Окраина
Шрифт:
– А вокруг?
– Чисто. Следов не было. Только наши.
Лаки вставил
– Лаз тоже проверили. И он и я.
– Все забрали.
Майк показал на стоящий на ящиках ноутбук и сложенные стопкой клейморы.
Казак, утомленный беседой прикрыл глаза.
– Схожу за доком.
Сталкер вышел. Майк поправил грубое военное одеяло.
– Мы у Финна. Он нам выделил персональные гостевые хоромы. Не безвозмездно конечно. Но мы тут за хабаром сходили, да и бабла, Фин отвалил, как и обещал. Даже Майку. Так что, всё в норме. Аренда нам открыта на сколько
Он снял котелок и заварил себе чаю. Через некоторое время пришёл сталкер привёл Дока. Тот осмотрел и ощупал Казака, после чего вкатил ему какой-то укол и тот опять ушёл в забытьё.
В следующий раз, Казак проснулся от какого то скрежета. Скосив взгляд в сторону звука, он увидал Клоца сосредоточенно двигавшего ящик с наложенным на него барахлом.
– Что ищешь?
Клоц, отмахнулся, потом дёрнувшись, ударился головой
– А Казак, очнулся... Да пружина, собака!
Он, изогнувшись, просунул за ящик руку и достал из-за него возвратную пружину пистолета. И положил ее на стол где на тряпице лежал разобранный пистолет.
– Есть хочешь?
– А то!
Клоц заулыбался и метнулся в угол где стояла горелка. Загремел там утварью.
– Давно пора. А то Док, тебя накачал восстановителями, да артефактами обложил, а телу этого мало. По себе знаю.
Немного покопавшись, поставил греться котелок, затем подсел к Казаку.
– Мужики свалили в Зону. Меня попросили приглядеть. Шериф, меня турнул, и я пока сам по себе. Но наверно прибьюсь к ребятам Финна, он мужик прижимистый, но своих никогда в обиду не даёт. Жалко к вам нельзя. Вы то, сами по себе ходите.
Казак проигнорировал его вопрошающий взгляд.
– Куда пошли мои?
– К Долгу. Но ты не боись, сейчас там никто не пукнет. Не знаю что стряслось, но ушёл большой караван. Машинами туда напрямки нельзя. Не пройдут. Так что, человек двадцать только с грузом. Сам Финн повёл. А охрана из ребят Мягкого Ди. Так что на базе, почти никого нет.
Он не на много отошел, чтобы приготовить еду. После чего помог Казаку сесть повыше и дал ему в руки котелок с ложкой.
– Рубай, я то, подзаправился.
В котелке, оказалась гречка заправленная мясом быстрого приготовления. Продукт явно не из западного сектора.
Словно отвечая на незаданный вопрос, Клоц ткнул в котелок и на ящик у стены
– Майк выменял. Не знаю у кого. Но там, в коробках, много всякой шняги вкусной. Ну и бестолковой тоже.
Затем заварил чаю и поставил на ящик рядом с кроватью кружку.
– Здорово тебя надырявило. Если бы не Док, ты бы ласты точно склеил.
Казак покосился на плотно залепленную в панцирь медицинского биологического геля грудь. Откуда на базе взялся гель, было не понятно. Это была новейшая разработка, которая только начала проходить испытания. В войсках, ее точно не было. Видел он ее, только у Научников.
– Наверно. Не очень помню.
– Три дырки. Две на вылет. Док сказал, что тебе кто-то помог.
Клоц почесал нос
– А может артефакты, что в поясе были, когда его сняли, там, от них только пыль осталась.
Казак пожал плечами, о чём тут же
пожалел, в груди кольнуло болью так что захватило дух.– Ладно, ты лежи, отдыхай.
Он уже отходя к столу хлопнул себя ладонью по лбу.
– Склероз. Если что, ну мало ли. Вон на ящике у изголовья рация. Кто в бункере дежурит, спуститься.
Еще через неделю, казак поддерживаемый Майком, первый раз вышел на улицу. Здесь, в относительной дали от центра Зоны, некоторые еще не тронутые изменениями деревья, начали подергиваться золотом. В воздухе висело то непередаваемое спокойствие и чистота, что может быть только в ясный, и солнечный, как сегодня, день ранней осени.
Сталкер, упражнявшийся не по далёку от входа в бункер метая ножи, собрал их и присел рядом, на сваленные здесь ящики от ракетного комплекса.
– Ну вот, скоро можно и в путь.
Казак кивнул. Сталкер был прав. Здесь в зоне, раны или моментально убивали. Или заживали "прямо на глазах". Вот и он, за две недели оправился от таких ран, после которых там, на большой земле, полгода бы валялся по госпиталям и еще не факт, что выкарабкался.
А тут, неделю на восстановление и можно в путь. Правда, сильно помог местный док. Да и Финн, который расщедрился на выделение для его лечения ценных артефактов.
Что он делал это не с проста, Казак даже не сомневался. Он уже понял, что этот человек все делает с дальним прицелом и к своей выгоде. Единственное что отличало Финна, от его, Казака начальства. Он давал заработать и людям, и надо сказать, неплохо зарабатывать. Именно по этому, его не любили конкуренты. А те, кто работал с ним, материли, но уважали.
У Финна не было большого постоянного штата людей. Он был Проводник. Если старые опытные сталкеры ходящие в центр зоны были элитой, то проводники, те, кто мог провести туда группу, и вернуться, были элитой элиты. Таких было единицы. И все они без исключения были мечены Зоной. Обладали пара нормальными качествами.
В центре на который работала группа казака, и в международном контингенте не было ни одного Проводника. Все они были индивидуалисты не терпящие ни кого над собой. Все они, жили внутри периметра и никогда его не покидали.
Он знал, что западные "коллеги", хотя и отрицали это, один раз захватили Проводника. И накачав под завязку транквилизаторами, приволокли на исследовательскую базу. Через несколько дней связь с ней была утеряна. Он видел фотографии развалин той базы. Что там было, трудно сказать. При облетах было утеряно три вертолёта, и на развалины, не прорвался ни один спасательный отряд.
Мак, вышел к этому строению на второй день. Бетонный четырехугольник поросший мхом почти сливался с окружающим ландшафтом. Узкие бойницы были закрыты ржавыми стальными заслонками. А вот дверь, в две ладони толщиной клепанный круг, вместе с косяком будто был выбит одним ударом из нутрии. И сейчас, лежал полу вросший в землю перед входом.
Осмотрев всё с наружи, и не найдя каких либо следов, он приблизился ко входу, держа в одной руке фонарь, а в другой ПДВ.