Агник
Шрифт:
Из рассказа Лили узнала, что ее новым знакомым оказался только что поступивший на медицинский факультет профессиональный серфингист, главной страстью которого были волны с крутым гребнем и компьютерные игры.
— А что насчет тебя? — с интересом продолжил он, расплывшись в улыбке. — Как ты сюда попала?
— М-меня? — несколько напрягшись, переспросила девушка, стараясь выиграть хоть немного времени, с намерением придумать убедительную ложь.
— Ну а кого же еще…
На ходу сочиняя историю об извержении вулкана и землетрясении, беря за основу реальную трагедию, что произошла с ее братом пару лет назад, дополняя деталями из различных статей, в которых упоминалось о том, как грязевые потоки, состоящие из смеси воды,
— Какой ужас, — тихо произнес собеседник. — Мне так жаль, что ты не успела выбраться из тех завалов, да еще этот грязевой поток, в котором ты захлебнулась. Мне правда очень жаль.
«О, кажется, моя ложь была весьма убедительной! Неплохо, неплохо».
— Лили смотри, кажется, мы добрались!
Достигнув вершины, путники очутились посреди каменного утеса. С него открывалась панорама на обширную кратерную котловину с крутыми стенками, внутри которой расположилось, словно зеркальное, бирюзовое озеро. Будто сговорившись, одна за другой сущности начали прыгать в воду, внешне снова становясь похожими на воинов Кромена.
— Давай вместе, — с восторгом прошептал юноша, аккуратно беря спутницу за руку. — На счет три: раз, два…
Уже собравшись прыгнуть в объятия бирюзовой бездны, девушка ощутила сильный удар в районе груди, от которого теплая ладонь Филла тут же выскользнула из рук. Не справившись с равновесием и кубарем покатившись обратно вниз, Лили услышала хруст собственной шеи.
[1] Пирокластический поток — смесь высокотемпературных вулканических газов, пепла и обломков пород, образующаяся при извержении вулкана.
Глава 6. Побег
Глава 6
Побег
Вылетев из сочащейся лавой широкой расщелины, девушка со всего размаху влетела в каменную стену, и обездвижено сползла к чьим-то ногам.
— Лили, — послышался рядом обеспокоенный голос Онгеля. Его согревающие руки с заботой коснулись затылка девушки, и аккуратно уложили ее разбитую голову к себе на колени. — Эй, ты меня слышишь?
Спустя пару минут разливающееся по всему телу тепло полностью излечило серьезные раны гостьи, наполнив ее словно неиссякаемой силой. Немигающие, глубоко посаженные, выразительные темно-серые глаза с ожиданием наблюдали за обездвиженной девушкой, слыша едва уловимое биение сердца. Ощутив, как частички пепельной кожи начали разлетаться, подобно снежинкам на ветру, Онгель быстро надел на лицо маску, как раз в тот момент, когда глаза Лили распахнулись.
— Онгель, — мягко обратилась она, ощутив внутри ноющую пустоту, — спасибо, спасибо тебе за все.
— Не стоит благодарностей, — сдержанно произнес мужчина, помогая встать. — Лучше расскажи мне: что с тобой произошло и как ты умудрилась попасть в Кромен?
— Но я…
— Там, среди зеркального пространства распределения, я только отвернулся, как тебя уже след простыл.
Задумчиво забегав глазами по каменному коридору, вспоминая пристальный взгляд синих глаз, девушка остановилась на огненной расщелине в стене, раскаленные камни которой начали плавно соединяться, подобно срастающейся ране.
— Это, — начала она, подойдя как можно ближе, — что это такое?
— Проход в Кромен, — сухо отрезал Онгель, ожидая от девушки ответов на заданные вопросы.
— Ах, ну да, конечно! Как же я сразу не догадалась, — задумчиво произнесла Лили, принявшись торопливо рассказывать почти обо всем, что с ней приключилось в необычной составляющей, но умолчав о Филле.
Выслушав, мужчина на какое-то время впал в раздумья, после чего предупредительно ответил:
— Никому не рассказывай об этом, хорошо?
— Я и не собиралась… Да и потом, кому
мне болтать? Здесь, кроме тебя и Мавэла, я больше никого и не знаю.Онгель снова ушел в свои мысли, невнятно произнеся вслух:
— Интересно, та лестница была их началом или концом?
— Что ты имеешь в виду?
— Началом или концом…, — задумчиво повторял мужчина.
— Онгель?
— М? — затуманено отозвался он.
— О каком начале ты говоришь?
— А, да это так, мысли вслух, не бери в голову.
Не сказав больше ни слова, гнеопец аккуратно взял девушку за руку, и потянул за собой следом.
Лили и Онгель двигались вдоль многочисленных, перекрытых сводами нефов[1], которые отличались друг от друга убранством и архитектурным великолепием. Путники словно проходили разные эпохи, восхищаясь красотой архитектурных стилей. Лаконичный романский стиль сменялся загадочной готикой, резко переходя в многообразие орнаментного декора ренессанса, за которым следовал роскошный и причудливый стиль барокко. Всю дорогу мужчина рассказывал интересные факты, то и дело выделяя красочные детали и отличительные черты. Утонченный декор и интерьерные украшения следующего места привели девушку в полный восторг, позволив ощутить приятное трепетное волнение. Отбросив холодную парадность, тяжелую и скучную напыщенность барокко, архитектура этого места казалась легкой и игривой. Рассказав более подробно о рококо, гнеопец, все так же удерживая спутницу за руку, быстрым шагом промчался сквозь массивную геометрию простых архитектурных форм, выйдя в лишенный всякого вкуса и стиля большой овальный зал. Стены, покрытые зеленовато-желтыми оттенками демантоида[2], рубиновыми кристаллами шпинели[3] и небесными минералами ядовитого целестина[4], переливались и сверкали при каждом блике послеполуденного солнца, делая необычное место похожим на драгоценную шкатулку. Толпа человеческих сущностей, заполонившая своим присутствием почти каждый квадрат пространства, увлеченно переговаривалась друг с другом, время от времени перемещаясь. Трон, сотворенный из мелких веток, сочных листьев и полевых цветов, невесомо возвышался посередине зала.
— Кто все эти люди?
— Скорее уж сущности, — поправил Онгель, сделав акцент на последнем слове. — Агнийцы.
Отличающиеся друг от друга цветом кожи, полом и телосложением сущности с аристократической маской надменности вели на первый взгляд увлекательный диалог, порой не слыша и не слушая изречений собеседника, и то и дело поглядывая на свое отражение в зеркале.
Разодетые в элегантные платья из золотистого шелка женщины то и дело о чем-то перешептывались и над чем-то посмеивались, беспрестанно поправляя усыпанные драгоценными камнями ленты, что были вплетены в их роскошные струящиеся волосы.
— Да уж, ну и народ! — невольным криком вырвалось из уст Лили, отчего все агнийцы одновременно затихли и повернулись к ней. Некоторые вовсе разинули рты от удивления, тараща глаза. Нависшее над головами напряженное молчание нарушил писклявый голос двуликого и невысокого паренька, облаченного в льняной костюм оливкового цвета:
— Неужели это сама Лимья?!
«Бр-р, что это с ним?» — с отвращением подумала про себя девушка, пытаясь не смотреть на странную голову, по обеим сторонам которой расположились лица.
— Не всегда все, что ужасает снаружи, может отпугнуть изнутри… Обычно все бывает в точности наоборот, — словно прочитав ее мысли, прошептал гнеопец, от чего Лили на некоторую долю секунды показалось, что под сказанным спутник подразумевает себя.
— Молчать! — подобно грому обрушился строгий, со стальными нотками голос, погрузив весь зал в тишину. Высокая, ростом с Онгеля, незнакомка, идущая рядом с Аквельей, неспешно пересекала зал, двигаясь в направлении трона. На ветвеобразные бурые кости, служащие словно каркасом, была накинута полупрозрачная, с серым отливом кожа, поверх которой струилось легкое, переливающееся звездным мерцанием платье.