Чтение онлайн

Я на философскую сентенцию, достойную умудрённого сединами деда, только фыркнула.

Поднимаясь вместе со своей группой по центральной лестнице, мазнула рассеянным взглядом по висящему на почётном месте ростовому портрету. Замедлила шаг. Посмотрела.

На нас устало и чуть снисходительно взирала высокая женщина. Тёмно-рыжие локоны её подняты были в строгой причёске, по-девичьи тонкая талия стянута жёстким корсетом, юбка спадала на пол идеальными складками. В зелёных глазах раздражение мешалось с искрами затаённого смеха.

—

Нет, мой Бёдмод! Сила, может, и обещана когда-нибудь в будущем — а вот наказание ожидает вас прямо сейчас! Ну почему именно самые умные творят всегда самые невероятные глупости?!

Вьюн, стоявший привычно плечом к плечу, дёрнулся было что-то сказать. Но я, отвешивая глубокий поклон, шагнул немного вперёд, и как мог неприметно оттёр брата за спину. Нет уж. Кто неумную затею придумал, тому за неё отвечать.

— Как прикажет ваше величество!

Ингихильд улыбнулась своей сдержанной, чуть ироничной улыбкой. Постановила розог всыпать обоим. Поровну.

— Ольга? Эй, Белова! Ты что там, заснула?

Голос Димки звучал недовольно и немного тревожно. Я вздрогнула, с трудом отводя взгляд от зелёных глаз изображённой на картине Великой княгини.

— Улыбка Джоконды.

— Что?

— Портрет, говорю, интересный. Художник не просто написал рыжеволосую красавицу в бархате и жемчугах: что-то есть в ней такое… Как в улыбке Моны Лизы, правда?

А может, я просто вижу фамильное сходство с директрисой Дагмар и потому выдумываю себе всякие ужасы?

— Вот как вы считаете, добрый у неё взгляд или страшный?

Теперь мы все вчетвером уставились внимательно на залитый солнечным светом портрет, заставляя всех прочих огибать воздвигнувшееся на ступенях препятствие.

— По-моему, она просто очень устала, — предположил после непродолжительной паузы Мишка.

— Она видела смерть, — твёрдо, без малейшего сомнения сделала вывод Лидия, — и свою, и чужую. Причём очень близко.

— Это Великая княгиня, — блеснул внезапным знанием истории Дима, — и она фактически правила страной при недееспособном, полубезумном муже. Какая тут может быть «доброта»? Скажешь тоже.

— Велимир сумасшедшим не был, — одёрнула я. — Не повторяй чужой клеветы: что за ней на самом деле стоит, ты не знаешь.

— Какая разница? Пошли лучше скорее в буфет. Без нас всё съедят!

И он запрыгал бодро через две-три ступеньки.

— Устами младенцев и пионеров, — пробормотала себе под нос я, поднимаясь следом за своими друзьями.

С парадного портрета Ингихильд из Данмёрк таинственно улыбалась нам в спины.

После горячей и сытной пищи в сон тянуло просто неимоверно. Я встряхнулась, отжала на кистях нужные точки, помассировала мочки ушей. Пока ещё не закончился перерыв, поспешила к закреплённой за нашей группой аудитории. Евгения из Талых Глубин, к счастью, уже оказалась на месте: читала что-то за учительским столом, рассеяно потягивая из высокой кружки горячий напиток.

Я постучала в полуоткрытую дверь.

— Проходите, Белая княжна, — пригласила наставница,

не отрывая взгляда от текста. — Вы по личному делу или вопрос по учёбе?

Я осторожно опустилась на предложенный стул.

— Не уверена. Полагаю, разом и то, другое.

— Вот как? Уже интересно. Что ж, княжна, излагайте.

Глубокий вдох. И, точно прыгая в прорубь:

— Расскажите, пожалуйста, что на самом деле натворил чёрный колдун Бёдмор?

Взгляд госпожи куратора, до того лениво скользивший по книжным строчкам, остановился. Евгения аккуратно вложила в томик закладку и так же аккуратно закрыла. Опустила на стол. Чуть повернув голову, поймала мой взгляд. Захватила его своим, пронизывающим и глубоким.

Глаза у неё были серые-серые, как лёд на реке, когда небо затянуто свинцовыми тучами. Меж бровей поселилась тонкая складка.

— Почему вы спрашиваете?

Говорить о том, что это мой дед, и отбрасываемая им длинная тень накрывает и мою жизнь тоже, было излишним.

— Полагаю, вам передали уже список запрашиваемой мной в библиотеке литературы, — с суховатой иронией предположила я. То, что личная моя коллекция не всегда одобряемых цензурой книг заказывалась через книжный дом, принадлежавший Талым Глубинам, и госпожа куратор к этому списку также имела доступ, упоминания не стоило. — Вы представляете направление изысканий и их причину. К сожалению, в официальных источниках ответа я не нашла.

Серые глаза полыхнули, точно лёд, отражающий солнце, в воздухе разлилось что-то, похожее на торжество, и сердце моё ушло в пятки. Это было ошибкой. Приходить сюда, к этой женщине, задавать вопросы именно ей — ошибка. Слишком странная реакция и слишком… личная. Чего-то я не учла. Чего-то не знала.

— Вы же догадываетесь, — с лёгкой, какой-то материнской улыбкой Евгения откинулась в своём высокой, с удобною спинкой кресле, — что информация эта не зря скрыта? Даже простое понимание: «такое — возможно», некоторые воспринимают как руководство к действию.

Я лишь молча склонила голову, не столько соглашаясь, сколько пряча лицо от пронзительно-льдистого взгляда.

— На последнем этапе Опрокинутых небес, когда наши войска перешли в наступление, Буривой был тем, кто ломал границы Борейского царства.

Я кивнула.

— Позже, после войны, эти знания Бёдмор использовал, чтобы сотворить для себя скрытый удел. Не защитить уже существующие земли, а создать что-то совершенно своё, до того небывалое, новое.

Это… не было ответом на заданный мной вопрос. Это было ответом на вопрос, который мне следовало бы задать, понимай я достаточно, чтобы осознать его важность.

— По слухам, он пытался сотворить новый остров, а то и потайной архипелаг, но точно вам никто сейчас ответить не сможет. В процессе работы над этим проектом ваш дед проводил исследования на рухнувших границах Бореи. Эксперименты ставил, новые щиты воздвигал, что-то там в ледовитых водах правил. Для понимания: даже проиграв войну, Борейское царство оставалось внушительной силой. Обширнейшие, богатейшие владения. На север от Края Холодных озёр и далее, на восток: моря, острова. Воды затянутого льдами Борейского океана.