Чтение онлайн

— А зная, что девчонка сейчас очень слаба и кое-как ноги передвигает, то скоро она вообще перестанет сопротивляться и брыкаться как истеричка, — добавляет Маркус.

— Что? — грубым басом взрывается Питер.

— Я ведь предлагал девочке дружить и сосуществовать с нами в мире. Для этого ей просто нужно было быть хорошей девочкой и исполнять все наши указания. Но Хелен не послушала. Она неоднократно пыталась сбежать, грубила моим людям, набрасывалась на них с кулаками, выкобенивалась…

— Вот и не осталось у нас иного выбора, кроме как лишить ее еды и воды, — добавляет

Даррен. — Да-да, девчонка сейчас голодает. И все время пищит. Жалуется на боли в животе, головокружение и слабость в ногах. Мы предлагали ей немного еды за согласие на потрахушки, но она отказалась. Хотя мы с ребятами и так ее трахаем, но после этого не кормим. Потому что сама виновата. Забыла, что является заложницей, которая вообще-то обязана выполнять любые приказы.

— Вы мне за это ответите, — угрожает Питер, буквально убивая Маркуса и Даррена своим полным злости и ненависти взглядом. — Я это так не оставлю! Вы все ответите за все страдания Хелен. Я ЗАСТАВЛЮ ВАС ЗА ЭТО ЗАПЛАТИТЬ!

— Нервничаешь, — подмечает Маркус. — Нервничаешь из-за своей беспомощности. Находишься в отчаянии от того, что тебе не под силу ничего сделать. Вот тебе только и остается делать ничего, кроме как огрызаться и разбрасываться пустыми угрозами.

— В любом случае я не сижу без дела и не жду, когда за меня все сделают.

— А зря, милый мой. Что бы ты и твои дружки ни делали, у вас ничего не получится. Хелен спрятана в очень надежном месте, куда вам просто так не добраться. Да и она не сможет никуда убежать. Потому что мы ей не позволим. И девочка не сможет сориентироваться в незнакомом ей месте.

— И ради чего все это делается? РАДИ ЧЕГО, СУКА? ОБЪЯСНИТЕ МНЕ!

— Потом, Питер, все потом.

— Я требую немедленно отпустить мою девушку и позволить ей вернуться домой. Ее пожилая бабушка уже который день не встает с постели, страдает от высокого давления и болей в сердце. Плачет целыми днями, не выпуская из рук вещи Хелен. У полицейского, ведущего это дело, уже и самого сердце болит за эту бедную женщину.

— Этой бабке осталось жить всего два понедельника! — восклицает Даррен. — Не хер так с ней носиться! Если она и сдохнет, значит, время пришло! Встретится со своей внучкой на том свете.

— Если вам так угодно, то лишите меня свободы. Заприте меня в том месте, лишите еды и воды, бейте, пытайте, связывайте… Что хотите со мной делайте! Только отпустите Хелен. Хватит заставлять ее страдать! Она того не заслужила!

— Ах, как это благородно – принести себя в жертву в обмен на свободу подружки…

— Мне безумно жаль, что я вынужден отклонить это предложение, — заявляет Маркус. — Потому что не собираюсь отказываться от желания избавиться от девчонки до того, как настанет очередь ее любимого.

— Что, ждете, когда она сама умрет от голода и холода? — ехидно усмехается Питер. — Не хотите с ней возиться и поэтому всячески изводите как морально, так и психологически?

— Поверь мне, она недолго протянет в тех условиях, в которой ей приходиться существовать. Если без еды человек может жить

долго, то без воды он быстро загнется. А если к этому добавить немного психологического насилия… Маршалл и так уже очень близка к нервному срыву, а ее глаза не просыхают от слез. Сколько бы мои люди ни приходили, она всегда ревет.

— Не ждите от меня пощады, если она умрет. — Питер хватает Маркуса одной рукой за шиворот. — Клянусь, старый мудак, я вам глотку перережу и лично закопаю в землю. Я и так сейчас ахереть как зол из-за ваших проделок и попыток ваших прихвостней изнасиловать Хелен, но ее гибель окончательно превратит меня в зверя.

— Так, ну-ка убрал свои грязные лапы от господина! — рявкает Даррен, резко убрав руку Питера от Маркуса. — Уважай того, кто тебя старше. А если тебя не научили, то мы это легко исправим.

— Слышь, жополиз сраный, сходи погуляй куда-нибудь, если не хочешь провести сутки или двое в травматологическом отделении, где твои руки и ноги собирались бы по кусочкам.

— Уверен, что ты уже не будешь так отчаянно пытаться ее спасти после того, как мы покажем тебе некоторые видеозаписи, которые сделали мои ребята, — с хитрой улыбкой уверяет Маркус. — А уж поверь мне, это кадры не для слабонервных влюбленных.

— Да вы мне хоть весь процесс от и до покажите! Я все равно не поверю, что моя девушка дала свое согласие на любые мерзости, которые придут вам в голову.

— У заложников нет права голоса, Роуз, — отмечает Даррен. — Нам плевать, чего хочет Хелен. Раз она у нас плену, а мы хотим ее трахать, то пусть раздвигает ноги и раскрывает пошире рот. А иначе мы сделаем это насильно. После того как отправим отдохнуть.

— Закрой свой рот, мудила! — рявкает Питер, хлопнув руками по столу, привстав из-за стола и наклонившись лицом к Даррену. — ЗАКРОЙ, Я СКАЗАЛ! СКАЖЕШЬ ЕЩЕ ХОТЬ СЛОВО – И ТЕБЕ КОНЕЦ!

— А НУ ЗАТКНИСЬ! — взрывается Даррен и залупляет Питеру крепкую пощечину. — СЯДЬ! СЯДЬ, Я СКАЗАЛ!

— Не смей мне указывать, собачье отродье!

— Спокойно, Питер, зачем так кричать? — с удивительным спокойствием произносит Маркус. — Неужели ты хочешь привлечь к себе лишнее внимание?

— Не лезьте, ублюдок!

— Расслабься, мальчик, не надо суетиться, когда ты прекрасно понимаешь, что ничего не сможешь сделать. Смирись с тем, что ты навсегда потерял любимую. Смирись с тем, что тебе самому скоро придет конец. И не пытайся защитить своих дружков в том случае, если они не поймут, что для них лучше.

— Я НИКОГДА с этим не смирюсь и НИ ЗА ЧТО не оставлю свои попытки спасти Хелен от того, что ей угрожает.

— Посмотрим, будешь ли ты таким же решительным после того, как я покажу тебе небольшую коллекцию материала с вечеринки моих верных ребят.

Маркус достает из кармана своей куртки бюджетный, но вполне себе приличный на первый взгляд смартфон и несколько секунд что-то в нем выискивает, пока Питер все это время дышит словно разъяренный бык и налитыми кровью глазами смотрит на него и Даррена, напрягая каждую мышцу своего тела.