Вместе сильнее. Компиляция
Шрифт:
— Ну вот, а тряпку можно спокойно снять, — уверенно говорит Элайджа и убирает со рта Хелен тряпку, заметив, что ее губы приобрели синеватый оттенок. — Все равно в отрубе и не будет пищать.
— Прекратите ее мучить, — низким, грубым голосом требует Питер, довольно тяжело дыша. — Хватит… Если вам нужна жертва – выберите меня. Со мной делайте что хотите.
— Ты не переживай, мальчик мой, до тебя очередь обязательно дойдет, — уверяет Маркус. — Вот только разберемся со всеми твоими близкими у тебя на глазах, а потом я и с тобой разберусь.
— Не смейте… Не смейте их трогать! НЕ СМЕЙТЕ!
— Ты уже давно проиграл
— НИКОГДА! Я НИКОГДА С ЭТИМ НЕ СМИРЮСЬ!
— Ладно, пацаны! — берет слово Маркус, переведя взгляд на напряженных, тяжело дышащих Эдварда, Терренса, Даниэля и Питера. — Давайте я еще раз отойду на пару минут и помогу ребятам обработать ожоги, а вы еще немного полюбуйтесь на свою подружку. Если очухается – можете быстренько попрощаться. А потом начнется наше незабываемое шоу, которого я ждал большую часть своей жизни.
— Да, наверное, мы тоже выйдем ненадолго, — задумчиво отвечает Дэвид. — Еще сигаретку выкурим.
— Я оставлю телефон здесь, чтобы эти уроды могли поговорить с девчонкой, — уверенно говорит Элайджа и прикрепляет свой смартфон на компактном штативе, который он достает из кармана куртки и раскладывает на столике прямо напротив бессознательной Хелен.
— Вы знайте, что делать, парни, — вставляет Боб, держась за шею и слегка ее массируя.
— Мы в вас верим! — восклицает Рональд.
— Сейчас вернемся и будем наблюдать за фееричным шоу, — хитро улыбается Лютер.
— Идите со мной, ребята, — спокойно говорит Маркус. — Вам надо подержать руки под холодной водой и обработать места ожогов.
С этими словами Маркус приобнимает Лютера и Рональда за плечи и уводит их и Боба с собой, поднимаясь по лестнице вверх и закрывая за собой дверь. А немного помассировав грудь Хелен, проведя пальцами по изгибу ее шеи и поласкав живот после того, как они задирают ей топик, Элайджа, Дэвид и Даррен также покидают комнату и по пути достают пачки сигарет и зажигалку из карманов своих курток. Пока звонок по видеосвязи все еще продолжается – что позволяет Терренсу, Питеру, Эдварду и Даниэлю видеть свою подругу, которую они всем сердцем хотят спасти, но понятия не имею как.
— Хелен! — громко и взволнованно произносит Питер, оперевшись руками о стол с ноутбуком. — Хелен, ответь мне! Ты слышишь меня? Хелен!
— Я понятия не имею, что нам делать, — разводит руками Терренс. — Кажется, это конец.
— Нет, мы не можем этого допустить! — возражает Даниэль. — Должен быть какой-то способ!
— Какой? — удивляется Эдвард. — Даже если мы бы знали, где ее искать, у нас все время не хватило бы времени. Это место явно находится далеко отсюда!
— Нет-нет-нет… — мотая головой, дрожащим голосом произносит Питер. — Нет, этого не может быть! Я не могу проиграть! Не могу позволить Хелен погибнуть! НЕ МОГУ!
— Хелен, пожалуйста, ответь нам! — взмаливается Даниэль. — Держись, не смей умирать!
— Она вообще жива? — выражает беспокойство Эдвард. — Я не пойму: она дышит там или нет? Вдруг эти ублюдки довели ее?
— Не знаю, отсюда не поймешь, — отвечает Терренс. — Но выглядит Маршалл очень плохо. Если сможем спасти – ее надо немедленно везти в больницу.
— Блять, как же противно… — грубым, низким голосом бросает Питер. — Противно, что ты ни хера не можешь сделать. Противно,
что ты вынужден находиться далеко и просто наблюдать за тем, как твой любимый человек умирает. ПРЯМО У ТЕБЯ НА ГЛАЗАХ!Со злости Питер хватает со стола стеклянную вазу и со всей силы швыряет ее в стену, об которую та тут же разбивается на несколько мелких кусок, что разлетаются в разные стороны.
— Проклятый Маркус Лонгботтом… Чтоб эта мудила сдохла! Чтоб выпила ту же отраву, которой он пытался напоить и меня! Я его ненавижу! НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ! КАК И ВСЮ ЕГО БАНДУ ГОЛОВОРЕЗОВ!
— Эй, парни, кажется, она приходит в себя! — сообщает Терренс. — Смотрите!
Все четверо тут же собираются у ноутбука и видят, как Хелен с тихим, мучительным стоном медленно открывает глаза и не без труда делает глубокий вздох. Осмотревшись вокруг пустым, размытым взглядом, она резко дергает руками и ногами, которые по-прежнему крепко связаны, а веревки неприятно натирают ее нежную кожу.
— Хелен! Хелен! — восклицает Эдвард. — Хелен, ты слышишь нас? Это мы!
— Парни… — вяло произносит Хелен и негромко прокашливается.
— Мы здесь, милая, все хорошо, — спокойно говорит Терренс. — Ты только не переживай.
— Это конец… Они меня прикончат… Я не могу отсюда выбраться…
— Мы должны узнать, куда идти, чтобы помочь тебе, — уверенно отвечает Даниэль. — Тот отморозок спалил дом, в котором тебя держат, но мы пока не можем понять, где он находится.
— Я не знаю, где нахожусь, ребята. — Хелен тихонько всхлипывает. — Но здесь просто ужасно! Холодно, отовсюду дует, меня всю комары обкусали, а мыши и тараканы разгуливают здесь как у себя дома. Хотя я до жути боюсь мышей! А еще здесь темно… Я почти ничего не вижу. Тут лишь одно маленькое окошко.
— Пожалуйста, Хелен, постарайся нам немного помочь, — отчаянно умоляет Питер. — Дай хоть какие-то подсказки, чтобы мы могли сориентироваться.
— Не могу! Здесь кругом одни леса! Даже город отсюда не видно! И… Не знаю, о каком доме вы говорите. Но точно могу сказать, что меня держат на одном из последних этажей, ибо здесь очень высоко.
— Мы не сможем тебя спасти, если не поймем, где ты находишься.
— Знаю, Питер, но я ничем не могу помочь.
— Ладно, тогда с этим разберемся чуть позже, — спокойно говорит Эдвард. — А сейчас ты должна попробовать себя развязать.
— Да, Хелен, если у тебя получится, то просто возьми телефон и покажи нам обстановку на улице, — просит Терренс. — Может, так мы что-то поймем.
— Веревки очень крепко связаны, — дрожащим голосом отвечает Хелен. — Я даже руками в них пошевелить не могу.
— Попробуй напрячься изо всех сил и разъединить руки, — советует Питер. — Это немного их ослабит.
— Я попытаюсь…
Хелен прилагает все оставшиеся усилия, чтобы выполнить просьбу Питера, но у нее ничего не получается.
— Нет, не получается… Я слишком слаба…
— Давай-давай, попробуй еще раз! — настаивает Эдвард. — Тебе, возможно, придется сделать это неоднократно.
— Не могу! Это слишком сложно!
— Ладно, ты можешь нащупать конец веревки или какие-то узлы? — спрашивает Даниэль. — Может, есть возможность потянуть?
— Что-то есть, но у меня не получается дотянуться. Не получается вывернуть руки. Становится больно…
— Если сможешь ослабить веревки, тебе будет намного легче, — подмечает Питер.