Проза

– Попридержись! – толкнул соседа в фуражке Венюков и, все так же придирчиво глядя на Женю, спросил: – А вы лопатой шевелить умеете?

Ранним морозным утром я вышел из домика лесничего и направился к Усинге, небольшому удэгейскому селу, расположенному на берегу Бурлита в глубокой тайге. В Усинге нет ни одной улицы, небольшие деревянные избы стоят в совершенном беспорядке группами или в одиночку. Их владельцы, очевидно, выбирали места…

– Как это сам? – недоверчиво спросил Семен. – А вот так. Выходил на поверхность в виде зверя или птицы. То уткой, то поросенком, а то волом, – сказал старик. – Смотря по тому, какой величины клад. – Это правильно, – подтвердил пастух. – Моей матери подвезло однажды. Давался ей клад, да не смогла…

– Что ж вы в сенях уселись? Проходите в избу, – пригласила нас хозяйка. – А нам и здесь неплохо, – отвечал Сучков, хитровато подмигивая мне. – Достань-ка нам чего покрепче, тогда и в избу зазывай. – Вовка, подь сюда! – крикнула Наталья и уже в избе наказывала мальчику: – Сбегай в погреб, чашку с…

– Насмерть задавил? – Да нет. В больнице отлеживаются. Он их не задел колесами – только спины ободрал – не то карданом, не то мостом. И даже не остановился, стервец. Мужчина встал, видит: еще один грузовик едет. Помахал рукой. Этот остановился и тоже пьяный. «Отвези в больницу женщин, – говорит пострадавший. –…

– Борь, а Борь! Купи мне флакончик одеколона опохмелиться. Я тебе дровами заплачу, – клянчил Звонарь. – Иди к черту! – Ну что тебе стоит заплатить каких-нибудь несчастных шестьдесят копеек? А дрова у меня сухие, мелкие – швырок! Березовые… – На что ему твой швырок? У него в Москве газом обходятся.…

– Вы родом из Корабишина, – говорю я. – Как вы отгадали? – По говору да по внешности. Смеется: – Меня на службе то за татарина, то за кавказца, а то и за еврея принимали. – Давно переселились в Малые Бочаги? – Пятнадцатый год пошел. Его дом вынесен из посада и повернут лицом к улице, таким…

Как-то в лугах, на рыбалке, сидя возле реки, я заметил, что мой приятель шкипер Федот опасливо отодвигается от берега. – Ты чего это, Федот Иваныч? – спросил я. – Боязно, – ответил он, поеживаясь. – Стемнелось. Время смурное – самый разгул для шишиг. – Каких шишиг? – Известно каких… Этих самых,…

Мы сидели в холодке на низеньком кособоком крылечке. Перед нами в заплоте разгуливали кони; одни подбирали раструшенную скошенную траву, фыркали на нее, сдували пыль и лениво перебирали травинки губами; другие, равнодушные ко всему на свете, дремали, тяжело опустив голову, отвесив нижнюю губу. Жара……

Но, проходя под одним из окон, он вдруг замер, оцепенев от ужаса. В доме раздавались стоны. Он приблизился, перешагнул через бордюр из кустиков тимьяна и, вслушиваясь, прильнул ухом к ставню, – сомнений не было, в доме кто-то стонал. Почтальон ясно слышал протяжные страдальческие вздохи, какое-то хрипение,…

«Многообещающая концовка», — подумал я и стал уныло стелить свою постель.

Для гражданина Соединенных Штатов война, результаты которой были закреплены Версальским трактатом, представляет великое историческое событие, превосходящее по своему значению и интересу все другие. Оглядываясь на нее, американец испытывает грусть при воспоминании о страданиях многих своих сограждан и…

— Что за вздор! Что за вздор! — воскликнул Шонар в порыве справедливого негодования. — Лазурная волна на серебряном озере! Я это просмотрел! Это уж чересчур романтично! Поэт — идиот! Он, значит, никогда не видел ни серебра, ни озера. Впрочем, и вся баллада — галиматья! Ритм стиха только помеха для моей…

Ничего, бодрится заяц перед зайчихою, лапкой о лапку бьет: где наша ни пропадала! Будем живы, не помрем. Пень топора не боится. Своя сермяга не тяга. А в лесу тем временем оставшиеся деревья спилили, грибы-ягоды подчистую выбрали, мох до земли содрали и на паклю распродали. Окромя медведевых и лисицыных…

Я уходил от нее с ощущением, будто из меня высосали всю кровь. … Самое же удивительное, что после того сеанса я начисто избавился от навязчивых видений. Сикстинская Мадонна перестала меня распалять: даже при желании мне вряд ли бы удалось убедить себя в ее беспорочности. Июнь 2002 г.

Василий Семенович Гроссман Собака 1 Ее детство было бесприютным и голодным, но детство самая счастливая пора жизни. Особенно хороша была первая весна, майские дни за городом. Запах земли и молодой травы наполнял душу счастьем. Ощущение радости было пронзительным, прямо-таки невыносимым, ей иногда…

– А вот мы с подружкой – специалисты по бильярду. Любим погонять шары, – Жанну явно радовало свое остроумие. Часа через три Андрей понял, что терпение на исходе. К счастью, Завацкий уже невменяем и не будет против, если его усадят в такси вместе с одной из дев и отправят в номера. Так он и поступил.…

– Девятнадцать, самое оно! – гордо заявил Загогулин. И вдруг его словно осенило. – Слышишь, Лёха, а тебе-то сколько? – Да вот скоро двадцать два, – сообщил папенька. – А жена есть? – в голосе на том конце провода затрепетала надежда. – Не… – Да что ты к людям пристаёшь! – звонко плеснуло…

А назавтра в Единой Государственной Газете: «В 48-й раз едино­гласно избран все тот же Благодетель». А в городе повсюду расклеены листки с надписью «Мефи». Д-503 с 1-330 по коридорам под Древним Домом выходят из го­рода за Зеленую Стену, в низший мир. Нестерпимо пестрый гам, свист, свет. У Д-503 голова…

«Затянувшаяся дискуссия означает, что обе стороны не правы.» «Лучшее – враг хорошего.» Вольтер «Любовь – вещь идеальная, супружество – реальная; смешение реального с идеальным никогда не проходит безнаказанно.» И. Гёте «Собственное сознание своей правоты важнее для человека, чем двое…