Цветаева Марина Ивановна список книг

ЖАНРЫ

Поделиться с друзьями:

Цветаева Марина Ивановна

Рейтинг
9.24
Пол
женский
Годы творчества
1908—1941
Дата рождения
26 сентября (8 октября) 1892
Цветаева Марина Ивановна
9.24 + -

рейтинг автора

Биография

Марина Ивановна Цветаева - русская поэтесса, прозаик, переводчица, одна из самых самобытных поэтов Серебряного века.

Биография Детство и юность Марина Цветаева родилась 26 сентября (8 октября) 1892 году в Москве. Её отец, Иван Владимирович, - профессор Московского университета, известный филолог и искусствовед; стал в дальнейшем директором Румянцевского музея и основателем Музея изящных искусств. Мать, Мария Мейн (по происхождению - из обрусевшей польско-немецкой семьи), была пианисткой, ученицей Антона Рубинштейна. Марина начала писать стихи - не только на русском, но и на французском и немецком языках - ещё в шестилетнем возрасте. Огромное влияние на Марину, на формирование её характера оказывала мать. Она мечтала видеть дочь музыкантом. После смерти матери от чахотки в 1906 году Марина с сестрой Анастасией остались на попечении отца. Детские годы Цветаевой прошли в Москве и в Тарусе. Из-за болезни матери подолгу жила в Италии, Швейцарии и Германии. Начальное образование получила в Москве; продолжила его в пансионах Лозанны (Швейцария) и Фрайбурга (Германия). В шестнадцать лет предприняла поездку в Париж, чтобы прослушать в Сорбонне краткий курс лекций о старофранцузской литературе.

Начало творческой деятельности В 1910 году Марина опубликовала на свои собственные деньги первый сборник стихов - "Вечерний альбом". (Сборник посвящён памяти Марии Башкирцевой, что подчёркивает его "дневниковую" направленность.) Её творчество привлекло к себе внимание знаменитых поэтов - Валерия Брюсова, Максимилиана Волошина и Николая Гумилёва. В этот же год Цветаева написала свою первую критическую статью "Волшебство в стихах Брюсова". За "Вечерним альбомом" двумя годами позже последовал второй сборник - "Волшебный фонарь". Начало творческой деятельности Цветаевой связано с кругом московских символистов. После знакомства с Брюсовым и поэтом Эллисом (настоящее имя Лев Кобылинский) Цветаева участвует в деятельности кружков и студий при издательстве "Мусагет". На раннее творчество Цветаевой значительное влияние оказали Николай Некрасов, Валерий Брюсов и Максимилиан Волошин (поэтесса гостила в доме Волошина в Коктебеле в 1911, 1913, 1915 и 1917 годах). В 1911 году Цветаева познакомилась со своим будущим мужем Сергеем Эфроном; в январе 1912 - вышла за него замуж. В том же году у Марины и Сергея родилась дочь Ариадна (Аля). В 1913 году выходит третий сборник - "Из двух книг".

Отношения с Софией Парнок В 1914 г. Марина познакомилась с поэтессой и переводчицей Софией Парнок; их отношения продолжались до 1916 года. Цветаева посвятила Парнок цикл стихов "Подруга". Цветаева и Парнок расстались в 1916 году; Марина вернулась к мужу Сергею Эфрону. Отношения с Парнок Цветаева охарактеризовала как "первую катастрофу в своей жизни". В 1921 году Цветаева, подытоживая, пишет: "Любить только женщин (женщине) или только мужчин (мужчине), заведомо исключая обычное обратное - какая жуть! А только женщин (мужчине) или только мужчин (женщине), заведомо исключая необычное родное - какая скука!" На известие о смерти Софии Парнок Цветаева отреагировала бесстрастно: "Ну и что, что она умерла? Не обязательно умирать, чтобы умереть".

Гражданская война (1917-1922) В 1917 году Цветаева родила дочь Ирину, которая умерла в приюте в возрасте трёх лет. Годы Гражданской войны оказались для Цветаевой очень тяжелыми. Сергей Эфрон служил в рядах Белой армии. Марина жила в Москве, в Борисоглебском переулке. В эти годы появился цикл стихов "Лебединый стан", проникнутый сочувствием к белому движению. В 1918-1919 годах Цветаева пишет романтические пьесы; созданы поэмы "Егорушка", "Царь-девица", "На красном коне". В апреле 1920 года Цветаева познакомилась с князем Сергеем Волконским.

Эмиграция (1922-1939) В мае 1922 года Цветаевой с дочерью Ариадной разрешили уехать за границу - к мужу, который, пережив разгром Деникина, будучи белым офицером, теперь стал студентом Пражского университета. Сначала Цветаева с дочерью недолго жила в Берлине, затем три года в предместьях Праги. В Чехии написаны знаменитые "Поэма горы" и "Поэма конца". В 1925 году после рождения сына Георгия семья перебралась в Париж. В Париже на Цветаеву сильно воздействовала атмосфера, сложившаяся вокруг неё из-за деятельности мужа. Эфрона обвиняли в том, что он был завербован НКВД и участвовал в заговоре против Льва Седова, сына Троцкого. В мае 1926 года с подачи Бориса Пастернака Цветаева начала переписываться с австрийским поэтом Райнером Марией Рильке, жившим тогда в Швейцарии. Эта переписка обрывается в конце того же года со смертью Рильке. В течение всего времени, проведённого в эмиграции, не прекращалась переписка Цветаевой с Борисом Пастернаком. Большинство из созданного Цветаевой в эмиграции осталось неопубликованным. В 1928 в Париже выходит последний прижизненный сборник поэтессы - "После России", включивший в себя стихотворения 1922-1925 годов. Позднее Цветаева пишет об этом так: "Моя неудача в эмиграции - в том, что я не эмигрант, что я по духу, то есть по воздуху и по размаху - там, туда, оттуда..." В 1930 году написан поэтический цикл "Маяковскому" (на смерть Владимира Маяковского). Самоубийство Маяковского буквально шокировало Цветаеву. В отличие от стихов, не получивших в эмигрантской среде признания, успехом пользовалась её проза, занявшая основное место в её творчестве 1930-х гг. ("Эмиграция делает меня прозаиком..."). В это время изданы "Мой Пушкин" (1937), "Мать и музыка" (1935), "Дом у Старого Пимена" (1934), "Повесть о Сонечке" (1938), воспоминания о Максимилиане Волошине ("Живое о живом", 1933), Михаиле Кузмине ("Нездешний ветер", 1936), Андрее Белом ("Пленный дух", 1934) и др. С 1930-х гг. Цветаева с семьёй жила практически в нищете. "Никто не может вообразить бедности, в которой мы живём. Мой единственный доход - от того, что я пишу. Мой муж болен и не может работать. Моя дочь зарабатывает гроши, вышивая шляпки. У меня есть сын, ему восемь лет. Мы вчетвером живем на эти деньги. Другими словами, мы медленно умираем от голода". (Из воспоминаний Марины Цветаевой) 15 марта 1937 г. выехала в Москву Ариадна, первой из семьи получив возможность вернуться на Родину. 10 октября того же года из Франции бежал Эфрон, оказавшись замешанным в заказном политическом убийстве.

Возвращение в СССР (1939-1941) В 1939 году Цветаева вернулась в СССР вслед за мужем и дочерью. По приезде жила на даче НКВД в Болшево (ныне Музей-квартира М.И.Цветаевой в Болшеве), соседями были супруги Клепинины. 27 августа была арестована дочь Ариадна, 10 октября - Эфрон. В 1941 году Сергей Яковлевич был расстрелян; Ариадна после пятнадцати лет репрессий реабилитирована в 1955 году. В этот период Цветаева практически не писала стихов, занимаясь переводами. Война застала Цветаеву за переводами Федерико Гарсиа Лорки. Работа была прервана. 8 августа Цветаева с сыном уехала на пароходе в эвакуацию; 18 августа прибыла вместе с несколькими писателями в городок Елабугу на Каме. В Чистополе, где в основном находились эвакуированные литераторы, Цветаева получила согласие на прописку и оставила заявление: "В совет Литфонда. Прошу принять меня на работу в качестве посудомойки в открывающуюся столовую Литфонда. 26 августа 1941 года". 28 августа она вернулась в Елабугу с намерением перебраться в Чистополь. 31 августа 1941 года Цветаева покончила жизнь самоубийством (повесилась), оставив три записки: тем, кто будет её хоронить, Асеевым и сыну: "Мурлыга! Прости меня, но дальше было бы хуже. Я тяжело больна, это уже не я. Люблю тебя безумно. Пойми, что я больше не могла жить. Передай папе и Але - если увидишь - что любила их до последней минуты и объясни, что попала в тупик". Марина Цветаева похоронена на Петропавловском кладбище в г. Елабуге. Точное расположение ее могилы неизвестно. На той стороне кладбища, где находится ее затерявшаяся могила, в 1960 году сестра поэтессы, Анастасия Цветаева, установила крест, а в 1970 году было сооружено гранитное надгробие.

После смерти В эмиграции она написала в рассказе "Хлыстовки": "Я бы хотела лежать на тарусском хлыстовском кладбище, под кустом бузины, в одной из тех могил с серебряным голубем, где растет самая красная и крупная в наших местах земляника. Но если это несбыточно, если не только мне там не лежать, но и кладбища того уж нет, я бы хотела, чтобы на одном из тех холмов, которыми Кирилловны шли к нам в Песочное, а мы к ним в Тарусу, поставили, с тарусской каменоломни, камень: "Здесь хотела бы лежать Марина Цветаева". Также она говорила: "Здесь, во Франции, и тени моей не останется. Таруса, Коктебель, да чешские деревни - вот места души моей". На высоком берегу Оки, в её любимом городе Таруса согласно воле Цветаевой установлен камень (тарусский доломит) с надписью "Здесь хотела бы лежать Марина Цветаева". В первый раз камень был поставлен усилиями Семена Островского в 1962, но затем памятник был убран "во избежание", и позже в более спокойные времена восстановлен.

Отпевание В 1990 году патриарх Алексий II дал благословение на отпевание Цветаевой (отпевание состоялось в день пятидесятой годовщины со дня кончины Марины Цветаевой в московском храме Вознесения Господня у Никитских ворот), тогда как отпевать самоубийц в РПЦ запрещено. Основанием для того послужило прошение Анастасии Цветаевой, а с нею - группы людей, в том числе диакона Андрея Кураева, к патриарху.

Книги автора:

Без серии

[6.2 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[6.2 рейтинг книги]
[7.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[6.2 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[6.2 рейтинг книги]
[6.2 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
[5.0 рейтинг книги]
Комментарии:
ПОПУЛЯРНЫЕ КНИГИ
Кодекс Охотника. Книга XII
7.50
рейтинг книги
В этот раз он решил не рисковать, и уничтожить все документы по этому проекту. Если у Галактионова есть хотя бы малейшая зацепка, ее нечем будет подтвердить. * * * То, как дальше развивались события, меня, прям, удивили. Императрица пригласила меня в свой транспорт, который больше напоминал крепость.…
Отвергнутая невеста генерала драконов
5.00
рейтинг книги
— Зачем ты спрашиваешь об этом? — мама высокомерно задрала подбородок. — Я выбрала тебя. Сколько раз об этом твердить. — Меня или мое положение? — на лице отца заходили желваки. — А теперь ты это «положение» пытаешься дочери нашей навязать и даже слушать не желаешь, что у нее будет истинный. — Хватит,…
Хозяин Стужи 2
5.75
рейтинг книги
— Ответ на самом деле простой, княжна, — я покачал головой, — я иду туда, где мне будут рады, а не туда, где надо мной будут смеяться. Ну сами подумайте, я обычный дворянин, что мне делать среди золотой молодежи нашей империи? Быть в роли шута? Увольте, но это не по мне. — Хм, об этом я, признаться,…
Законы рода
5.00
рейтинг книги
В тот последний раз дед вместе с отцом тайно навестили меня и сделали очередной «подарок» — десятки лекарств с разных уголков земли, которые мне пришлось долго и упорно поглощать, лишь бы в последний раз попытать счастья исцелиться. И чего там только не было… А уж когда до меня дошли слухи о стоимости…
Вперед в прошлое 8
5.00
рейтинг книги
Его место пустовало — сбоку, над колесом. Так что желание устроиться покомфортнее понятно, но — не за мой счет. — А ты, попробуй меня отсюдова выгони! — начал быковать он. Я прикинул собственные силы. Шнырь был если и выше меня, то самую малость. Вот только как все провернуть, когда проход завален…
Вношу ясность
5.00
рейтинг книги
18:55. Романтическая интерлюдия: приходит предмет моих нежных чувств и приносит комнатное растение. 21:30. Я отправляюсь ужинать в компании двух моделей, модного фотографа, агента модного фотографа и арт-директора. Я почти исключительно занимаюсь арт-директором, в котором меня привлекает преимущественно…
Целеполагание
5.00
рейтинг книги
Серия:
#4 Глэрд
Сам выбрал место, откуда мог видеть обоих воинов и большую часть двора, залег в полной тьме. Вновь стала одолевать усталость, чувствовал, возможности организма приближались к своему пределу. И это хорошо — знать и понимать его. Тело мальчишки — это тело мальчишки. Сейчас бы взбодриться, например, приллом,…
Седина в бороду, Босс… вразнос!
5.00
рейтинг книги
– Мама, у Васьки двойной аппендицит! – диагностировал появившийся из кухни Вовка и, подметая ламинат длинными полами маминого банного халата, показал мне пластиковый ножик, не забыв похвастаться: – Сейчас мы его спасём. Смотри, как дышит. Наверное, уже в агонии. – Вова, с чего ты взял, что у него аппендицит?…
Черный Маг Императора 19
5.00
рейтинг книги
— Извини… — Так вот, — продолжил Дориан. — Когда мне стукнуло пятнадцать, я уже считал себя достаточно взрослым для того, чтобы подвести итоги, наметить планы на будущее. Я думаю, этот маленький юбилей должен стать для тебя днем размышлений, понимаешь? — А… Ты об этом… — после этого вопроса я немного…
Зодчий. Книга II
5.00
рейтинг книги
Я молча убрал телефон в карман. Значит, Туров? Мир тесен. Особенно на фронтире. — Живущая во грехе не может служить тебе так, как должно, — тихо сказала Ирина. — Живущая во грехе не даст тебе того, что должно. — У неё есть следопыт. А у вас? — Что ты хочешь знать? — шагнула ко мне монахиня. Пухлые…
Сирийский рубеж
5.00
рейтинг книги
Серия:
#5 Рубеж
Три дня назад здесь стояло звено новых Ми-28 в специальном пустынном камуфляже. Самые последние модификации, которые выдала нам промышленность, отправляются вместе с нами. Много у меня вопросов к нашим кураторам, но пока ответов они мне не дали. Обещали, кстати, в самолёте по пути в Сирию рассказать.…
Три с половиной оборота
5.00
рейтинг книги
Несмотря на то что ее роман с Владаном был давно в прошлом, Маринка по-прежнему испытывала к нему теплые чувства, оттого постоянно давала мне советы на правах старшей подруги. Иногда дельные, но по большей части не очень. Вот и последним ее наставлениям я не вняла, оттого вместо загара рисковала вернуться…
Маджериум. Темные начала
5.00
рейтинг книги
Я сделала несколько жадных глотков и поблагодарила ректора за помощь. Вот уж не думала, что самолично Аластар Мэдроуз будет подавать мне воду. - Ты что-то помнишь? - спросил профессор, когда я вдоволь напилась. Меня слегка кольнуло это панибратское “ты”. Помнится, раньше Аластар Мэдроуз обращался…
Стеллар. Трибут
8.75
рейтинг книги
Я выдохнул ему в лицо сгусток крови, изо всех сил напрягая мышцы и пытаясь разорвать путы. Бесполезно, тело лишь пронзила острая боль, заставившая стиснуть зубы. Оскал уклонился от плевка настолько молниеносно, что движение вышло смазанным. И в ответ тут же резко ударил меня: без замаха, но с такой…