Беллатор
Шрифт:
– …и вот он мне говорит: «Поло для дворцовых принцев».
– Господин Виндзор…
– Что ты, для друзей просто Питер!
– Так как вы прошли отбор? – спросил третий участник беседы.
Сложно было понять, о чем речь, ведь начало разговора я не слышал. Почувствовав, как один парень из группы пялится на меня, я отвел взгляд, но вскоре обернулся проверить, продолжает ли он наблюдать за мной. Заметив мою реакцию, парень ухмыльнулся и, отделившись от остальных, целенаправленно направился ко мне. Вблизи я хорошо его рассмотрел: высоченного роста, с золотистыми волосами, пронизанные лучами солнца, своим сиянием
– Почему-то, ты не похож на человека, который хочет стать беллатором, – произнес он, впившись в меня своими голубыми глазами, и как-то идиотски ухмыльнулся.
Озадаченно почесав за ухом, я спросил:
– А на кого я похож?
– Ну, на парня, которого избиваются в школе.
Черт…
– А ты случайно не тот, который избивает таких парней? – спросил я.
– Нет, я таких парней защищаю, если конечно они этого стоят. Ты знаешь есть такие парни, которые заслуживают быть угне… угне-те…
– Угнетенными?
– Точно!
– А что такое беллатор? – вновь спросил я.
Он наклонился ко мне:
– Ты че, с луны свалился?
– Нет. Просто… Я не…
Идиот!
– Ладно не парься. Меня зовут Аартур!
– Кто ж тебя так зовет? Заики?
Аартур принялся истерично хохотать, чем привлек внимание остальных молодых людей, которые теперь с интересом смотрели в нашу сторону. Мне стало неловко, и я смущенно опустил глаза. Аартур же, хлопнув пару раз меня по плечу, заявил:
– Мы точно подружимся!
– Меня зовут Арслан, – представился я.
– Очень приятно, друг.
В этот момент появился монах, абсолютно лысый, вообще без какой бы то ни было растительности на голове и лице. Только тоненькие брови – и те словно карандашом нарисованные. Этот выглядел и был одет посолиднее предыдущего. Выше по рангу, по-видимому. Воцарилась тишина, все внимательно смотрели на пришедшего, который представился как Мастер Гао – тот самый Гао Лин Юй из письма. Затем он достал бумагу и принялся выкрикивать имена присутствующих, отмечая их в списках и заодно сообщая номера домов, в которых они разместятся.
– В каждом доме будут жить по двое, – сообщил он.
Красота деревни отвлекла мое внимание от скучной речи мастера Гао. Я с любопытством рассматривал деревню, в то время как Аартур с энтузиазмом что-то мне рассказывал.
– …в общем, в Сибири не так уж и плохо…
– …Аартур и Арслан. Дом номер восемь, – произнес мастер Гао и продолжил читать по списку.
… Дом номер восемь.
– Ты слышал? – спросил я у Аартура.
Он кивнул, удивленно посмотрев на меня. Один из монахов указал нам дорогу, дав маленькую карманную карту. Аартур долго изучал ее, переворачивал несколько раз. Пожав плечами, он наконец двинулся в путь.
– Знаешь что такое чистое везение? – попытался я завязать разговор с Аартуром, который продолжал изучать карту.
– Ну, это когда не делаешь уроки, а учитель забывает о домашке.
Меня это улыбнуло:
– Почти. Но я о другом. Чистое везение заключается в том, что нам попался дом восьмой номер
– И что в этом особенного? – спросил Аартур, не отрываясь от карты.
– Восемь у китайцев – счастливое число. Если не ошибаюсь,
то восемь на китайском языке звучит одинаково со словами богатство и процветание. Если, конечно, Википедия не врет.– Хах, а я думал, восемь – это символ бесконечности, – задумчиво ответил Аартур, когда мы наконец оказались перед нужным нам домом.
С виду дом был похож на маленький храм или обитель монаха. Плитки черепицы, покрывающей крышу, были гармонично согнутыми, будто их нарисовал искусный художник, работая тонкой кистью. Все было в духе китайской архитектуры. Каждое здание этой деревни была на уровень выше земли, поэтому к ним прилагались лестничные площадки. Где-то они были высокие, а где-то пару ступенек.
С первого раза дверь открыть не получилось. Я попробовал потянуть за ручку – дверь не поддалась.
– Тяни сильнее, – посоветовал Аартур.
Замков вроде не было, как, впрочем, и скважины для ключа. Тогда Аартур, подойдя ближе и ухватившись за ручки двери, раздвинул их в противоположные стороны. Створки двери раздвинулись, заставив Аартура принять позу поп-звезды.
Ах…
– Ничего, я тоже не знал, – успокоил меня он.
Когда мы попали в дома, в мой нос ударил густой запах сырости. От запаха к горлу подступила тошнота, и я стремительно выбежал на улицу, одновременно ухватившись за нос и рот. Оставшись внутри, Аартур приоткрыл окно, чтобы проветрить.
– Ну и вонь, – произнес он буднично, и помахал рукой перед носом, выходя из дома.
Постояв снаружи несколько минут, мы вернулись обратно. В воздухе еще висел запах сырости, но уже значительно слабее, смешавшись с запахом сирени с улицы.
Теперь можно было осмотреться. В доме была всего одна большая комната, и два входа. Тот с которого мы зашли, и кажется тот, который ведет на задний двор. Это я проверю позже. Мебели не было. Стояла две тахты, матрацы без спинок, вместо шкафа для одежды – самодельная вешалка из бамбука. Я устроился на тахте справа от двери, Аартур на ту, что слева. Вещей у меня почти не было, поэтому распаковка заняла меньше минуты.
К этому времени с бурчанием в животе заявился голод. Аартур достал из рюкзака контейнер для еды. Когда он открыл его, вся комната наполнилась аппетитным ароматом хлеба, сыра, овощей и жареной индейки, окончательно перебив запах сырости. В контейнере оказалось два сэндвича, завернутых в фольгу. Мой голодный взгляд на сэндвич не остался незамеченным: улыбнувшись, Аартур бросил один из них в мою сторону. Сэндвич, зазывно шурша фольгой, благополучно приземлился на мою ладонь.
– Там на площади, – начал Аартур, откусив кусок сэндвича, – я рассказывал тебе о Сибири.
– Д-да, – неуверенно ответил я, – и что там?
– Холодно, конечно. А ты что думал?
– Ты удивишься, но у нас тоже идет снег. Иногда достигает пол метра.
– Пол метра? – он скривил недоумение. – Да у нас достигает до трех! – гордо заявил он. – А вообще, к холоду привыкаешь. Не то что здесь. Духота китайская…
– Не то слово. Прям как в сауне.
– Ага, – коротко ответил он. – А ты сам откуда?
– Ташкентская Республика.
– О-о, – он закивал. – Знаю-знаю. Богачи вы, вот что.