Классическая проза

— Она похожа на белое дерево — на вишню в цвету, — сказал он, глядя на молодую женщину с пышными светлыми волосами. Красивый образ, подумала Рут Аннинг, очень приятный образ, и все-таки она не уверена, что ей нравится этот изысканно грустный человек и его жесты; странно, как безотчетны наши чувства,…

Конечно, возникновение слова проще всего связать с реальным хламом и отбросами, с которыми сравнивает криминальный мир своих врагов, призванных охранять закон. Но вот вопрос: почему же именно мусор? Есть немало других подходящих слов в русском языке: шваль, хлам, барахло, отребье, погань, блевотина и…

– Это Джонни Медведь. Я оглянулся. Прозвище настолько метко характеризовало внешность этого человека, что лучше и не придумаешь. Он был похож на большого, глупо улыбающегося медведя. Его голова со всклокоченными черными волосами покачивалась на вытянутой вперед шее, длинные руки тоже висели перед телом,…

Фермерши, багровые, еле дышавшие, в раздутых наподобие пузырей лифах, перетянутые корсетами, из стыдливости не решались выходить из-за стола, хотя их подпирало сверху и снизу. Но одна из них, которой стало совсем невмоготу, вышла, и за ней последовали все остальные. Они возвратились повеселев, готовые…

– Муся, обедать! Все уже сидят за столом. Мое место рядом с мамой. Он как раз напротив меня, между Лёрой и Альфонсинкой. – Мама, можно мне сесть рядом с Александром Павловичем? – А зачем? – Так! – Ну, иди. Только совершенно не понимаю, зачем это тебе понадобилось. Мы меняемся с Лёрой местами. …

– Гм... – задумалась мать. – У нас – не знаю. У католиков на это есть чистилище. – Я знаю! – торжествующе Ася. – Чистильщик Дик, который маленькому Лорду подарил красный футляр с подковами и лошадиными головами. – И вот, когда тот разбойник потребовал, чтобы она выбрала, она, обняв их обеих сразу,…

(Переводя глаза на тонкие, с длинными пальцами, руки мужа:) – Ваш муж – художник? – Нет, – выдавил муж. – Нет? – удостоверился он у жены. – Нет, – подтвердила жена. – Любопытно, – задумался он, – я был уверен, что он художник. Я, вообще, буду говорить с вами, потому что ваш супруг имеет вид не понимающего…

– А скажите, пожалуйста, – спросил я в заключение, – с кем живет эта певица? – С каким-то инженером Крикуновым. Ну, сударь мой, как вам это понравится? Но далее… Миннезенгеров и баянов теперь на белом свете нет и известность делается почти исключительно только газетами. На другой же день после освящения…

Когда вы, заикаясь и потупив взоры, заявляете, что у вас, ей-богу, нет теперь свободных денег, и слезно просите обождать еще месяц, полковник всплескивает руками и делает плачущее лицо. – Голубчик, ведь вы на полгода брали! – шепчет он. – И разве я стал бы вас беспокоить, если бы не крайняя нужда? Ах,…

А для многих поколений мертвых, для всей лестницы человечества, вплоть до наших дней, почти ничего не надо, клочок земли, больше ничего! Земля принимает их, забвение их уничтожает. Прощайте! За оградой нового кладбища я обнаружил вдруг еще одно заброшенное кладбище, где забытые покойники уже обратились…

– Это вычтется из вашей доли райского блаженства! – сказал он, протягивая мне мою порцию. После этого снадобья пили кофе по-арабски, то есть с гущей и без сахара; потом сели за стол. Читателя, конечно, удивит такое нарушение кулинарных обычаев, ибо никто не пьет кофе перед супом, варенье тоже едят…

— А вот Шопенгауэр, господа, Шопенгауэр, великий философ, которого чтит вся Германия. Послушайте его слова: «Как сильно должна была любовь отуманить разум мужчины, чтобы он назвал «прекрасным» этот пол, малорослый, с узкими плечами, широкими бедрами и кривыми ногами. В действительности вся красота заключается…

Казалось, он относился к своей жене именно так, как подобает в среде людей состоятельных и благородного происхождения. Он в достаточной степени интересовался ее желаниями, здоровьем, туалетами и предоставлял ей, в сущности, полную свободу. Рандаль, сделавшись другом Ирен, получил право на дружеское…

Внук был прав, и хотя У Сы-тай и виду не показывала, что согласна с ним, думала она сама точно так же. Угомонившись, она облокачивалась на стол, обхватывала голову руками и, цокая языком, принималась размышлять о том, что и она не безгрешна. И после этого, в разгар очередной склоки, вдруг вступалась…

Удостаивался ли я хоть раз почестей, благодарности или особого расположения со стороны немцев? Никогда. Вот пример: они обладали во Франции полной монополией на типографскую бумагу, а я между тем не имел возможности издаваться из-за отсутствия бумаги, я ни разу не получил ни одного «талона на 10 кг»…

— Привет, Роз, я не опоздал? — Мужчина выпрыгнул из машины. — Дэвид, Джордж, салют, вот вы где! Карета подана. Туристы — Дэвид и Джордж, как знал теперь мистер Малик, — поспешили к автомобилю. Последовали улыбки, рукопожатия, похлопывания по плечам. — Роз, эти ребята тоже живут в «Хилтоне», вот я их…

Заметно потемнело, быстро надвинулись сумерки, но тени при этом не удлинились, предметы печально потускнели, словно от рассеянного электрического света. Посвежело. Всех нас охватило неописуемое чувство, словно мы присутствуем на торжественной литургии природы, став свидетелями чего-то, что, возможно,…

Войдя во флигель, следователь занялся прежде всего осмотром двери в спальню. Дверь оказалась сосновою, выкрашенной в желтую краску и неповрежденной. Особых примет, могущих послужить какими-либо указаниями, найдено не было. Приступлено было ко взлому. — Прошу, господа, лишних удалиться! — сказал следователь,…

— Кто? Самодур Говард? Чудила Гоуи? Долбаный миллиардер Хьюз? — Ну, можно и так сказать. — Никуда он не собирается переезжать — прилип задницей к своему креслу и затихарился в трех милях отсюда. Сама посуди. Пораскинь мозгами. «МГМ» стоит в двух милях от тихоокеанского побережья, в двух кварталах от…

Солнце скрылось за горизонтом, и теперь мы шли в полумраке, которого не мог рассеять свет одинокого фонаря, стоявшего на противоположной стороне улицы. Я увидел еще один мячик, лежавший в нескольких футах от ног старика, и указал на него кивком головы. — Вот и все, — сказал он, поднимая мячик. И куда…