Чтение онлайн

Опять я лежу у него на руках.

– Как успехи Ваше Величество?

– Вытянула кусочек сантиметров двадцать и все.

– Вы недовольны? Зря. Восстанавливаемся и повторяем.

Я ждала повторения незабываемого поцелуя. Не дождалась. Граф влил в меня силу просто так, смотря в глаза. Я села и задала волнующий меня вопрос.

– Почему вас не было рядом?

– Не было? Значит, вы изменили место силы. Оно реагирует на ваше внутреннее состояние, только от вас зависит, что происходит в месте силы.

Мне показалось, его расстроила новость. Я повторила

попытку и вновь неудачно. Нить удлинилась, но меня не слушалась. Приняв поток силы, осталась лежать в объятья графа.

– Ваше Величество вы устали?
– осведомился он.

– Нет. Не вижу смысла вставать, все равно очнусь у вас на руках.

Устроившись удобнее, закрыла глаза. Смотрела на извивающуюся нить, пытаясь понять, чего не хватает для выполнения задания. "Помогите граф" Он подошел, встал рядом не касаясь меня. "Вытяни руку, смотри на кончик нити. Не обращай внимание на ее колыхания" Нить медленно двинулась ко мне. Я боролась с сопротивлением из последних сил. Нить коснулась ладони, дрогнула и натянулась струной. "Хорошо, теперь убери ее" Я даже не успела сформулировать желание, нить пропала. Я поняла! Повернулась к графу.

– Достаточно захотеть?

– Можно и так сказать.

– Баланс на нуле. Почему я еще здесь?

– Нас двое, место удерживаю я.

– Можно восстановиться, не уходя отсюда?

– Конечно.

Я обняла его за шею и потянулась к губам. Он обнял меня за талию, оторвал от морского дна, вжимая в себя. Такого единения всех энергий я даже представить не могла! В какой-то момент мне показалось он собирается разорвать поцелуй. Нить рванулась вперед, дважды обкрутилась вокруг нас, плотно стягивая. Граф вздрогнул от моего ментального прикосновения.

– Давай вторую, - выдохнул он сильнее впиваясь в губы. Он кусал их, всасывал, ласкал языком. Я стонала и вскрикивала. Моя вторая нить бродила по его телу. Проникла под свободную тунику, лаская голый торс. Он прижимал меня к своим бедрам так, как будто хотел стать единым целым. Я закинула на него ноги, он подхватил меня под бедра. Движение началось. Я стонала в изнеможении, паря в искрящихся небесах. Я чувствовала его везде, грудь - бедра - живот - спина, его нити восполняли нехватку рук. Я была на грани! И вдруг все закончилось. Он рухнул в воду, отпустил меня, откатился в сторону. Мое тело била крупная дрожь, от несостоявшегося, прерванного удовольствия. Томиславу сейчас был не лучше, до белизны костяшек сжимая кулаки, туша возбуждение. Не понимая происходящего, ушла под воду, ложась на морское дно. Вода помогала успокоиться. Я вынырнула, графа рядом не было. Рано или поздно мне придется вернуться в реальность и взглянуть ему в глаза. Его уход отсюда говорит о многом.

Распахнув глаза я, оценила обстановку. Я лежу на диване, граф в кресле, все еще тяжело дышит. У меня внутри тоже все выворачивалось и скручивалось.

– Прошу меня извинить королева, больше такого не повториться, - сказал граф, не поднимая глаз.

– Хотела бы я знать, что именно не повториться?

Граф вскинул на меня пылающий взгляд. Он злится! Поняла я.

– Ни чего не повторится, - Томислав встал.
– Тренируйте нити Ваше Величество. До завтра. Исчез.

Обязательно выясню, как он это делает, потом. Сейчас я со всех ног просилась в душ, смывать с себя мужской запах. Губы саднило, тело горело, требуя разрядки. Выключила свет, не стоит ему до секса видеть мои распухшие, искусанные губы. Мысленно потянулась к Диме. "Любимый спасай,

сгораю!" Через минуту портал запросил разрешение. Дима вошел, одновременно я ударила по кнопке блокирующей двери. Сказать я ему ни чего не дала....

Когда я без передышки пошла на третий заход, Дима удовлетворенно хмыкнул.

Я лежала на спине с закрытыми глазами, прислушиваясь к себе. Тело я удовлетворила, а разум нет. Сверкание ментального единения не покидало мою память. Единожды почувствовав - от этого уже невозможно отказаться.

Дима одернул штору, повернулся ко мне и присвистнул.

– Любимая, я, кажется, увлекся, прости.

Я открыла глаза, старательно изображая непонимание.

– В таком виде тебя ни кому показывать нельзя.

Я бодро выпрыгнула из постели, подошла к зеркалу. Шок от увиденного был искренним. Глаза сверкали истерическим блеском, лицо припухло, вместо губ сплошная искусанная гематома. Шея, плечи, грудь переливались от красного к синему - под следами зубов и засосов.

– Дима! Ты с ума сошел! Ой!
– я увидела его.
– Прости, я не хотела.

Теперь Дима разглядывал себя в зеркале. Правда в его глазах играла гордость вперемешку с удовлетворением. Располосованный ногтями торс его не огорчал. Ровно, как и следы моих зубов на груди и плечах.

– А мне нравиться, - довольно изрек он.
– Чудненько покувыркались! Но с тобой надо что-то делать.

– Довольный как кот в сметане, - улыбнулась я.

– Конечно! Любимая в пылу страсти вцепилась в меня зубами, я доволен. А вот тебе так выглядит не положено.

– Да уж, ты бы оделся снизу, - я взяла телефон.
– Анечка, если ты нас не спасешь - мы погибли! Да, двери блокированы, и пущу я только тебя.

Отложила телефон.

– Дима, надо Ирму звать. Аня шрамы не снимет.

– И после этого председатели будут долго смеяться.

– Я понимаю, что она доложит, но это только мужчину шрамы украшают.

– Бог с ним, повеселим верховных. Смотри королева, как бы ни поползли слухи, что ЕЕ Величество любит жесткий секс, - Дима смеялся.

– Вот ты сам и будешь эти слухи опровергать.

– Ага, показывая следы от твоих ногтей....

Теперь мы смеялись вдвоем. Так и сгибаясь от смеха, Дима впустил Анну. Аня, оценив наш внешний вид, присоединилась к веселью.

– Ну, вы и отожгли! В вампиров играли?!

Хохот продолжался. Аня смеялась, но дело делала. Через полчаса на мне не было опухшей кожи и синяков. Остались следы от зубов, и едва припухшие губы. Любой человек поймет смысл этой припухлости, но она уже была в рамках приличия. Пришла Ирма. Ошарашено вскинула брови.

– Вы подрались?
– спросила она, не разобравшись.

– Ну, что ты Ирмочка. У нас было полное взаимопонимание, пока глаза не открыли, - прыснул Дима.

В спальне раздался новый приступ хохота, уже включающий Ирму.

– Смейтесь, смейтесь, - веселилась она.
– Сейчас будет не до смеха. Дима подставляй плечо.

Через мгновенье Дима побелел, вцепился в подлокотники, сдерживая приступ жуткой боли. Я с сожалением смотрела на жениха. Знаю, насколько это больно.

– Ирма, зачем ты вколола ему эту гадость? Он же не беременный.

– Знаю, пусть почувствует, как тебе приятно заживлять раны. А если серьезно, у меня другого нет, я же к тебе шла.

Дима обтирал со лба испарину. Я легла на постель, такое лучше переносить лежа.