Застава
Шрифт:
На уличных лотках продавали минеральную воду, мороженое и сладости. Выстояв очередь, Лис и Оля выслушали обилие грубостей со стороны покупателей и продавщицы, были обруганы последней за отсутствие мелочи, однако бутылку газировки и два эскимо всё-таки приобрели.
— Кажется, нам как нарочно хотят испортить настроение, — мрачно высказался Лис.
— Не будем поддаваться, — браво откликнулась Оля.
Через пять минут машина, несущаяся по проспекту, обрызгала Олю чуть ли не с ног до головы.
— Чтоб тебя! — воскликнул Лис вслед лихачу.
Оля с тоской посмотрела на единственную
— Надо было держаться подальше от поребриков, — сказала она.
— Машину водить уметь надо, — ощетинился Лис.
— Не злись на него, — посоветовала девушка. — Пусть катится. Если суждено, другая лужа его сама найдёт.
Они спустились на набережную Тьмаки.
— Что за день сегодня? — буркнул Лис, озираясь по сторонам. — Взрывы на солнце, что ли? Или все как один не с той ноги утром встали?
Вопрос прозвучал риторически, но Оля невольно посмотрела вокруг. В жарком мареве, поднимавшемся над асфальтом, привиделся человеческий контур.
— Ой, Лис!
Он моментально обернулся на её взгляд. По набережной гуляли празднично одетые горожане.
— Показалось, — Оля смущённо опустила глаза. — У вас дома я хорошо различала информационные сгустки. Даже Павла Симеоновича со второго раза, но увидала. А здесь всё какое-то… размазанное.
— Вернёмся домой? — Лис ухватился за перспективу спокойного времяпровождения в обществе старших братьев, двух домашних привидений и весёлой овчарки.
Девушка нерешительно пожала плечами.
— У Всеволода Васильевича и Владимира Васильевича, наверное, свои дела. Мы сказали, что к шести вечера вернёмся.
— Да какие у них дела! Небось, Тверцу наперегонки переплывают в десятый раз, — заявил Лис. — Или к Марине Николаевне поехали… Хотя нет, она же на турбазе.
Нотку неудобства в голосе друга Оля расценила как сожаление о нечаянно вырвавшейся лишней информации и тут же постаралась забыть упомянутый факт. Лис же в свою очередь не стал заострять внимание на конфликте между знанием заданным и знанием, скользнувшим вне сферы досягаемости человеческого сознания.
Юноша и девушка продолжили прогулку по городу. То там, то здесь пестрели призывные рекламы развлекательных мероприятий. И громче всех вопили ярко-алые плакаты, приглашавшие молодёжь на «Супердискотеку». Начало в «ноль часов, ноль минут». Лис тревожно рассмотрел афишу, нервно встряхнулся, но ничего подозрительного в полотнище не нашёл.
На театральной площади напряжение, вытеснившее было изначальную безмятежность праздничного настроения, пошло на убыль.
— Хочешь, прокатимся по Волге на катере? — осенило Лиса. — Или на «Колесе обозрения» поднимемся?
Оля обрадовалась и первой, и второй идее, и воодушевлённый Лис смело повёл подругу в городской сад. Но не успели они войти в призывно распахнутые ворота, как оказались в горластой, будто наэлектризованной молодёжной толпе. Если бы не отличный слух, Лис так бы и не узнал, в честь чего разгорелась ссора. Но выкрики на ломаном русском языке с обильной примесью иностранного разъяснили ситуацию в считанные мгновения.
— Оля, дай
руку! — юноша схватил подругу за запястье и, работая свободным локтем, вырвался из озлобленной массы.Ретировались они вовремя. Свалка на маленькой площади городского сада началась через секунду.
Лис остановился на относительно безлюдной аллее и быстро оглянулся назад. Прилично одетые, но совершенно озверевшие парни молотили небольшую группу жителей солнечного Кавказа.
— Что же здесь творится? — отчаянно выкрикнула Оля.
— «Дикая охота», — прошептал Лис.
— Как? — обомлела девушка.
Лис пристально смотрел в пустоту.
— Нападение мёртвых на живых.
Из тени, созданной густым опрятным кустарником, довольно усмехалось невидимое простому глазу пространство, а в небе, где собирались тяжёлые дождевые тучи, в свинцовых призрачных разводах качался густой злорадный лик, обрамлённый чернотой, будто чёрным платком.
— Зачем она? — ахнула девушка и невольно прижалась к Лису.
— Ей нужна злоба, как нам воздух, — пробормотал юноша. — Она вдыхает ненависть, чтобы мощно обрушиться на нашу заставу.
— Но почему? Лис, почему?
— Я не знаю. Поехали домой!
До стоянки, где осталась «шестёрка», было далековато. Лис и Оля торопились, однако, пересекая проезжие части, проявляли дополнительную осторожность. Особенно после замеченной неподалёку аварии. От водителя, виновника ДТП, несло алкоголем за версту. Лис даже не удержался от законного в таких случаях «чиха».
— Этот «День города» войдёт в историю благодаря Пятнице и её заложным, — мрачно высказался он.
За квартал до спасительной машины юноша замедлил шаг.
— Что-то случилось? — шепнула Оля.
— Не пойму. Тур или Ворон… Ворон.
— Что? — испугалась девушка.
Лис медленно положил руку на свою грудь и провёл ладонью вверх до ключицы.
— Вроде бы ссадина. Вода кругом… У Тура руки горячие… Вздрогнули оба! Плывут. Очень быстро по течению…
— Лис, — Оля решительно взяла его за плечи, — с ними всё в порядке. Детали узнаем дома. А пока идём к машине. Нам предстоит ехать по городу. Сконцентрируйся на себе.
Юноша опомнился. В больших серых глазах подруги обосновалась непреклонная твёрдость. Невольно он принял в себя её уверенный взгляд. Сознание укрепилось в реальности и сосредоточилось на конкретной цели.
Когда «Жигули» со всеми предосторожностями выехал на дорогу, на заднем сиденье салона появился Дед.
— Аккуратненько, ядрён-батон, — предупредил он, — видал, как тута все взбесились? Прям Содом с Гоморрой. И всё, это, супротив нас.
— Что произошло с Владимиром Васильевичем? — быстро спросила Оля.
— С Вороном-то? Да, это, на реке. Моторка чумная прямёхонько на них помчалась. Уж до берега было всего ничего. Ну, это, Ворона слегка отбросило, а тама коряга.
— А моторка? — быстро уточнил Лис, не отрываясь от управления.
— Э-эх, — болотный дух заполнил салон. — До деревни дожужал, а там аккурат в кусты со всей дури. Уж не знаю, сумеет ли Тур двух дураков в чувства привести. Народ сбежался, а что толку, коли доктор всего один. Ты, это, рули, рули. Я тута посижу. Для порядку.