Чтение онлайн

— Наверное, трудный был разговор?

— Да нет, все прошло отлично! Я уж испугалась, что меня уволят, но нет. Мне даже не пришлось умолять не лишать меня работы. — Хелен с легкой улыбкой пожимает плечами. — Так что искать новую мне не придется.

— Здорово, мы рады, что все сложилось хорошо, — скромно улыбается Эдвард.

— Кстати, ты будешь что-нибудь заказывать? — интересуется Терренс.

— Нет-нет, спасибо, я ничего не буду.

— Если хочешь – можешь доесть что-нибудь из нашей еды, — предлагает Даниэль. — Все равно у нас пропал аппетит после того, что недавно произошло.

—

Вы сказали, что дело касается Питера.

— Да, — кивает Терренс. — И после этого мы окончательно убедились в том, что без тебя нам в этой ситуации не обойтись.

— О нем что-то известно? У нас есть шанс поговорить с ним? Есть шанс сказать, что я в порядке?

— Был бы, если бы ты пришла сюда на несколько минут раньше, — спокойно отвечает Эдвард.

— Э-э-э, в каком смысле? — слегка хмурится Хелен.

— Питер был здесь, — сообщает Даниэль. — Мы только что с ним говорили.

— Да ладно? Питер был здесь? С вами?

— Правда наш разговор прошел не очень удачно.

— Господи, а что же вы мне раньше не позвонили? Я бы сразу же примчалась сюда!

— Прости, Хелен, но мы не успели, — с грустью во взгляде качает головой Эдвард. — Питер слишком быстро убежал из кафе.

— Но вы же сказали ему обо мне? Сказали, что я не погибла?

— Сказали, но он не поверил нам, — признается Терренс. — Решил, что мы над ним издеваемся.

— Да, поначалу Питер был вроде бы нормальный, — добавляет Эдвард. — Подошел к нам, попросил разрешения сесть, выглядел неуверенным и зажатым. Правда мы так и не поняли, чего от нас хотел.

— Ага, мы задаем ему какие-то вопросы, а он что-то там неуверенно мямлит, — говорит Даниэль. — Не было понятно, то ли он хочет с нами дружить, то ли хочет от нас отречься.

— А что произошло с ним потом? — уточняет Хелен. — Почему вы говорите, что он был нормальным лишь «поначалу»?

— Ему не понравилось, что мы были веселыми и много смеялись, — отвечает Терренс. — Он такой: «Какого черта вы тут ржете, когда обязаны соблюдать траур по моей девушке?». Ну вот мы и рассказали ему, что ты жива. Объяснили, как такое произошло. Рассказали все, что услышали от тебя лично.

— Ага, а он такой: «Вы издевайтесь что ли надо мной? Думайте, я поверю в этот бред?», — добавляет Эдвард. — Мол, такого быть не может, ибо мы своими глазами видели, как ты погибала в огне.

— А потом Роуза окончательно занесло не в ту сторону, — продолжает Даниэль. — Мало того, что мы мечтаем причинить ему побольше боли, так еще и радуемся его горю и смеем играть на его чувствах. В наш адрес даже пошли угрозы убийства. Реальные угрозы. За которые его можно сдать полиции.

— Что, серьезно? — широко распахивает глаза Хелен.

— Человек вел себя так, будто мы ему больше не нужны. Будто мы ему уже не друзья. Будто не было слов о том, что мы ему как братья, что мы для него очень важны, что он нас любит. И он хочет раз и навсегда порвать с нами все отношения.

— Его так прорвало после того, как вы сказали, что я жива и здорова?

— Именно! — восклицает Терренс. — Мы пытались убедить его в обратном. Говорили, что

можем доказать свою правоту и привести тебя к нему. Но увы, Роуз резко нас оборвал и отказался что-либо слушать.

— О боже мой… — прикрывает рот рукой Хелен.

— И мы также убедились в том, что его соседки сказали нам правду: Питер действительно страдает какими-то психическими заболеваниями, — подтверждает Эдвард. — Мало того, что в нем живет две личности, так он еще и видит каких-то воображаемых людишек, которые явно твердят ему убить нас.

— Не пугайте меня, ребята, ради всего святого.

— Мы говорим как есть, Хелен, — с грустью во взгляде отвечает Даниэль. — Роуз несколько раз как-то странно смотрел в сторону и говорил о том, о чем мы даже не упоминали. Например, я сказал ему не орать, ибо на него пялится все кафе, а он начал говорить про какие-то звонки.

— И постоянно повторял, что он не болен и здоров в ответ на наши аргументы о состоянии его здоровья, — уверенно говорит Терренс. — Ну и что мы якобы убили тебя из-за того, что хотели за что-то ему отомстить.

— А еще начал все отрицать, когда Даниэль упомянул случай, когда Питер набросился на него с ножом и порезал ему вену, — признается Эдвард. — Мол, это ложь и клевета, а такого никогда не было.

— Это какое-то безумие… — качает головой Хелен и хватается за голову. — Чтобы Питер… Этот милый и добрый парень так себя вел…

— Предпосылки были и раньше, но мы их не замечали, а Питер мастерски скрывал, — отмечает Терренс.

— Ну да, окей… Он парень, конечно, с характером. Если захочет – может наорать и врезать посильнее. Но чтобы угрожать убийством…

— Он болен, подруга, — отвечает Эдвард. — Страдает раздвоением личности и галлюцинациями. И скорее всего, это уже не лечится.

— Раздвоение личности, насколько я знаю, успешно лечится. Да и галлюцинации могут возникать не только вследствие каких-то психических заболеваний. Они вполне могут быть от стресса и недосыпа.

— Да, но Питер наотрез отказывается от любого рода помощи, — разводит руками Даниэль. — Ни к психологам не хочет идти, ни лекарства принимать. Он искренне верит, что с ним все хорошо. Хотя на самом деле губит себя все больше и больше.

— Возможно, именно галлюцинации и подтолкнули его к попытке самоубийства в тот раз, — предполагает Терренс. — Нашептали ему убить себя, а он и сделал это. А теперь нечто требует убить нас. Отомстить за все обиды. Внушил ему мысль, что в якобы твоей смерти виноваты мы. Может, он даже до сих пор злится на нас за то, что мы не дали ему умереть и спасли.

— Так или иначе проблему нужно искать в его детстве, — задумчиво отвечает Хелен. — Все наверняка идет оттуда. Есть шанс, что там и кроется загадка, которая поможет ему понять свое состояние и справиться с ним.

— Это Роуз тоже не спешит выяснять, — пожимает плечами Эдвард. — Его не парит, что он помнит только события, начинающиеся с подросткового возраста. По идее, у него должны сохраниться хоть какие-то воспоминания. Но тут полный провал!

— Ах, если бы мы знали, за что зацепиться… Если бы у нас были хоть какие-то намеки.