Амарант
Шрифт:
– Пока мы наедине, ты можешь называть меня Лилианой. Дело в том, что к тому моменту, когда Джейми тебя обнаружил, ты была в предсмертном состоянии. Использование Кровевосполяющего зелья дало бы минимальный эффект, недостаточный для твоего спасения. Джейми пришлось пойти на крайние меры. Оставались считанные минуты до того момента, когда твое сердце перестанет биться, и он рискнул.
Ифиана приняла ее ответ, но не смогла удержаться от комментария.
– Даже если вам, Камденам, нужно беречь меня ради выполнения задания Мэйтланда, почему бы не приставить ко мне прислугу? Она вполне может ухаживать за мной. Справляться о моем самочувствии. Отвечать на вопросы одобренными вашим сыном
Лилиана выслушала ее с непроницаемым лицом и позволила себе печальную улыбку.
– Ты слишком умна, чтобы довольствоваться жалкой полуправдой. Я понимаю. Но не считаю, что я вправе вмешиваться в это. Я лишь делаю то, о чем меня просит сын. Ифиана, я пойду на все, о чем бы Джейми ни попросил сейчас, когда он взвалил на свои плечи эту непосильную ношу. Ты не представляешь, сколь многим он пожертвовал ради того, чтобы защитить меня и Лероя. Защитить семью. Я отвечаю ему тем же. И если тебе нужна правда, только он может открыть ее тебе. В свое время. Не торопи его, прошу. Ему и без того непросто…
– Вы просите пожалеть его? – усмехнулась Ифиана. – Моего мучителя? Который пытал меня и делал еще черт знает что, из-за чего я даже попыталась убить себя?
Лилиана стала серьезной, даже слегка ожесточилась. Ее прежде спокойные голубые глаза полыхнули гневом.
– Я прошу проявить хотя бы немного понимания, – произнесла она с достоинством. – Ты, вероятно, не помнишь этого, но я уже говорила тебе. Здесь, на Темной стороне, выживает лишь тот, кто способен приспосабливаться. Кто умеет выждать благоприятный момент. Ошибка может стоить очень дорого, Ифиана. Не только тебе, но и тем, кого ты любишь. Пойми это, пока не стало слишком поздно.
Закончив, она поднялась с кровати и без прощания покинула спальню. Ифиана проводила ее недоумевающим взглядом, чувствуя, что Лилиана пытается что-то сказать между строк. Эта недосказанность раздражала, если не приводила в ярость.
Что Камдены от нее скрывают? Как она с ними связана? И почему ничего не знает об этом? Или не помнит?
По спине пробежал холодок. Ифиана не была глупой. В такой ситуации легко предположить, что ей могли стереть память.
Камдены предпочитают заботиться о ней лично и даже рискуют своими жизнями ради этого, ставя под сомнение свою преданность Мэйтланду, но не объясняют причин.
Лилиана постоянно роняет в разговоре странные намеки и относится к ней слишком тепло для сторонницы Темного Властелина. Об ее сыне и говорить не стоит… Чтобы Камден, ненавидящий ее со времен Академии, жертвовал своим здоровьем ради ее спасения? Он не пытал ее в полную силу, насколько она помнила. И не позволил Сеймуру забрать ее.
Что было после допроса Ифиана не помнила, и это тревожило. Либо события были по-настоящему травмирующими, либо и здесь ей подправили воспоминания, чтобы она не пыталась убить себя вновь. Лилиана ведь спросила о том, что она помнит, когда Ифиана пришла в себя. Что же скрывается за этой «правдой»? И почему ее предпочли скрыть от нее?
Когда она проснулась, спальня уже была залита солнечным светом. Окно выходило на восток. С удовольствием потянувшись в теплой и мягкой постели, Ифиана опомнилась и помрачнела, когда вспомнила, где находится. Давно она не спала в такой удобной кровати. И так же давно не высыпалась. Чувствуя себя на удивление
бодрой и отдохнувшей, Ифиана вздрогнула и натянула одеяло по шею, когда в комнате материализовалась Тилли.– Мисс уже проснулась? – робко спросила служанка.
– Как видишь.
– Мне было велено подать вам завтрак и помочь одеться. Что бы вы хотели отведать?
Ифиана моргнула, не ожидав такой любезности. Она же все-таки в плену, а не в гостях.
– Э-э, мне без разницы. Почему миссис Камден ко мне не зашла? С ней все в порядке?
На миг стало страшно. Что, если Камденов разоблачили в их попытках помочь ей?
– Госпожа Лилиана ухаживает за господином Джейми, – ответила Тилли и щелкнула пальцами. На постели рядом с Ифианой появился большой поднос на ножках, заполненный тарелками с оладьями, сырниками и свежей клубникой. А в дополнение шли шоколадный мусс и чашка зеленого чая. – Я взяла на себя смелость предложить вам традиционный завтрак хозяев. Желаете еще чего-нибудь?
– Можно заменить чай на кофе? – Ифиана не помнила, когда в последний раз наслаждалась любимым напитком.
Тилли снова щелкнула пальцами, и содержимое чашки по волшебству изменилось. Вдохнув аромат свежесваренного кофе, Ифиана простонала от блаженства и поспешила сделать несколько глотков из чашки.
Как же давно она не наслаждалась тем, что ест. Это было прекрасно. После всех этих лет, когда она каждое утро впихивала в себя пресную кашу и черствый хлеб только чтобы не свалиться в голодный обморок на очередном военном совещании. И это был единственный прием пищи за сутки.
Заедая сырники оладьями, Ифиана не забыла про шоколадный мусс и даже съела несколько сочных ягод клубники. Наконец, насытившись, она выдохнула и отодвинула от себя опустевший поднос. Тилли заставила его исчезнуть и услужливо поинтересовалась:
– Желаете принять ванну?
– Нет, я только умоюсь.
– Как ваше самочувствие? – спросила Тилли, пока Ифиана слезала с кровати. – Госпожа Лилиана велела мне удостовериться, что вы здоровы.
Остановившись у двери в ванную, Ифиана снова прислушалась к себе и с недоумением отметила, что чувствует себя… Отлично! В смысле, абсолютно здоровой. Ни головной боли, ни слабости, ни последствий магических пыток, которые разрывал ткани и сосуды. Она должна была восстанавливаться неделями, но ее тело ощущалось сильным и крепким.
Она выспалась. Она наелась. Ее мышцы казались налитыми силой, а разум – чистым и быстрым. Да она сейчас могла бы пробежать марафон! Или решить сотни алхимических уравнений за считанные минуты. Ну, по ощущениям. Это было более, чем странно, учитывая, что еще вчера она едва не умерла от потери крови, а до этого была обессилена голодом и пытками.
– Я в порядке, – задумчиво ответила Ифиана и вошла в ванную, сразу же направившись к раковине.
Умывшись и почистив зубы оказавшейся на раковине зубной щеткой, Ифиана вернулась в спальню. Она запоздало поняла, что одета в одну шелковую сорочку до щиколоток. Слишком женственную и дорогую для пленницы. Дождавшаяся ее возвращения Тилли неуверенно заглянула ей в глаза.
– Госпожа Лилиана велела одеть вас согласно ее распоряжению.
– Это как?
По щелчку пальцев служанки сорочка на теле Ифианы превратилась в черное платье в пол, туго обтягивающее талию при помощи корсета с завязками на спине и расходящееся от нее пышной юбкой, которая громко шуршала при каждом ее движении. Рукава были длинными и с манжетами на пуговице из серебра. Подобные платья носила разве что сама миссис Камден.
– Тилли, ты уверена, что?.. – напряглась Ифиана.
– Таков был приказ госпожи Лилианы, – стояла на своем та. – Позволите я уложу ваши волосы?