Искра
Шрифт:
Почти сразу наткнулась на Ливеллу.
— Валиера! — охотница осторожно протянула руку к ее лицу, но не выдержав, кинулась к ней на шею, — Я не могу поверить, — она всхлипнула у блондинки на плече, — О, древние, как же я рада!
Магическая осторожно высвободилась из крепкой хватки той, что когда-то была ей подругой.
— Я тоже рада, — волшебница слабо улыбнулась, от чего лицо собеседницы вытянулось от поразившей ее догадки.
— Ты… Меня не помнишь?
— Немного. Еще вчера представляла тебя чуточку по-другому. Рада наконец увидеть, как ты выглядишь, — Вэл хотела пойти дальше, но
— Постой! — охотница не отставала, идя попятам, — Что за слова?
— Что-то про то, что я должна поддаться течению и перестать противиться. Хоть сейчас я иду другим путем, тогда это было правильно.
Ливелла замерла, растерявшись. Вэл, лишь коротко обернувшись, шагу не сбавила.
«Тот разговор был последним» — донеслось до ушей магической. От чего-то сердце больно закололо. Быть может, Джиор был прав, и это сама она стала жестокой. Бывшая подруга продолжала смотреть ей в спину, Вэл это ощущала. И, прежде чем свернуть в проход между палатками, посмотрев в сторону Лив, увидела, как та нервно смахивает с щек слезы.
«Бедняжка… Но это не мои проблемы».
***
Грохот в высоком шатре главнокомандующего привлекал все больше любопытствующих взглядов. Ильвис, проходящий мимо, покачал головой. Ему было жаль друга, что вновь оказался с разбитым сердцем. Провидец судорожно думал, чем ему помочь, но пока в голову ничего не приходило. Так он, погрузившись в мысли, набрел на палатку Лив.
Эльфийка сидела на земле, натачивала лезвие короткого клинка. И делала это так остервенело, что не сразу заметила, как он подошел. Глаза охотницы снова защипало. Пытаясь успокоиться, шумно втянула носом воздух, медленно выдохнула ртом. После же, наконец, обратила взгляд к возлюбленному:
— Это не Вэл. Какая-то самозванка! Она бы меня не забыла.
Ильвис опустился перед ней на колени, притягивая к себе:
— Не осуждай ее. Мы не знаем, что она пережила. Видела шрамы? Ты ведь помнишь, она ждала ребенка, видимо… Не получилось, — Лив в ответ лишь всхлипнула, — Дай время. И не дави. Знаю, какая ты у меня пылкая, но пока оставь, как есть. Само решится.
— Наверное, — она шмыгнула носом, почти успокоилась, — Как Фальвир?
Оракул скривился:
— Все будет хорошо. Однако сейчас он рвет и мечет. Кажется, разносит палатку изнутри.
— Может, тогда соберемся у тебя? Твоя ведь ничуть не меньше. Все поместятся.
Мужчина кивнул, прижимая охотницу к себе еще крепче. Он так радовался, что их любовь держится и не меркнет, что вдвоем им словно все по плечу. Мечтал, что, когда все успокоится, увезет ее куда-то, где тихо и красиво. Мечтал построить дом и учить их маленьких детей читать. Эти мысли были словно осязаемые, как все его видения. Ильвис тихо рассмеялся.
— Ты чего там? — прохрипела Лив, зажатая в его руках.
— Просто подумал, сколько бы таких бойких, как ты, малышей я бы смог удержать разом.
— Глупец, — эльфийка рассмеялась следом, — Ты не представляешь, что тебя в этом случае ждет.
***
Я торопился в чертов зал совещаний. Мерзкий замок нервировал меня, все в
нем напоминало об их превосходстве, которым они так кичились. Я уже приказал замазать фрески на главном торжественном этаже.Проходя мимо зеркальной стены, сбавил шаг, разглядывая себя в отражении. Как же я постарел. Седина в волосах, белая борода. Может, если подстригу, стану выглядеть лучше? Или совсем сбрить? Уже и не помню, как выгляжу без нее. Потер рукавом блестящую пластину с гербом на груди и двинулся дальше.
Услышал торопливые шаги за спиной. Опять эта сука увязалась за мной…
— Постой же, Юан! — она быстро перебирала ногами, чуть приподняв свои юбки. На кой она мне сдалась там?
— Ты не нужна на совете. Иди обратно, — на ее бледном зрелом лице отражалось неподдельное удивление. Тупая овца, она хлопала глазами, стоя, как вкопанная.
— Вообще-то, это мой замок.
Она вздернула подбородок и пошла вперед. Я не позволил, остановил… Сильнее, чем собирался. Она повалилась на пол, выглядя такой напуганной. Спать с ней сначала было приятно, хоть и скучно. Теперь же ничего, кроме раздражения, смотря на нее, не ощущал.
— Дура! Лучшее, что ты сейчас можешь сделать — уйти с глаз долой!
Она зашипела, точно змея, я аж опешил. Очевидно, она и правда оказалась так глупа, что только сейчас поняла, что ее обвели вокруг пальца. Она смотрела по сторонам и, когда не обнаружила ни одного привычного слуги, действительно ужаснулась.
Я же продолжал закипать все сильнее, высвобождая накопившуюся злобу. Снова, схватив покрепче, швырнул ее в другую стену узкого коридора, зеркало со звоном разбилось, ее соломенного цвета волосы начали окрашиваться красным.
— Я ведь предупреждал тебя. Мерзкая, самоуверенная. Чума для своей страны.
— Юан, прошу…
Она что-то бормотала, пока я не вцепился в ее шею. Тогда она только хрипела, царапая ногтями мои пальцы.
Какое же я испытал облегчение, когда эта сука обмякла! Зачем я вообще ждал? Жалел тварь, что сама не пожалела никого, безропотно выполняя мои поручения. Что ж, может, хоть перед смертью ей удалось насладиться этим подобием власти. Осмотрел себя, начищенная пластина вымазалась в ее крови.
— Тварь! — пнул ее неестественно изогнувшуюся ногу и, мысленно пожелав сполна ей ответить за содеянное на высшем суде, поспешил к своим сторонникам.
По пути в зал несколько раз чертыхнулся, закрывая нос платком. Тела бывших советников, выставленные на балконах, источали непереносимый смрад. Каждый из них что ли обделался? Поймал какого-то мальчишку в орденском одеянии, наказал заняться этим вопросом немедленно. Пусть убирает трупы, жестокость братьев по оружию и этой дуры была мне непонятна.
Когда передо мной распахнулись двери, я вошел внутрь зала, приветствуя остальных. Не слишком увлекаясь сторонними разговорами, начали обсуждать донесения разведчиков.
— Они перебрасывают свои войска сюда. Кажется, что за неделю армия увеличилась в несколько раз, — доложил один из братьев, тыча пухлыми пальцами в карту. Все они заговорили одновременно, обсуждая дальнейшие действия. Я же молчал, обдумывая, как могло так случиться, что к мятежному командующему присоединялось столько соратников. Где же он их взял, думал я.