Иваны
Шрифт:
Земля и Родина - неразделимы.
Над головой стрекотал вертолет.
– Земля - это все, что у нас осталось. Теперь они продают землю.
Значит,
И вдруг вертолет, избоченившись, как кот для прыжка, просыпал смешные комочки, напоминающие людские фигурки.
Парашютисты, выбросившись из вертолета, раскрывали разноцветные парашюты, и у каждого был флаг страны, участвующей в закладке алюминиевого завода.
Я насчитал их пять.
Последним вылетел флаг России, и ветер отнес его далеко в сторону...
Разрешить человеку, русскому человеку продавать землю, значит, еще раз заставить человека согрешить перед Богом.
Отчуждение от земли, продажу
ее может придумать только тот, кто своей земли не имеет...Я метался в бреду. Доктор присел на мою койку.
– Ну, успокойся!
– сказал доктор, что-то сказал сестре.
– Нет, нет!
– пытался прокричать я.
– П-п-реступление перед Богом!
Не-до-до-разумение! Не-до-до-разумение!
Но слова не выдыхались. Лишь только раздували жар в груди. Невыплаканный пожар в сердце.
Из памяти выплеснулось новое воспоминание...
Я задыхался и шел и шел скошенным полем мимо копен пшеницы. А в ушах стояли слова.
– Ну, вот, теперь мы будем жить в копнах.
– А что мы будем варить?
– Кузнечиков.
– А кто у нас будет мама?
Гранатовая луна полыхала в горячем пепле. У горизонта она казалась огромной, жаркой, жуткой.
Кажется, мы проспали свою Родину!..