятливый. Он быстро собрал свои вещи, и упаковал в аварийный брезентовый прорезиненный пакет, который до этого достал из под своего сидения. Взяв из такого же пакета умершего пилота сухой паёк и амуницию, укрепил всё на раму ранца.
Оружие, он взял и свое, и умершего бойца тактической группы, повесив по бокам брезентовые подсумки с рожками для АКСу. Их у него, было два комплекта. Второй автомат, он оставил, положив умершему пилоту на колени, после того как снял его жетон.
Электронный планшет, как и радиостанция, отказывался работать. Карту он высвечивал, а вот их местоположение,
нет. Пришлось ориентироваться по деревьям, и по допотопному компасу русского, который хотя и врал безбожно, но хотя бы что-то показывал.Но беспокоило его, не это. А все более и более приближающиеся звуки перестрелки... Они уже два раза меняли направление, но похоже, что это не они уходили от нее, а она их нагоняла, охватывая полумесяцем заболоченный лес. А это значило, что они попали как раз на спорную территорию, за которую сейчас разгорелась война между двух кланов аборигенов.
Часом ранее, железнодорожная насыпь, южнее Гнилого Леса.
Майор Гром выслушал разведчиков и подал знак. Командиры групп стали поднимать своих людей и выводить на исходные позиции. Болотистая лощина, севернее железнодорожной насыпи, после ночной грозы очистилась от аномалий. Уж такое это было место, обманчивое и коварное. Заболоченный лес, как оборотень, то становился прямой короткой дорогой до самого моста, то коварной ловушкой сгубившей не одного сталкера. Оптимальным для прохода местом, он был только в краткий период после гроз. Именно по этому, его группа выдвинулась еще вечером к кромке леса и теперь полукольцом охватив лощину продвигалась вперед. Как и ожидалось, Свободовцы попытались проскочить лощиной, чтобы выйти во фланг, едва рассвело. Попытавшись воспользоваться тем, что пока не активировались разряженные грозой ловушки.
Постепенно, по мере втягивания групп в лощину нарастала стрельба. Сейчас идя, со своей группой почти в центре, он по слуху определял, как продвигается зачистка. Особо лезть, в глубь лощины, не имело смысла. Через несколько часов, из её центра, начнет подыматься туман, и вот тогда. Тогда, в этом гиблом месте, лучше никому не задерживаться. Поскольку то, что творит с людьми Зона, не пожелаешь и врагу. Ходили слухи, что были несколько сталкеров прошедших живыми через туман, но он, таких не встречал. Были единицы тех, кого туман застиг вблизи от выхода, и кому удавалось уйти. Но это, были только 'оболочки', что оставались от живых людей. Полностью измождённые и абсолютно лишённые разума. Их находили патрули периметра.
Правее, судя по усилившимся звукам боя, шла на прорыв крупная группа. Перестрелка там переросла судя по звукам, в ожесточённое сражение.
Как подтверждение, предположению, Гром увидел бегущего посыльного с докладом. Радиостанции и прочая электроника, всё еще не работали. А вот когда начнут "оживать", лучше быть подальше от этого места. Еще не до конца выслушав посыльного, Гром махнул рукой, обозначив жестами задачу, двум идущим в резерве четвёркам резерва, следовать к месту прорыва.
Гнилой Лес.
Гюнтер первым заметил приближающуюся сзади справа, группу сталкеров около десяти человек. Сталкеры, двигались быстрыми перебежками. Одеты они были в одинаковые комбинезоны, следовательно, он верно оценил стрельбу вокруг, как разборку между группировками аборигенов.
Они с лётчиком, попробовали уйти еще левее, но оттуда, появилась еще одна мелкая группа. Едва заметив их, эта группа открыла по ним беспорядочный огонь.