Нова
Шрифт:
«Согласен, но и ударить в грязь лицом тоже не хочется, — парировал мысленно Крас. — Надо найти золотую середину между 'достойно проиграть» и «не позволить себя размазать».
Крас ускорил и усилил свои мышцы ровно в три раза и провёл ответную серию ударов, которые могли бы отправить в нокаут обычного человека. Каково же было его удивление, когда капитан с лёгкостью парировал его выпад, а в конце, словно предугадав движение, поймал его левую руку за рукав и провёл бросок через бедро с выходом на болевой приём. Всё могло бы на этом и закончиться, но герой, проявляя чудеса акробатики, встал на мостик, скинул офицера с себя и освободился из захвата, затем, крутанувшись на спине, он ударил пяткой в челюсть противника с такой силой,
— Неплохо, — произнёс Огетс, встряхивая головой и снова вставая в стойку, будто только что проснулся. — Вижу, на что-то ты всё-таки способен. Продолжим?
Дальше началась самая настоящая мясорубка. По ощущениям Краса, капитан ускорился ещё сильнее и обрушил на него настоящий шквал ударов. Боковые в голову чередовались с апперкотами в туловище, затем следовал выпад ногой в грудную клетку, вертушка с разворотом и нижняя подсечка. Не успел Крас опустить ногу, от которой противник увернулся, как сразу получил лоу-кик в противоположное колено. Этот подлый приём сбил парня с ног, и он грузно рухнул на спину. Но, сделав кувырок назад, герой не только встал на ноги, но ещё и успел ударить противника обеими ступнями в грудь. На что капитан лишь широко и довольно улыбнулся, словно получил долгожданный подарок.
Анализируя ситуацию, Крас понял, что капитан, скорее всего, был тем ещё адреналиновым маньяком, помешанным на рукопашном бою. Спаррингуя с героем, Огетс явно получал садистское удовольствие, и его глаза горели азартом настоящего бойца. Поскольку герой решил не ускоряться больше четырёх раз — дабы не шокировать публику и не сломать бедному капитану психику, — бой проходил практически на равных. Лишь в некоторых случаях Крас нарочно пропускал не самые критичные удары, чтобы потешить самолюбие командира и сохранить видимость напряжённой схватки.
Схватка закончилась так же внезапно, как и началась. Обманув бдительность Краса, капитан, видимо, припрятал ещё одну дозу ускорения и всадил парню тот самый уже знакомый хук в нос. Затем он грациозно отскочил, встал в театральную боевую стойку и с насмешливым поклоном завершил представление.
— Наконец-то хоть кто-то нашёлся, кто может составить мне компанию в спарринге! — провозгласил Огетс, с удовлетворением вытирая пот со лба. — Малой, ты только что заработал себе несколько бонусных очков. Пожалуй, я отправлю отдраивать толчки только того хлюпика, — он кивнул в сторону всё ещё сидящего Миро, — который так и не оправился от моего скромного удара. А ты свободен.
— Спасибо, сэр, рад служить примером для подражания, — с лёгкой иронией ответил Крас и машинально приложил руку к голове.
— Посмотрим, на что ты будешь способен, и как запоёшь, когда я решу использовать импланты, — многозначительно добавил капитан, и в его глазах мелькнула искорка предвкушения. — Все свободны! Остальные инструкции получите от дежурного офицера. Он вас поселит в ваши «апартаменты» и выдаст новую экипировку. Ваша городская прогулочная обувь тут никуда не годится — здесь вам не променад по бульвару.
«Охренеть, — мысленно присвистнул Крас, потирая ушибленные места. — Он так умеет драться, даже не включая импланты? Да что он за зверь такой? Муль, это вообще физически возможно?»
— Вполне, — невозмутимо ответил голос в его голове. — Скорее всего, капитан Огетс-Зана-Ши прошёл процедуру генной модификации тела. Сейчас его организм в несколько раз сильнее и быстрее, чем у обычного человека. У этой процедуры есть целый букет побочных эффектов, главный из которых — сокращение срока жизни как минимум вдвое. Но и плюсы, как ты успел убедиться, весьма ощутимы. Если же он решит задействовать импланты, то его показатели возрастут ещё в два-три раза. Очень опасный противник.
«Тоже так хочу! — загорелся герой. — Где делают такие операции? Может, у тебя есть инструкция, и я смогу провести её сам? И, кажется, мне бы не помешало обзавестись парой-тройкой имплантов для полного счастья».
—
Ответ отрицательный, — холодно отрезала М. У. Л. И. — Подобные операции считаются незаконными на всей территории Федерации и проводятся исключительно на Острове Колизей, этом заповеднике всяческой внеуставщины. Так что у меня минимальное количество информации по данной теме. Что касается имплантов — любые более-менее стоящие модели можно установить там же. Так что советую пока выбросить эту идею из головы. — Этим ответом она развеяла надежды Сергея стать сильнее в обозримом будущем.После того как дежурный офицер, человек с лицом, выражавшим полную потерю интереса к жизни, выдал новоприбывшим комплекты полевой формы (отличавшейся от их старой лишь тем, что ткань была чуть более прочной, а обувь — менее удобной, но зато невероятно практичной), отряд наконец-то поселили в одну из палаток. Как ни странно, условия внутри походного жилья оказались вполне сносными, если, конечно, не считать полного отсутствия намёка на уют. Палатка площадью примерно двадцать квадратных метров была разделена матерчатыми перегородками из странного материала, напоминавшего брезент, но обладавшего одним весьма полезным свойством — он поглощал все звуки, как исходящие снаружи, так и рождавшиеся внутри. Таким образом, каждый боец получил свои личные пять квадратных метров жилплощади с отдельным выходом на улицу, что создавало иллюзию уединения.
Внутри новых «апартаментов» их ждал спартанский набор: надувной матрас с комплектом казённого белья, лёгкая пластиковая тумбочка, вызывавшая сомнения в своей прочности, и деревянный ящик для оружия, которое им тоже выдал тот же безучастный офицер. Все члены отряда получили по стандартной винтовке войск Федерации, офицерскому пистолету и универсальному штык-ножу, словно готовили их не к охоте на одичалых, а к параду.
Краса, видавшего в своей жизни виды, эти условия вполне устраивали — ему доводилось ночевать и в куда менее комфортных и куда более опасных местах. Лишь один Миро ходил по лагерю и весь вечер ныл, как потерпевший, о том, что справлять нужду придётся на улице, в полевых условиях. Видимо, «золотой мальчик» был не готов к суровым тяготам походной жизни, где не было ни горничных, ни спорткаров, ни золотых унитазов, ни прочих атрибутов счастливого детства.
Немного обустроившись и застелив свою лежанку с тщательностью, достойной лучшего применения, герой с облегчением повалился на надувной матрас и почти мгновенно провалился в сон. Однако судьба, вечно жаждущая разнообразия, решила иначе. Он проснулся посреди ночи от странного ощущения — кто-то устроился на его «лежбище» и активно елозил. Первой реакцией был испуг, и он уже собрался атаковать незваного гостя с яростью загнанного в угол зверя, но, открыв глаза, остолбенел от удивления.
На нём, словно на троне, восседала Кита, которая уже успела засунуть руку под его трусы и делала характерные движения кистью, с усердием, достойным оружейного мастера, полирующего ствол своей лучшей винтовки. Реакция молодого организма, преданного собственным предательским телом, была мгновенной и недвусмысленной: член парня напружинился и встал по стойке «смирно», будто заслышав гимн Федерации.
Девушка довольно улыбнулась, одним ловким движением стянула с него хлопковое исподнее и буквально набросилась на его промежность с таким жаром, что Крас на секунду испугался, не решила ли она откусить его мужское достоинство — мол, раз уж папаша грозился.
Быстро сообразив, что отталкивать её — себе дороже, и понимая, что этот момент был предопределён с того секунды, как в её энергокаркасе поселились его «паразитики», он решил расставить все точки над «и» раз и навсегда. Он подтянул её лицо к своему и страстно поцеловал, чувствуя, как по телу разливается волна предательского возбуждения. Помня, что материал палатки надёжно поглощает все звуки, пара перестала стесняться и предалась страстному, хоть и не совсем этичному, сексу.