Амарант
Шрифт:
Камден никак не отреагировал на эту насмешку.
– Я согласен с каждым вашим словом, – прозвучал его ровный голос.
– Тогда, я думаю, ты не будешь против, если именно ты продемонстрируешь нам пользу пыток при допросе?
– Как вам будет угодно, – отозвался Джейми и немедленно поднялся из-за стола.
Лилиана, вынырнув от состояния прострации, проводила сына встревоженным взглядом и дернулась, когда рука сидящего рядом мужа соскользнула с подлокотника стула и потянулась к ней под столом.
Ифиана подняла голову, затравленно глядя на приближающегося
Она проверила собственные стены. На месте. Крепкие, из непробиваемого камня, как она всегда и представляла. Смотря Камдену прямо в глаза, Ифиана с вызовом вскинула подбородок.
Без видимых колебаний направив на нее взгляд, он произнес заклинание. Закричав от разрывающей все тело боли, Ифиана почувствовала, как рухнула на пол, извиваясь на глазах у Темных. Она хрипло выдохнула, когда спустя мучительную минуту боль отступила. Камден дал ей передышку.
Скорчившись у его ног, Ифиана сотрясалась всем телом и делала судорожные вдохи. В голове проскользнула отстраненная мысль о том, что он мог бы быть более безжалостным. Вряд ли Джейми вкладывал в заклинание все силы. Или это только начало, и он намерен действовать по нарастающей?
– Еще, Джейми, – приказал Мэйтланд скучающим голосом.
Снова боль. Настолько сильная, что казалось, будто с нее живьем сдирают кожу. Но ее ментальные стены даже не дрогнули. Что бы это ни значило, Камден пытал ее вполсилы. И если Мэйтланд поймет это, то вмешается. Либо выберет для нее другого мучителя – не такого жалостливого, либо возьмется за дело сам. Оба варианта были убийственными.
И потому, когда Джейми обрушил на нее боль в третий раз, Ифиана… притворилась. Притворилась, что кричит во все горло, что она не в силах вынести этой пытки и уже готова сломаться. Корчась на полу в муках, она изображала плач и между криками умоляла остановиться. Мэйтланд поднялся со своего места и стал медленно обходить зал по периметру.
– Довольно, – удовлетворенно остановил он пытки, встав за спиной у Джейми. Пару секунд Мэйтланд с презрением разглядывал Ифиану. – Какое разочарование. Я рассчитывал, что она продержится дольше…
Перекатившись на спину, Ифиана часто и хрипло дышала. Во рту был привкус крови. Кажется, она прикусила язык. Джейми стоял над ней и неотрывно смотрел прямо в глаза. Его челюсти были плотно сжаты, а жилка на виске неистово билась. Переведя взгляд на его сжатые в кулаки ладони в перчатках из черной кожи, Ифиана заметила, что они дрожат. Неужели он затратил так много усилий, раз пребывал в подобном состоянии?
– Попробуй пробраться в ее голову, Джейми, – прошептал ему на ухо Мэйтланд. – Она должна многое знать о планах Сопротивления, учитывая ее близость к его руководящим лицам.
Ифиана в ужасе проверила свои ментальные стены. Все решится сейчас. Она или справится, или предаст Сопротивление. Всех, кого любила.
Подчиняясь воле предводителя, Камден направил на нее взгляд. Легкое, почти неощутимое давление на разум было оглушающим в своей неожиданной
мягкости. Он даже не пытался пробиться. Просто скользил вдоль ее стен. Как призрак, бесцельно кружащий вокруг границ разума.Камден продолжал смотреть на нее сверху вниз, но обратился к Мэйтланду:
– Властелин, что-то мешает мне проникнуть в ее разум. И это не обычная магия разума.
Ифиана перевела глаза на Мэйтланда и заметила, как он удивленно наморщил высокий бледный лоб. Кажется, в его отвратительных чертах промелькнуло разочарование.
– Попробуй еще раз, Джейми, – прищурился он. – Уверен, ты справишься. Тебя учили лучшие.
Терпеливо вздохнув, Камден повторил попытку забраться в ее голову. Ифиана напряглась, но испытала те же ощущения ненавязчивого постороннего присутствия, не причиняющие ей никакого дискомфорта.
Он сошел с ума. Камден сошел с ума, раз проделывал все это прямо под носом у Мэйтланда. Что он задумал? Что, черт возьми, у него на уме?!
– Сожалею, что подвел. – Камден снова «потерпел поражение».
Смерив его разъяренным взглядом, Мэйтланд обошел Ифиану по кругу и сделал то, чего она боялась больше всего – направил на нее собственную ладонь. Вот и все. Ей не сдержать оборону, если это сделает Мэйтланд.
Чего добивался Камден своими глупыми попытками оттянуть момент ее неизбежного падения? Он должен был понимать, что в случае его неудачи за дело возьмется его хозяин.
Ифиана зажмурилась в ожидании адской боли и падения своих стен, но… ничего. Она резко распахнула глаза и уставилась на такого же потрясенного Мэйтланда. Он нахмурился и, взглянув на остающегося абсолютно невозмутимым Джейми, вдруг захохотал как безумец.
– Как занимательно, – отсмеявшись, протянул Мэйтланд. Он обходил Ифиану по кругу, разглядывая, как диковинную зверушку. – Похоже, Сопротивление нашло способ защитить разум особенно ценных сторонников. Джейми, ты прав. Это не магия разума. Я даже не могу предпринять усилия, чтобы попытаться пробить ее защиту. Что-то меня останавливает. Освальд, что скажешь?
– Властелин, я впервые слышу о таком, – раздался в ответ размеренный голос Пирра. – Вы позволите проверить лично?
– Попробуй, – милостиво кивнул ему Мэйтланд.
Пирр со скрежетом выдвинул стул, прошел по величественному залу к Ифиане и встал рядом с Джейми. Он предпринял такую же безуспешную попытку пробраться в ее разум, сузил глаза и изрек:
– И в самом деле занимательно. Властелин, что бы это ни было, защита на ее разуме весьма серьезная. Я с таким раньше не сталкивался.
– Традиционные методы допроса нам недоступны, – ухмыльнулся Мэйтланд. – Досадно. Но есть и другие способы добиться наших целей, верно? Более затратные по времени и усилиям, но все равно действенные. Я готов подождать.
Ифиана похолодела. Она посмотрела на Пирра, но он даже не дрогнул. Стоящий рядом с ним Камден был таким же равнодушным, но он сглотнул, и его кадык дернулся, обратив на себя внимание Ифианы. Он нервничал?
– Девчонка сама откроет нам свои тайны, если должным образом ее подготовить.