Детская проза

– Нет же, Энту. Смотри правее. Всего в паре метров от того места стояли два подростка, что-то шумно обсуждая. Их громкий гогот перебивал вожатых, пытавшихся объяснить план действий новобранцам. – Ты точно попал. – резюмировал Энту. Энту неоднократно становился свидетелем того, как эти мальчики…

– Ты, Семён Ильич, старший. И потому отвечаешь за каждую коровку. Вернешься – представишь передаточные документы. Я тебе вручил сто сорок семь буренок, столько же и сдашь. За каждую пропавшую корову головой ответишь, – предупредил председатель. И так третий день по только деду Семёну известным лесным…

– Лик, это не вариант, – покачала головой я. – Я на Васильке год езжу и только стало получаться, а тут новая лошадь, да и все хорошие уже разобраны. Ехать ради того, чтобы ехать, не стоит – финал все-таки. – Да, попадалово, – вздохнула подруга. – Вот чего она к твоей лошади прицепилась? – Потому…

Развернулись, чтоб быть ближе к земле, а земли нет. Пропала земля! Смотрю на приборы, а они невесть что показывают. Как летим, и то непонятно. Может, боком. Аэродромы не отвечают, не слышат нас. Вдруг чувствую — валимся. Тяну за ручку, а сил не хватает, кричу: — Толя! Помогай! И тут прямо перед…

Все ждали, когда Ежонка появится. Уже сошли земляника и вишня, отцвел шиповник, и даже начали созревать яблоки, а Ежонка всё не появлялась, оставаясь в своём уютном домике. Каждый день, Ежонок спрашивал: «Маленькая Ежонка сегодня появилась?» А Ежиха отвечала одинаково: «Нет, может быть – завтра…» И вот…

Парень до самого конца прошлого года был просто одноклассником. Ну, подумаешь, каждый день в школе виделись! Мало ли кто по школе ходит. А потом неожиданно выяснилось, что он написал отличный детектив, и Настя теперь с огромным удовольствием перепечатывала его на своем компьютере. А что, ей нетрудно.…

– Как твои танцы? – поинтересовалась мама. – Нормально, – отговорилась я. – Получается? – Когда как… – избегая дальнейших расспросов, я поспешила укрыться в своей комнате. Первым делом я подошла к окну. У нас во дворе готовилось торжественное событие – открытие катка, и наблюдать за продвижением…

Она попросила мышей вернуться обратно. Чтобы все жили вместе. Как раньше. Но ночные мышки не согласились. Они привыкли уже спать днём. Слишком многое они уже делали по-другому, решив, что они уже другие мыши. Ночные. И чтобы это выделить, они все начали краситься в чёрную краску. Ночные мышки затаили…

Она отворачивается к стене, оклеенной коричневыми обоями с мелким орнаментом из полевых цветов. Кажется, маргаритки. Иногда перед сном Оливия водит пальцем по переплетению стеблей и листьев, и теперь даже с закрытыми глазами смогла бы повторить причудливые линии растительного узора. Она натягивает тонкое…

– Что ты там видишь? – спрашивал его Мишка. Но тот в ответ лишь едва улыбался и больше молчал. – Тебе надо было не на берегу моря родиться, посреди наших сопок, – сказала ему как-то мать, – а где-нибудь в столице. Ходил бы там по консерваториям да картинным галереям. Смотрел бы на них, а здесь такого,…

– Ты чё тут в воротах делаешь?! Ворон считаешь? Из-за тебя, козла!.. – Юрка замахнулся на вратаря. Тот отступил и испуганно заморгал. Хотя физически он ничем не уступал Юрке, но решил всё же ретироваться, потому что пропустить такой «легкий» мяч, к тому же между ног, считалось для вратарей величайшим…

– Ты, из Дикого Леса Дикая Тварь, отведай, погрызи эту кость. Взял Дикий Пёс эту кость в свои дикие зубы, и она оказалась вкуснее всего, что он грыз до той поры, и он обратился к Женщине с такими словами: – Послушай, о Враг мой, Жена моего Врага, брось мне скорее другую такую же кость. И отвечала…

2 – А я все смотрю, ты это или не ты? Теперь вижу, ты. Привет, Света! Девушка растерялась. Она никак не ожидала услышать этот голос из прошлого, да еще тогда, когда рядом был Марк. Однако ей удалось легко справиться с собой, даже без особых усилий. Света подняла голову, встретилась взглядом с аквамариновыми…

Некрасивая она, Тайка, вот. Что бы папа ни говорил. Дальнейшие разборки и вспоминать не хотелось. Рита, например, громогласно советовала младшей сестре поискать утерянную совесть, авось найдется. Папа укоризненно качал головой. И напомнил Тайке о мамином давлении и нервных клетках, которые не восстанавливаются.…

– Детонька моя, – сказал он. – Отныне мое разбойничье сердце в твоих маленьких ручонках. Не знаю почему, но это так. – А ну-ка, дай мне ее немножко подержать, – попросил Лысый Пер. И Маттис с осторожностью положил ему на руки Рони, словно золотое яичко. – Вот он, новый атаман, о котором ты так…

Скажем, вдруг солдаты бегут с автоматами за дезертиром, а тот мчится с красным, злым лицом, без ремня, с пистолетом в руке, и все боятся к нему подступиться. А Михаська кинулся бы ему под ноги – не жалко и пальто, хотя оно еще почти новое, во втором классе по ордеру купили, – и дезертир бы хряпнулся…

— Буду, — пообещал тихий мальчишеский голос. «Ага, как же, — подумала девочка. — Только и ждал наверное, чтобы ему кого-нибудь беспомощного поиздеваться привезли. Ничего, пусть только попробует!» — Ну, я пойду, — сказала Ульяна Матвеевна. — Она спит пока. После операции. Так что не буди. Пусть сама…

Старик усмехнулся. Девочка уронила куклу, и губы у нее задрожали. – Родом я отовсюду, – ответил спокойно старик. – Нигде нету для меня чужбины. А зовут меня Александр. – Чем занимаешься? – Сеятель я и собиратель, – так же спокойно ответил старик. – В юности хлеб…

– Да никем. Я сирота. А ему пушечным огнем глаза выжгло. – В бою под Тарутином! – хрипло прокричал солдат. По его зажатым воспаленным векам ползали мухи, но солдат их не отгонял. «Ах ты, барыня-сударыня моя! Ах ты, барыня-сударыня моя!» – повизгивала гармоника. Лермонтов дал солдату…

— Почти всех женщин беременность украшает. На ком ты женился? говорила Надюша, разглядывая себя в зеркале по утрам. Другие мечтали о сыновьях. А мы ждали Оленьку. И она родилась. «Она не могла поступить иначе, — написала мне Надюша в своей первой записке после того, как нас на земле стало трое. — Меня…