Кружка
Шрифт:
— Чья? — покрутив кружку в пальцах сардельках спросил Василий.
— Моя — ответил я.
— Со скольки?
— С девяносто до тридцати, с рук по набегающей.
— Могёшь! — Сделал вывод Степанов и протянул кружку мне.
— Василий — протянул для знакомства ладонь водитель.
Я наверное пожал его ручищу, если это так можно назвать. Моя кисть просто утонула в его лапе. Наверное, если бы он в этот момент напряг мизинец, то сломал бы мне руку.
Быков Михаил Владимирович полноватый мужчина с суровыми брежневскими бровями был полным антиподом хлипкому и субтильному терапевту. Его мы и видели в магазине у Зои, где она ему объясняла про пистолеты. Увидев нас с Саней, он нам кивнул как старым знакомым.
Посидели
Бригада и медики знакомились по второму кругу. Потом по третьему. Четвертому. Кружили, пока спиртное не закончилось. Потом перешли на чай и кофе. Осмотрели медицинско-технической комиссией выстроенные удобства. Выделили девушкам с барского плеча одну персональную уборную. Медицинский коллоквиум пришел к заключению о соблюдении нашей бригадой всех правил гигиены и наличии глубоких знаний в ЖиМ строении и постановил, на следующем привале встать с нами как наиболее подготовленными в части медицины. В конце чтобы девочки были под присмотром и ближе к удобствам медики, попросили — пусть они у вас переночуют. Наши мужички водители уступили четыре раскладушки девушкам, а сами пошли спать в машины.
Раннее утро нас встретило непонятным гомоном. Оказалось, что раз мы не заезжаем в Порто-Франко, то Порто-Франко приезжает к нам. Последний конвой да ещё такой крупный перед мокрым сезоном шанс распродать залежалый товар и сделать дополнительную выручку.
Стихийная торговля растянулась вокруг всей стоянки конвоя. По часам до начала выезда у нас ещё три часа. Чтобы успеть, коллективно осмотреть рынок, Бригадирыч погнал всех на завтрак. Вот все учли на старой земле. Всё продумали, а про централизованную организацию отхожих мест забыли. Утром лагерь превратился, в пахучее минное поле внутри закрытого периметра и только возле нашей палатки была чистота и порядок. Некоторым паразитам лень было вырыть яму, в темноте гадили кто куда, по зову организма. Пока шли к пункту питания даже аппетит пропал. На завтраке нам выдали термосы с мясным бульоном и лапшой. И буханку еще горячего хлеба на двоих. В дороге пообедать.
Не давая расслабиться Михал Степаныч, по возвращению обязал всех убрать личные вещи и приступить к уборке бригадной палатки. Колесник из вредности в конце работ выборочно сличил перечни описей с наличием. И только после этого оставив двух наиболее ответственных на охране нашей техники, дал добро на выход за покупками. Для большинства это был первый выход за границу привычного русскоязычного мира без тур агента и переводчика. Поход за покупками для некоторых стал полётом на Луну туда и обратно с массой впечатлений и обычного житейского опыта. Первое и самое главное торговцы зная о контингенте старались максимально больше нанять для торговли русскоговорящих местных жителей. Торговали бабушки, дедушки, внуки и их родители. Там где, не было продавцов были ценники на всем.
Интересного и нужного было много да денег мало. Там мы прикупили большой гейзер-кофейник конструкции самовар две штуки и много хорошего уже молотого кофе. Саня выморочил из меня в долг денег, себе на ковбойскую сбрую и непромокаемый кожаный плащ пропитанный соком местного растения и шикарную кожаную шляпу. Оказывается, тут стрелковые клубы есть везде, и револьверы Нагана пользуются спросом из-за дешевизны патронов. У другого продавца кожевенных изделий Колесник, Гуккин и Фёдоров купили по плетеной кожаной шапке.
Михаил Степанович выбрал ковбойскую шляпу с сильно загнутыми полями этакий красношеий пастух. Василий Григорьевич с внешностью Пьера Безухова в исполнении Сергея Бондарчука на пенсии, в бессрочное пользование получил кожаную бейсболку с козырьком сантиметров в двадцать. Николай Афанасьевич был родом из Твери коренаст и широкоплеч с прямым как у индейского вождя носом, ему приглянулась тирольская охотничья шляпа с пышными перьями
непонятно какой птицы.Нашлись в продаже неплохие книги и новые карты с участками местности прилегающей к нашей дороге. На выбор предлагали несколько видов разноязычных разговорников, взял два англо-русских большой и карманный. Несколько лавок торговали холодняком и металлической посудой. О бутлегерских лавках вообще молчу как блох в торговых рядах. Народ под воздействием агрессивной рекламы набрал местного алкоголя. Ценители и эксперты дегустировали все подряд переходя от лавки к лавке. Мы с Саней тоже не удержались, взяли четыре бутылки местного пива. Не хранится оно долго. Сегодня вечером после баньки и приговорим.
Наткнулись на магазин раскладной деревянной мебели. Сравнив ощущения от раскладушек и шезлонгов, сделали выбор в сторону дерева. Тут уже пошла оптовая закупка на всех шезлонгов и складных стульев. Рядом в соседней палатке торговали всем от наволочек до матрасов как раз под купленную ранее мебель. Тут оставили практически все наличные. Навьючившись, как верблюды пошли к себе. На месте Колесник первым делом отправил наших сторожей с провожатым за новыми койками. Остальным указал: — «Раскладывайтесь как хотите, но чтоб нигде ничего не торчало». В момент раздачи распоряжений к нам примчался доктор Быков с Василием для осмотра состояния с остатку. У нас все были трезвы и бодры, несмотря на вчерашнее усердие в исполнении дружеского долга в братании и утренних дегустаций. Осмотрев наши покупки и признав вещи действительно годными врачи убежали в след за нашими.
— Да доктор мужик! Смотрите вот, что он мне дал на поправку! — Степаныч потряс медицинским шкаликом ноль пять. — Но так как все у нас меру знают, оставим для медицинских надобностей в аптечке.
— Бригадирыч мы аптечку твою так укомплектовали год не выпить!
— Согласитесь, что это правильно и необходимо. Я вот что думаю, там куда мы едем деньги нам будут точно не нужны. Я предлагаю сделать бригадную кассу на всякий пожарный, и главное надо нам купить продуктов здесь и по больше. Чуйка у меня свербит, приедем а там голое поле. Без приварка своего и околеть можно. На рынке видел, крупы в мешках продают и мясо сушёное разное. Я предлагаю скинуться и на остатки закупить продуктов и казан бригадный.
В этот момент вернулись наши с медиками. Василий купил деревянно-металлическую разборную кровать Быков шезлонг как у нас.
— О чём кипешь камарады — спросил Василий я за все кроме пьянки.
— Да вот думаем прикупить продуктов на всякий случай. Путь не близкий и неизвестно, что там на месте, может голое поле? В дороге можем встать, вдруг поломки, что кушать будем? Тут последние магазины.
Доктор разложил свой шезлонг и сел. В ногах правды нет и возраст не молодого сайгака.
— Нам машину выделили для наших девчонок и медоборудования, там место есть можно сложить. Мы тоже в долю войдем, только нам народ нужен, таскать это всё. От машин нам всем отходить нельзя у нас лекарства по списку «А» на хранении. Там дальше вы не дошли мы лампы видели керосиновые. Думаю, они вам тоже нужны будут.
Бросил бригадир на землю свою новую шляпу и выгреб из кармана остатки наличности. Тута у меня вот всего. Народ начал кидать, что у кого было. Не густо. Посчитали, вышло всего двести четыре экю. Это я еще свой полтинник кинул заначеный. Слёзы, а не деньги. Решили купить четыре лампы на остатки казан и продукты. Время торопит, лагерь начали сворачивать повсеместно.
Нас с Саней в этот раз оставили на охране. Саня нацепил пояс с револьверами и старательно набивал его патронташ патронами. Если его пару дней не брить будет вылитый бандит с дикого запада, который собирается на ограбление очередного почтового дилижанса. Я в кабине перекладывал в дорогу вещи. Потом прошёл с лопатой вдоль машин, засыпал все ямки вырытые вчера. Подумал немного и достал из рюкзака переносную рацию с автомобильной зарядкой. Слушать распоряжения по колоне приятнее на улице чем в душной кабине. Пошла проверка связи. Ответил, как дежурный по восьмой бригаде: