ФИОЛЕТ
Шрифт:
Один раз из достаточно большого полена Макс смог вырезать лук, форма которого была заранее изогнута. Кто бы знал, каких трудов ему стоило эта резьба, ведь единственным инструментом для него оставалсяс нож. В результате лук все равно сломался сразу в двух местах. И только потом, спустя некоторое время после вспышки раздражения и разочарования, Макс понял, что в этом вырезании не было большого смысла. Искусственный изгиб нарушил структуру волокон, и прочность стала гораздо ниже.
Наконец как-то утром, еще не оправившись ото сна, Макс вспомнил, что дереву можно придать любую форму, если обработать древесину паром. Возбуждение от этого открытия захватило его полностью. В этот день
Сначала нужно было хорошо обработать паром по крайней мере места сгибов. Из подходящего полена Макс сначала выстругал заготовку. Он не обрезал древесину, а откалывал доску от полена. Вбивая нож в поперечину полена, Макс получал небольшую щель и в нее вставлял заранее выструганный деревянный клин. Таким образом, получалась относительно ровная доска, состоящая из ненарушенных волокон. Вот в чем, как полагал Макс, должен быть секрет прочности. Уже из этой доски он выстругивал более узкую планку, сужающуюся на двух концах.
На длинной палке, положенной на рогачи, он разогрел в кастрюльке и кружке из спасательного набора воду. Пришлось постараться, чтобы они были подвешены на одном уровне. Заготовку Макс положил на кружку и кастрюлю так, чтобы пар проходил одновременно через места сгибов. Время от времени всю конструкцию приходилось снимать и переливать воду из кастрюли в чашку, поскольку там вода выкипала быстрее. Пропарив таким образом палку около часа, Макс мог принятья за сгиб. После пропарки дерево действительно очень легко поддавалось деформации. До сих пор он не был уверен в результате полностью, но сейчас радость охватила его. Дерево в местах сгибов стало эластичным, как резина. Согнув под подходящим углом оба конца, Макс зажал лук между тремя заранее подготовленными камнями. Все угли из костра он подгреб с обратной стороны камней, чтобы те их подогревали, но не жгли сам лук.
Все действия с луком на этот день были завершены. Пообедав из запасов, Макс решил, что такой эмоциональный подъем, как сейчас, было очень жаль потратить впустую. Он вспомнил еще об одной идее, которая иногда приходила к нему в голову вечерами, когда, сидя на поляне, он скучал по Тине и Лизе. В такие моменты ему очень хотелось поиграть на гитаре что-нибудь. Ему казалось, что музыка могла бы приблизить его к родным, если не физически, то духовно.
Разумеется, ни о какой гитаре здесь на фиолетовой планете речи быть не могло. Но кое-что все-таки можно было сделать. Однажды, гуляя по лесу, он набрел на дерево, очень напоминающее по структуре бамбук. Срезав тогда один черенок, он смог убедиться, что этот бамбук с синими, как небо в летний день, листьями, был полый внутри. Как нельзя лучше ветка такого дерева подходила для чего-то наподобие дудочки или сопилки, как называют ее украинцы.
Он долго возился над правильным отверстием свистка, а потом по очереди вырезал десять дырочек под пальцы. Дудочка из местного бамбука вышла не очень. Некоторые ноты фальшивили, но Макса это не смущало. Кто мог услышать его здесь? Хрюки и суслики? Он надеялся, что им его грустная мелодия, затянутая на закате, понравилась. В этой девственной тишине засыпающего леса, когда дневные жители уже прятались по своим норам и гнездам, а ночные еще не продрали глаза, звуки сопилки звучали волшебно. Он верил, что где-то там, на Земле, Тина сейчас видит сон и слышит эту мелодию, знает, что он не погиб, и безумно скучает.
На следующий день утро бесцеремонно ворвалось в его сознание. Макс не помнил, как заснул и что ему снилось. Неизвестно сколько бы еще он спал, если б не звук будильника. После традиционной зарядки и замера
времени восхода он первым делом проверил свой лук. Результат превзошел все его ожидания. Его новое оружие, скованное камнями, выглядело прекрасно. Угли давно превратились в золу, а камни остыли. Только Макс поднял свой лук, то сразу понял, что его задумка удалась. Оба изгиба остались на месте. Попробовав один, потом другой, Макс убедился, что древесина не поддается изгибу так просто, как вчера после пропарки. Теперь ему нужна была хорошая тетива и стрелы.В памяти у него осталось, что у правильного лука тетива должна быть на десять сантиметров короче, чем размах самого лука. Так, по крайней мере, говорил его знакомый. Из волокна стропы Макс связал петлю и тщательно закрутил ее в длинную косичку. Так у него получилась очень прочная тетива с двумя петлями для захвата на концах. Одну петлю он посадил на заранее вырезанную прорезь на конце лука, потом зажал лук между ног и, согнув лук на себя, надел вторую петлю. «Просто класс!» – вслух оценил свою работу Макс.
Стрелы также были подготовлены заранее. В лесу ему удалось найти кусты с частыми длинными ветвями, торчащими вверх. Эти ветви были совершенно прямыми и как нельзя лучше подходили для стрел. Для наконечников сгодились крепления парашюта. Это были небольшие алюминиевые прямоугольники с отверстиями для строп. Сгибая прямоугольник по диагонали и тратя несколько минут на сгибание и разгибание, Макс получал два острых наконечника. Такие наконечники он вставлял в расщепление и туго стягивал тонкой обметкой.
Пришло время проверить лук. К небывалому восторгу Макса, первая же стрела, пущенная из лука, пролетела метров тридцать, прежде чем плотно встряла в землю. Даже пришлось потратить немало времени, чтобы найти ее. Лук не сломался ни на втором, ни на третьем выстреле и, похоже, вообще не собирался ломаться. Макс уже предвкушал вкус жареного мяса сегодня на ужин.
Излюбленным местом для хрюков были заросли безвкусных белых плодов. Направляясь к поляне, Макс с улыбкой вспомнил, как тогда, в первые дни, уговаривал себя, что они не только пригодны в пищу, но и очень вкусные. Сейчас-то он мог смело сказать, что эта пища для свиней, вернее для хрюков. Макс уже не раз был здесь и немало времени потратил на безрезультатные попытки поразить хрюков копьем. Сейчас он снова возвращался туда и надеялся, что хрюки сегодня подпустят его достаточно близко.
Но не все так просто. Два часа в невероятном напряжении внимания он просидел на ветке, спрятанный густыми листьями, и собрался уже, было, уходить, как услышал шорох и характерное похрюкивание. Это семья ничего не подозревающих зверьков прибыла для трапезы. Расстояние было подходящим для лука, но не для копья – метров десять или чуть больше. Раньше Макс убедился, что ближе к хрюкам подходить было бесполезно. Даже если ты совершенно не двигался и не дышал, они каким-то непостижимым образом все равно ощущали его присутствие и не подходили.
От напряжения Макс даже вспотел. Капля пота повисла на носу. Ему очень хотелось смахнуть ее, но он удержался. В семье было около семи особей. Трое животных обычного для хрюков размера – как баскетбольные мячи. Еще трое футбольных меховых мячиков – видимо, детеныши. И наконец, самый большой хрюк выделялся из всей компании. Для него Макс даже не смог подыскать подходящий мяч. Этот хрюк ел меньше всех и больше смотрел по сторонам. Нужно было выбрать цель. Где-то на уровне подсознания Макс понимал, что если целиться в группу, то никуда не попадешь. Медленно и аккуратно он поднял лук. Вспомнились назидания того знакомого: «Не целься слишком долго. Руки устанут, и тогда ты все равно не попадешь».