Чтение онлайн

— М-м-м, я смотрю, кое-кто у нас ревнует…

Наталия легонько шлепает Терренса по носу и щиплет его за щеку.

— Нервничает из-за того, насколько популярным стал его маленький братик.

— Ничего не ревную! — возражает Терренс. — Наоборот, я очень рад за Эдварда. Рад, что он становится все более успешным. Есть хорошие шансы построить независимую от группы карьеру.

— Он у нас очень трудолюбивый. Может без устали пахать целыми сутками и никогда ни на что не пожалуется.

— Да уж, и не придерешься, черт возьми.

— Тебе уж точно не стоит жаловаться на отсутствие работы. И в фотосессиях

снимаешься, и интервью даешь, и в каких-то развлекательных шоу участвуешь…

— А еще активно рассматриваю предложение о съемках в кино. Если будет какая-нибудь нереальная классная роль, то я с радостью соглашусь сняться. Даже если она будет эпизодическая.

— Твои поклонники будут визжать от радости, когда это произойдет.

— Да, но они завизжали бы еще громче, если бы мы с Ракель снова поучаствовали в совместной фотосессии. У нас было уже несколько, и все они оказались очень успешными и любимыми среди публики.

— Не переживай, Терренс, ты поработаешь с Ракель еще много раз, — с легкой улыбкой уверяет Наталия. — Еще покрасуешься со своим огромным павлиньим хвостом.

— Жаль, что не удалось покрасоваться сегодня вместо этого мелкого спиногрыза.

— Жду не дождусь, когда смогу полюбоваться на его с Ракель фотографии. Уверена, они оба будут просто великолепны. На снимках для продвижения музыки «Against The System» Эдвард смотрится шикарно!

— Ракель, несомненно, будет сиять. Как, впрочем, и всегда. Она настоящий профессионал и умеет взять себя в руки, когда это необходимо. Отработает даже тогда, когда у нее настроение ниже плинтуса.

— А когда два профессионала работают вместе, у них получается что-то по-настоящему классное.

— Может, Эдвард и правда хорошо смотрится в кадре, но я всегда говорю, что меня ему никогда не переплюнуть, — с гордо поднятой головой заявляет Терренс. — Потому что я само совершенство. Мужчина, который намного привлекательнее самой крупной денежной купюры.

— Опять начинаешь выпендриваться и строить из себя Аполлона?

— Я не строю из себя Аполлона, Наталия. Я и есть Аполлон. Мечта, которая так и останется мечтой для всех девчонок. Потому что мое сердце уже давно принадлежит твоей милой подружке.

— Не для всех, МакКлайф, не для всех, — хитро улыбается Наталия.

— А тебе и не положено засматриваться на меня, сестренка. Твоя задача – заботиться о моем маленьком братике. Не зря же я доверил его тебе с надеждой, что Эдвард сделал правильный выбор.

— Я в своем нисколько не сомневаюсь. А с тобой пусть Ракель возится, раз уж она не смогла и не захотела скидывать со своих плеч этот балласт. Такой прекрасный, но такой бесячий.

— Просто от судьбы не убежишь. Даже если бы Кэмерон решила спрятаться от меня на вершине Эвереста, я бы и туда забрался, чтобы забрать с собой эту сучку.

— Расслабься, братик, все уже давно поняли, что ты маньяк, извращенец, павлин, петух и просто козлина.

— И я тебя люблю, Блонди.

— Ты много кого любишь. Но себя больше всего.

— Любовь к себе – прекрасный способ покорить даже тех, кто не воспринимает тебя всерьез или даже недолюбливает.

— Тут не поспоришь.

Терренс и Наталия ничего не говорят и лишь скромно хихикают. После чего они решают допить заказанные для себя чашки кофе, параллельно продолжая разговаривать о чем-то приятном, чтобы хоть немного отвлечь себя и не дать себе сойти с ума от мысли, что текущая ситуация в итоге может привести к каким-то печальным последствиям.

Эдвард

и Ракель тем временем проводят время в фотостудии, куда они приехали еще рано утром для совместной фотосессии. Несмотря на то, что будущие родственники впервые работают вместе, все начинается и проходит очень гладко. Будучи более опытной в этом деле, девушка становится так называемым наставником для мужчины и дает парочку советов, которые помогают ему добиться еще более превосходного результата. Впрочем, он и так держится очень даже неплохо и не чувствует какой-либо дискомфорт, в очередной раз показывая себя настоящим профессионалом, со всей ответственностью относящийся к своей работе.

И Ракель, и Эдвард заставляют себя забыть обо всем, что сейчас происходит, и полностью сосредоточиться на работе. Они как ни в чем ни бывало общаются с людьми, которые готовят их к съемкам, находят общий язык с фотографом и выполняют все требования. Пока девушка примеряет роскошную дизайнерскую одежду и украшения стоимостью в десятки тысяч долларов, мужчина гордо расхаживает в не менее дорогих рубашках, пиджаках и брюках и высоко оценивает одну из моделей наручных часов от элитного бренда. Бывают моменты, когда стилисты немного поправляют им прическу или макияж, а осветители правильно выставляют свет по требованию фотографа. Ракель успевает между такими перерывами дать Эдварду еще парочку советов и всячески подбадривает его, а тот старается всеми силами ее развеселить, помочь ей расслабиться и выкинуть из головы все плохие мысли. Они уверенно позируют на белом, хорошо освещенном фоне как по одиночке, так и вдвоем, как стоя, так и сидя, как с серьезными лицами, так и с более расслабленными и позитивными. Не забывая при этом слушать фотографа, который ставит их так, как ему это нужно.

Долгое время все идет без сучка и задоринки, но в какой-то момент внезапно перестает работать осветительное оборудование, уже до этого подавшего признаки скорой «гибели» в виде нерегулярных миганий. Из-за этого фотографу приходиться объявить перерыв до устранения всех неполадок. Пользуясь моментом, Эдвард и Ракель отходят в сторону и просят своих мило болтающих ассистентов, Блейка и Дейдру, принести им по бутылке воды, из которых выпивают немного, чтобы увлажнить пересохшее горло.

— Отличная работа, Эдвард! — с легкой улыбкой восклицает Ракель. — Ты блестяще справился.

— А иначе и быть не могло, сестренка, — с гордо поднятой головой отвечает Эдвард, слегка прихрамывая из-за обуви не по размеру. — Ведь я могу сделать все что угодно. А еще я красив и сексуален. Ну и конечно же, у меня есть такая чудесная наставница с большим опытом работы.

— Не зря парни говорят, что ты очень трудолюбивый и остаешься профессионалом в любой ситуации. Вон костюмеры что-то напутали с размером ботинок, но ты все равно в них молча и без жалоб отработал.

— Если результат получится шикарный, то я и не подумаю переживать из-за того, что у меня на ногах будет красоваться пара пузырей и натертых до крови ран.

— Не сомневайся, братик, твои фотографии получились просто великолепные, — уверяет Ракель, похлопав Эдварда по плечу. — Наталия будет в восторге. Ну а у Терренса проснется маленький приступ ревности.

— О, я уже чувствую, как он сейчас ненавидит меня за то, что не оказался на моем месте, — широко улыбается Эдвард.

— Кто же виноват, что редакторы захотели видеть на обложке журнала нас с тобой?