Вторая жизнь Анны
Шрифт:
Пришлось вызвать Ларису. Она была чистой, без проклятия. Но по глазам вижу — что-то знает.
— Говори, что узнала.
— Раскидывали иголки и в масло яд подлили.
— Масло?
— Вы им не пользуетесь, но я сказала, что обожаете его до одури. И ещё ряд одежд описала, которые вы скорее всего не наденете, но сказала, что вы их наденете в первую очередь у себя в комнате.
— Молодец. Я так понимаю, этого платья в том списке не было?
— Нет.
Подчинённые Никса забрали на изучение указанное масло для тела и вещи, которые испортили, для экспертизы.
— В ванной есть ещё два пузырька, которые я «обожаю». Если что — говори про них, — прямо сказала служанке.
Она посмотрела на меня удивлённо. Показала ей пальцем на мягкое мыло и шампунь, которыми не пользуюсь. Но при ней убрала часть из банки мыла в унитаз, чтобы казалось, что этими баночками пользуются.
— Поняла. И принеси новое мыло и шампунь в ванную комнату, Мэтью.
Девушка, покраснев, кивнула.
— И мои чистые вещи тоже к нему отнесёшь в гардероб. Надеюсь, ему никакой гадости не подкинули.
— Нет. Принца боготворят. Все хотят за него замуж.
Отдав распоряжение, ушла с Мэтью на допрос аристократа. Тот сразу начал возмущаться, когда увидел принца и Никса. Мол, его оклеветали и он ни в чём не виноват. Но увидев меня, мужчина запнулся на полуслове.
— Ведьма, — сказал он и сплюнул.
А я поняла, что мои волосы и плечи опять горят, и мне от этого хорошо — ощущаю некую защищённость.
— Что вы приказали сделать в моей комнате?
— Я ничего не приказывал!
С меня упал лепесток огня и, отрастив огненные ножки, побежал к аристократу. Тот сразу стал вопить от испуга и понимания, что плохая ведьма его сейчас сожжёт.
— Я искал дневник!
Я застыла, а потом вспомнила, что не проверила его.
— Нашёл?
— Нет.
Я развернулась и на всех парах убежала из подземелья, бежала к своим комнатам. Мэтью спешил за мной следом. Оказавшись у себя в комнатах, сразу кинулась в гардеробную и поняла, что мой дневник пропал.
— Забрали, — догадался жених. — Там было что-то такое, что может причинить вред?
— Мэтью, ты издеваешься сейчас? Думаешь, на кой чёрт я дневник твоему отцу отправляла?!
— Тихо, родная, не злись. Там те заклинания, что мы патентовали, правильно?
Кивнула.
— Формула заклинания, что делает жидкость туманом и мелкой дисперсией для распыления, тоже там?
— Конечно, мы же её патентовали. Всё, что в дневнике, я всё запатентовала с тобой.
— Мы не два заклинания запатентовали, а больше?
— Конечно. Просто там были ещё наброски, незаконченные расчёты… Мои рисунки, личные мысли. Удавлю того, что забрал. Пусть не до смерти, но придушу.
— Моя любимая ведьмочка, — сказал с восторгом Мэтью и поцеловал меня нежно в губы.
— Ты так спокойно реагируешь на мои негативные эмоции и то, что я угрожаю людям и некоторым троркам.
— Пф, ты никого смертельно или очень больно не прокляла. И никогда даже не пытала. Тебе угрозы не доставляют удовольствия — ты просто ищешь методы воздействия на идиотов.
— Прости, а Никс, он кто? А то я забыла…
— Глава тайной канцелярии,
я его подчинённый. И ты, видимо, тоже будешь. Он на тебя глаз положил как на сотрудника.— Уж лучше с ним работать, чем императрицей стать. Дядю твоего нужно женить, и срочно!
— Только нужен кто-то адекватный.
— Найдём. Пошли к Никсу, нужно обрадовать, что меня обворовали…
Никс, увидев нас, нахмурился. Но узнав, что пропало, помрачнел. Расспросил, что в дневнике было. Порадовался, что я всё запатентовала. Но его интересовали мои наброски.
— Скорей всего они ошибочны. Я пока мы лазили по лесу думала о них, и там куча ошибок, к счастью. Но кого-то умного они могут натолкнуть на нужный ход мыслей. А там, как обычно, кто-то поймёт, как это во благо применить, а кто-то — как этим кучу народу потравить.
Глава 9
Не знаю, где Мэтью достал и как успел, но когда пришли в его комнату, он мне вручил новую записную книжку, подобную той, что у меня была. Толстенькая тетрадка, похожая на небольшую книгу, в черной обложке с тиснением, что изображало кота.
— Спасибо. Актуально.
— Стоит охранные чары наложить на неё.
— Да.
Прежде чем ложиться спать, по памяти восстановила часть формул, что были в прошлой записной книжке. Потом, подумав, дописала ещё немного комментариев лично для себя.
— Мэтью, а у тебя есть связь с моим отцом?
— Да, конечно. Я ему сообщил, что мы хорошо добрались. У него всё хорошо.
— Спасибо. А я могу получить переговорный артефакт? Так чтобы и с тобой связаться, и с отцом?
— Да, завтра дам тебе.
Аристократ ещё выдал имена тех, кто подсылал своих слуг ко мне в комнату. Большинство хотели получить дневник из-за моих разработок. И только парочка хотели напакостить. Вот теперь вопрос — кому посчастливилось забрать мой дневник.
Император за завтраком наблюдал за моим задумчивым и не радостным лицом. Дедушка Мэтью тоже сидел безрадостный и даже сердитый, мать жениха переводила недоумённый взгляд по очереди с одного родственника на другой.
— Мне кто-то скажет, что произошло?
— Крысы, — сказал дедушка, — в нашем окружении.
— Пф, нашли чем удивить. До меня дошли слухи, что в комнате Анны нашли много отравленных игл.
— И яд в косметике, — сказала спокойно, — а ещё украли мой дневник. Хорошо, что мы с Мэтью успели всё запатентовать.
— Слуг стоит уволить, тех, кто такую гадость подкидывал.
— Уже, — сказал дедушка, — с позором выгнал. Остались только родовитые крысы, что своих слуг подсылали. Одну крысу вчера детки поймали. Посидит пока у замка, пока я не передумаю его отпускать.
— Да, пап, ты страшен в гневе.
Старый император рассмеялся.
— До меня дошли слухи, что наша дорогая невестка страшнее. Чуть что — воспламеняется и вчера едва не подожгла одного гаденыша.
— Всего лишь воспламеняюсь, ещё никого не покалечила. Но если опять кто напакостит, не факт, что сдержусь. А то в следующий раз наложу менее безобидное проклятие, и сыпью не отделаются.