Искра
Шрифт:
Ильвис задержался, глядя в огонь солдатского костра. Какая-то мысль крутилась в голове, ключевая догадка, что не давала покоя, но никак не пойманная.
«О, древние! Да что же это?» — он обратил взгляд к небу, погружаясь в долгожданное видение.
К утру в лагерь потянулись телеги бельдеса Крогвина, включающего в себя около пятисот кобольдов, согласившихся работать под началом известного изобретателя. Возы тяжело катились к кузням, пополняя запасы нового металла, о котором рассказывал Крог в тот роковой вечер в «Черном гусе». Оказалось, что некоторые свойства выведенного им сплава могли помочь перенести воздействие орденского
Теперь же старый ученый, к слову, оказавшийся очень даже проворным, торопился в большую палатку главнокомандующего.
— Фальвир, это последние возы, — запричитал он, врываясь в раздумья эльфа. Увидел его озадаченный взгляд, нетерпеливо вздохнул и пустился в объяснения, — Я говорил тебе, что то месторождение не такое богатое.
— Но оно самое близкое.
— Ты мне еще объяснять будешь?! — Крогвин насупился, — На всех, кто есть, не хватит, я уже прикинул. Ты меня слышишь? — тряхнул задумавшегося эльфа, — Не всех приоденем.
— Я слышу, я думаю, — Фальвир раздраженно раздувал ноздри, — Все от меня требуете моментальных решений. Будто не понимаете, что я как на поле с капканами. Вынужден пробираться предельно осторожно. Сейчас мы вообще никуда не движемся, а вы с Ильвисом, так суетитесь. Крог…. Мне нужно это обдумать.
— Нет, нет, нет! — затараторил тот, — Я все придумал. Стрелков нарядим в легкую кольчугу, им пластины ни к чему. И, вообще, на всех, кого можно, напялим кольчугу. Нечего тут глаза закатывать.
Командующий коротко кивнул, прислушиваясь к приятелю:
— Ладно. А что на счет хода?
— Сейчас, — Крог оскалился, что в его случае означало улыбку. Извлек из тубуса большую бумагу и развернул на столе, — Запахни полог, ворона! Я этот чертеж берегу, как зеницу ока. Даже сплю с ним, — командующий заулыбался, но сделал как потребовал ученый, — Вот, смотри. Здесь и здесь, — изобретатель водил когтистыми пальцами по рисунку, указывая направления и обозначая ключевые точки. Оба пустились в обсуждение идеи об обманчивом плане.
***
— Привет? — Ильвис осторожно пробирался по шатру. В глубине звякнуло, — Лив?
— Да здесь я! — провидец нашел девушку, склонившуюся над столом. Обошел ее и легонько обнял со спины, — Я не могу приспособиться к этой штуке, — охотница щелкнула застежкой и скинула механическую накладку с левой руки. Она раздраженно фыркнула, — Не могу, Ильвис, я в ужасе!
Мужчина опустился на корточки, оказываясь чуть ниже уровня ее лица, ободряюще улыбнулся, проведя рукой по ее колену.
— Давай поговорим? Расскажи мне, получше станет.
— Такой же ты наивный, — Ливелла рассмеялась, стискивая щеки Ильвиса в ладонях и надувая губы, — Не хочу это обсуждать. Лучше просто не уходи сегодня, а побудь со мной.
Он улыбнулся и поднялся, чтобы пододвинуть другой стул ближе.
— Кажется, оракул снова просыпается, — мужчина перешел на шепот.
— Да ты что! Что ты видел? — девушка обратила все свое внимание на него одного, сгорая от нетерпения.
— Что твоя подруга не так проста, — эльф загадочно улыбнулся.
— Вэл? Она жива?! — Лив едва не подскочила от неожиданной новости, что уже не надеялась никогда услышать, — Где она?
— Скоро будет здесь.
***
— Ты готова? — Джиор лениво потягивал неприятного вкуса местное молодое вино и небрежно трепал устроившегося
у его ног бульдога каких-то гигантских размеров, будто то был медведь, а не пес. Слюни капали с языка, бульдог дышал шумно, все время всхрапывая и крутил морщинистой мордой, следя за эльфийкой, бродящей туда-сюда.— А что мне не быть готовой? Все нормально, — Вэл пыталась придать себе спокойный уверенный вид, она гордо вскинула голову, оглянувшись на мужчину, — Все нормально, — повторила она и все-таки присела рядом с ним, — Что за животина? — пес вновь повернул к ней голову, будто точно знал, что речь идет о нем, и, наполовину прикрывая глаза, часто задышал.
— Это Сажий. Смотри, какой он темненький, — полуэсилл любовно погладил пса по голове, — Такие, как он, вашим в диковинку, но для наших земель самые надежные компаньоны, да, мой хороший?
Вэл засмеялась, преисполняясь симпатией к этой парочке, до того умилительной была эта картина. Она осторожно протянула к зверю руку, ладонью вверх, позволяя себя обнюхать, и, с молчаливого согласия, смогла прикоснуться к жесткой черной шерсти.
— Чем больше узнавал об этом покинутом древними мире, тем больше проникался любовью к собакам. Но ты, конечно, исключение, блондиночка, — теперь засмеялся и Джиор, — Тебе идет, — он кивнул в ее сторону, отставляя бокал.
Волшебница коротко улыбнулась. Ее действительно было не узнать: глаза больше не были бесцветными, а приобрели стабильный синий оттенок, волосы больше не меняли цвет в зависимости от настроения и преобладающей стихии, оставив ее родной пепельный, окрасив лишь нижнюю затылочную часть темным с красными прядями. Эсиллский наряд сначала виделся слишком откровенным, но оказался очень удобным: такая тонкая ткань, будто призрачная, практически не скрывала от чужих глаз нагое тело, платье было невесомым, просторным и коротким, легкая накидка на плечи едва ли делала материал плотнее, чтобы прикрыть грудь, а вместо пояса местные эсиллы, метисы и эльфы носили цепи. Женщины совсем тонкие, из миниатюрных звеньев, мужчины — из более грубых и широких.
— Это удобно, но мне непривычно, — Вэл потянула край юбки, пытаясь прикрыть колени, но мужчина остановил ее попытки, погладил гладкую кожу, поднимаясь вверх. В его янтарных глазах девушка заметила этот огонь, что сводил ее с ума каждую ночь с того момента, как они встретились вновь. Он приник к ней, зарываясь носом в волосы, шумно вдохнул и так же выдохнул.
— Когда ты так делаешь, я начинаю верить, что в тебе больше от эсилла, чем эльфа, — ее голос чуть осип от накатывающего желания.
— Беленькая боится, что ее съедят? Так я просто понадкусываю, — он низко засмеялся, продолжая водить рукой, огладив внутреннюю сторону бедра, поднялся выше, начиная медленную ласку, — Не могу остановиться. Знала бы, как мне приятно видеть, как ты прикусываешь губы и очаровательно жмуришься от восторга, тогда мне действительно кажется, что я готов тебя даже убить, лишь бы больше никто не смог увидеть тебя такой.
Кожа эльфийки отозвалась волной мурашек. Эти слова пугали и будоражили. Отношения с Джиором каждый раз все больше напоминали схватку, когда она то спасалась от него, то, наоборот, тянулась, то позволяя этому мужчине подобраться к ее сердцу, то вновь прогоняя его из собственных смелых мыслей. Она запрещала себе мечтать о нем и воображать его рядом дальше. Никто из них не знал, что принесет следующий день в этом, окутанном безумием, мире.