ФИОЛЕТ
Шрифт:
– Если честно, я боюсь. – Взгляд Тины стал потерянным. – Что нас там ждет? Стеклянный купол и перспектива озеленения через пятьсот лет?.. Макс, чем ближе этот день, тем я больше боюсь.
– Тинуся, бояться нечего, это прекрасное место. На Земле нет таких садов. Погода там всегда идеальная. Мы будем жить в раю, а Лизе будет обеспечена долгая счастливая жизнь! Давай закроем этот вопрос, а?
Этот разговор состоялся неделю назад, перед очередным рейдом на Луну. Правильно, Макс закрыл вопрос. Как и многие другие свои вопросы. А теперь звонил телефон. Он звонил как-то протяжно и тоскливо. Номер не был опознан. Ощущение несчастья нахлынуло еще до того, как зазвучал незнакомый
«Страховая уже занимается выплатами… выплатами…» – вторилось у нее в голове. Если страховая занялась выплатами, значит шансов нет. Все кончено.
В такие моменты хочется выцарапать у времени последние минуты. Минуты, которые только что не казались столь ценными, когда Тина была так расстроена тем, что Мама и Макс разрывают ее на части своими спорами. Она очень хотела бы вернуться туда – лишь на минуту назад! Но обратной дороги нет. Жизнь разделилась на жизнь до и после этого звонка.
Помощник медленно выскользнул из рук и глухо стукнулся об пол. Тина почувствовала, как кровь отошла от головы, ноги подкосились, и она рухнула вслед за помощником. Слезы брызнули, и только после этого ей удалось вдохнуть. Неимоверным усилием Тина сдержала крик. Стянув подушку с дивана, у которого она сейчас лежала, она закрыла лицо и выдохнула разрывающие грудь рыдания.
Она невольно представляла последние минуты Макса, его отчаяние, страх и одиночество. Сердце разорвалось на части, а мысли, как стекло, разбились на тысячи мелких острых, ранящих душу, образов.
Господи, но ведь Макс не вернется! Что мне теперь делать?! Я больше НИКОГДА его не увижу!!! НИКОГДА – это не нескоро, это вообще никогда!
Прошло не меньше получаса, когда Тина смогла наконец кое-как вернуться в реальность. Мысль о Лизе привела ее в чувства. Девочка не должна ничего узнать. Что ей можно говорить, а что – нет? Лиза души не чаяла в папе… Если сейчас сказать ей, что Макс погиб, то это может сильно повлиять на ее развитие.
Тина встала на ноги. Колени задрожали под новой тяжестью горя. Еле волоча ноги, она пошла в ванную и хорошо умылась. Чувствовала, что долго не протянет без слез, но сейчас нужно сконцентрироваться и не дать Лизе что-то заподозрить. Она открыла дверь в комнату дочки. Лиза сидела на полу и играла с мини-детками – маленькими куколками, которые отзываются на имена и умеют делать разные штуки, если им скажет ребенок.
– Мамоска, сто с тобой?
– А что со мной не так, Милая? – Нижняя губа предательски задрожала, но Тина смогла сдержаться.
– Твоя уыбка слиском гуусная!
– Это ничего, Радость моя! Просто аллергия.
– А! Аейгия! – Лиза возвратилась к своим мини-деткам.
– Лиза, мамочке нужно съездить в одно место. Ты побудешь с Няней?
– А во сто мы будем игать?
– Я включу тебе самую лучшую игру. Будь умничкой и веди себя хорошо. Я скоро вернусь.
– Луцсая игла! – Лиза была в восторге. – Па-па, Мамочка!
– Па-па, Лизаня.
Тина закрыла дверь в комнату дочери и по щекам снова потекли слезы. Она не знала, что делать дальше. Нужно было оставить Лизу сейчас и пережить все это. В таком состоянии нельзя выходить, но и оставаться дома, не выдав себя, было невозможно. Трехлетние дети на самом деле гораздо умнее, чем о них думают.
Тина прошла в кухню и нажала кнопку на сенсоре аптечки.
– Добрый день, Тина. Что вас беспокоит? – спросил компьютер.
– Мне нужно
успокоительное, – Тина, подумав немного, добавила, – сильное, но не на столько, чтобы заснуть.Внутри коробочки что-то зажужжало, и на панели появилось полтаблетки. Не обращая внимания на дальнейшие комментарии аптечки, Тина сунула лекарство в рот и запила стаканом воды из графина.
Присев на кухонную табуретку, Тина опустила голову на стол. Слезы потекли сами собой. Было достаточно лишь представить себе Макса, каким он был, когда уезжал: со светлым взором и неизменной любящей улыбкой.
Через несколько минут таблетка стала действовать, и ее горе, как боль от сильного обезболивающего, как будто укуталась мягкой упаковочной бумагой. Она все еще была там внутри, но мысли об этом и обо всем другом потекли как-то отстраненно.
Тина поедет в агентство. Они не отделаются от нее роботом, который не дрогнул голосом, сообщая о «новости», столкнувшей ее жизнь в пропасть. Тина должна узнать, все ли они сделали, чтобы спасти его? Вдруг, это какая-то ошибка. Она не верила, что все закончилось. Так не могло случиться. Это не могло случиться с ее семьей, ведь они были так счастливы вместе! Были!
Она подошла к гардеробу. В зеркало на нее смотрела другая Тина. Словно зомби с появившимися всего за час черными кругами под глазами.
– Что-то, Тина, ты выглядишь сегодня не очень. Как насчет чего-то яркого для поднятия тонуса? – компьютер оценил ее на «не очень».
– Что ты знаешь про мое «не очень»? – бессмысленная фраза, сказанная компьютеру, прозвучала, как из неисправного динамика. Тина не поверила, что это ее голос.
Компьютер, похоже, понял свою ошибку и, когда она встала, просто открыл дверцу, приготовив джинсы и одноцветную майку – самое простое, что нашлось в шкафу.
Одевшись, она подошла к пульту Няни и коснулась экрана. На черном стекле возник круг иконок меню. Прошуршав пальцем, она выбрала программу «Лучшая игра». В инструкции не рекомендовалось часто баловать ребенка этой программой, иначе малышу могла быстро надоесть Няня, и тогда пришлось бы нанимать настоящую, а это значительно дороже.
– Привет, моя маленькая девочка! – из динамиков, установленных в каждой комнате, заструился мягкий голос Няни. Сегодня у тебя лучший день, потому что тебя ждет «Лучшая игра»!
– Пливет, пливет, пливет! – запищала Лиза. Это будет здолово!
– Ну а для начала давай немного посчитаем, посмотри наверх. Сколько уточек ты видишь на потолке?
– Тли, тли, тли!
Тина знала, что с Лизой будет все в порядке. Няня в курсе, чем заинтересовать малышку. Она и покормит девочку вечером специально приготовленными продуктами, и уложит спать, если понадобится. Макс закрыл вопрос, когда Тина впервые заныла, что начинает деградировать, сидя дома. Он всегда закрывал вопросы. Кто теперь будет их закрывать?
Тина вышла на улицу. Они с Максом купили престижную квартиру на пятом этаже три года назад перед рождением Лизы. Менее дорогие квартиры находились под землей, хотя Тина знала, что и там жить не так плохо. Прожила ведь как-то с Мамой в Москве на минус десятом этаже, и ничего страшного. Фильтрованный обогащенный воздух, натуральный вид из окна, выведенный оптико-волокном с самой крыши. Но престиж есть престиж – он не всегда рационален.
Погода на улице была очень ясная, даже чересчур. Такая ясная погода была невероятной редкостью. Макс был прав, с погодой в последнее время становилось все хуже. Тина взглянула на синее небо и освещенные ярким светом облака. Внутри обертки из успокоительного снова резануло осознание, что теперь мужа больше нет рядом. Как бы Макс обрадовался такому прекрасному дню!