Проза

Тони. А ты что? Тоже томишься? Петр. Невероятно. Такой бестолковщины, как сейчас, не знало еще ни одно столетие. (Оборачивается к Тони.) Ну-ка, Тони, довольно фокусов, показывай свои стихи! Тони. Что ты! Какие там стихи!.. Они еще не готовы! Петр (подходит к нему). Ладно, ладно! Тони (отдает…

История Парижа, если раскапывать ее, как раскапывали бы Геркуланум, заставляет вас непрерывно возобновлять работу. В ней есть и пласты наносной земли, и ячейки, подобные могилам, высеченным в скалах, и спирали лабиринта. Докопаться в этих развалинах до конца кажется невозможным. За расчищенным подземельем…

Константин немного задумался. За стеклами веранды дождь монотонно поливал одинокую елку, сумевшую каким-то чудом протиснуть свои корни между усеивающими двор камнями. В паре миль к юго-востоку от виллы начинались пригороды маленького порта, одного из этих унылых «курортов», где мелкие министерские чиновники…

Прежде чем поселок в бухте Дальней стал океанским дном по вине урагана с женским именем Агнес, там побывала засуха, хотя и совершенно безымянная. Продажа земель только что завершилась, участки едва обозначили и нанесли на схему, как вдруг у тамошних хозяек из кранов потекла грязь. Высохшие колодцы и…

Отправленный для излечения в Санкт-Петербург, он был представлен императрице, которая пожаловала ему орден Св. Георгия IV степени и отправила для лечения за границу, щедро снабдив деньгами. Голенищев-Кутузов воспользовался пребыванием за границей, чтобы изучить постановку военного дела в Пруссии и Австрии.…

Да, все очень знакомо, но вместе с тем — странное чувство! — словно бы не такое каким было шесть лет тому назад. Например, улица кажется короче, речка—уже, и расстояние от нее до деревни как будто уменьшилось. Максим, опершись на перила, стал всматриваться в лед, стараясь разглядеть свое отражение.…

— А ты ничего… — сказала девчонка и засмеялась своим большим ртом. — Я тебе скажу по секрету, я тоже собираю… — Что? — Эхо… У меня уже много собрано. Есть эхо звонкое, как стекло, есть как медная труба, есть трехголосое, а есть горохом сыплется, еще есть… — Ладно врать-то! —…

– Последнего немца выслали из Восточной Пруссии два года назад, – растерянно сказал он. – Хотите, я вас сфотографирую… я фотограф… – Стоянка поезда три минуты. – Она с улыбкой покачала головой. - Вы сумасшедший. И фотоаппарата у вас нету. Да и на немца вы не похожи, скорее – на цыгана. – Это рядом.…

Уже противно, правда? Мальчик был богатый. Хотя родители не баловали его шмотками и карманными деньгами, он имел замечательный ресурс – роскошную по тем временам квартиру в роскошном доме с роскошным стеклянным подъездом. В котором сидел пусть не роскошный, но вполне реальный консьерж. И строго спрашивал:…

Поседевшие брови его удивленно поползли вверх: весь Ленинский проспект, простирающийся под окнами, был заполнен молодежью в одинаковых серебристых скафандрах и белых гермошлемах с надписью «СССР». — Космонавты! — удивленно пробормотал Виктор Николаевич. И сразу вспомнил: — Сегодня ж 12 апреля!…

Мне обязательно надо быть с ним. Вдвоем мы наверняка прорвемся в наши передовые подразделения. Генерал в этот момент беседовал с Андреем. Не любит он, когда его прерывают. «Э, была не была! Ведь не в отпуск прошусь…» Выступил на шаг вперед и снова попросил послать меня к Одеру… По штабу уже…

Но даже эти мои мысли были легки, невесомы, повторялись каждый день неторопливо по дороге вдоль моря, и я называл их странным словом — немногочисленные. Прошлой жизни, которая казалась каким-то большим объемом позади меня, недоставало маленькой части. И я спокойно ее вышагивал изо дня в день по одной…

– Дальше… А дальше мужик стал крушить мебель, бар и витрины. – А что он говорил при этом? Ничего мужик не говорил, улыбался только. И деньги у Пенса отнял. А потом палец отломал и ушел. Но Пенс этого уже не видел – сознания лишился. Да… Дуст переживал не лучшие свои дни, но на здоровье…

Если хотя бы каждый второй житель или гость нашего миллионного города сходит в театр и посмотрит мою пьесу, заплатив за билет тысячу рублей, представляешь, сколько я заработаю? А ты сиди, или нет, лучше лежи на диване, свободный и ни в кого не влюблённый, отдыхай! Но помни, что под лежачий камень вода…

У них не сразу, не сразу началось. Когда сразу – это один тип отношений. А когда постепенно, шаг за шагом, ближе, дальше, опять ближе, совсем близко – это другой вариант, более надежный. А ей хотелось именно понадежнее. Она тогда была взрослой теткой двадцати шести лет и как раз остывала после бурной…

Я поняла, что я должна сделать, и неожиданно легко встала на ноги. Я шагнула к кровати, где лежал он, скрученный пеленками и способный только мучительно вертеть головой и подергивать разинутым ртом в поисках груди с молоком. И в отчаянии кричать, что он не хочет умирать от голода. Я стояла, опираясь…

Хожалый, не дожидаясь дальнейших подробностей, тотчас же побежал доложить полицеймейстеру, что какое-то важное начальство наехало — генерал с двумя офицерами и при них барыня. В полиции это произвело некоторую сенсацию, и хотя усердному хожалому пришлось съесть дурака за то, что не узнал толком, какое…

На следующее утро меня попросили съездить с ними в Дом кино. Туда должно было приехать телевидение, чтобы снять интервью. Сидя в ресторане, мы прождали телевизионщиков часа четыре. В это время дня там можно было заказать только столичный салат и бутерброды с колбасой. Половина гостей, как и я, были вегетарианцами.…

Его приучают «родину любить» с самого начала, с принятия присяги — последующим ритуалом «солдатской присяги», со снятием штанов и поркой по голой заднице ремнем с бляхой, так чтоб остался пылающий след. Это одновременно и «боевое крещение», и забава для старослужащих, «стариков», но не только забава:…

– Ну как, моя цыпочка? Пойдем к тебе? а? Где тут твое гнездышко? – Сейчас? – удивилась девушка и подняла брови. Он засмеялся игриво, открыв ровные, сплошные, крепкие зубы, густо покраснел и ответил: – Конечно. Чего же нам терять драгоценное время? – Тут музыка будет. Танцевать будем. – Но что…