Вместе сильнее. Компиляция
Шрифт:
— Держись, приятель, мы с тобой. — Эдвард отстраняется от Питера и берет его за предплечья. — Ты можешь во всем на нас рассчитывать.
— Да, Пит, что бы ни случилось, мы тебя не оставим, — обещает Наталия и громко всхлипывает, когда крепко обнимает Питера. — Что бы ты ни сделал. Что бы ты ни сказал.
— Спасибо огромное, ребята, — с натянутой улыбкой благодарит Питер. — Если бы не вы все, я бы уже давно рехнулся от горя. Вы мое спасение и моя сила.
— Ребята уже здесь?
— Да, мы ждем только вас.
— А как Сэмми?
— Приходит в себя. Раны оказались неглубокими.
— Слава богу… — резко выдыхает Эдвард.
— Пошли, сейчас вы сами все увидите.
Эдвард и Наталия направляются в комнату Скарлетт вслед за Питером, который в этот момент склоняет голову и с печалью во взгляде задумывается о чем-то ужасном, не испытывая прямо-таки огромного облегчения от безграничной поддержки друзей. А после появления на пороге немного опоздавших гостей все тут же переводят на них свои взгляды.
— Ну наконец-то, ребята! — восклицает Терренс, резко встав с кровати.
— Вы где были все это время? — спрашивает Даниэль.
— Долгая история, — хмуро отнекивается Эдвард. — Да и сейчас не время об этом говорить.
Хоть Терренс и Даниэль все прекрасно понимают, когда видят едва заметный засос на изгибе шеи Эдварда, который он не догадался скрыть, они, бросив друг другу короткий взгляд, решают деликатно об этом промолчать. Вместо этого парни просто подходят к нему, чтобы поприветствовать дружескими объятиями, пока Наталия бросается в объятия Ракель и Анны и после этого дает волю эмоциям, пока обе девушки одновременно прижимают ее к себе.
— Тише-тише, Наталия, не плачь, — пытается успокоить Даниэль, крепко обняв Наталию и погладив ее по спине. — Все будет хорошо.
— Мы найдем Хелен, — уверяет Терренс, погладив Наталию по голове. — Где бы она ни была.
— Держитесь, миссис Маршалл, — подбадривает Эдвард, заключив рыдающую Скарлетт в крепкие объятия. — Верьте, что все будет хорошо.
Скарлетт ничего на это не отвечает и лишь машет рукой, ею же затем прикрыв рот, пока Наталия подходит к ней и приобнимает за плечи. А попытавшись утешить Ракель и Анну такими же крепкими и дружескими объятиями, Эдвард переводит взгляд на лежащего на полу без сил Сэмми, подходит к нему, опускается на корточки и мягко гладит песика по голове.
— Сэмми, приятель… — с сочувствием во взгляде произносит Эдвард и чешет мордочку Сэмми после того, как тот жалобно скулит. — Не пощадили тебя эти твари…
— Боже мой, бедный малыш… — приходит в ужас Наталия, наклоняется к Сэмми и гладит песика по голове, пока тот смотрит на нее и Эдварда с душераздирающей жалостью. — Сердце кровью обливается, глядя на тебя…
— Он так жалеет, что не смог ничего сделать, — задумчиво говорит Скарлетт. — Не смог спасти свою хозяйку.
— Которую увезли прямо у него на глазах… — задумчиво добавляет Ракель, пока Анна и Наталия прижимаются к ней как можно ближе.
— И которую мы так просто не найдем, — добавляет Наталия. — И неизвестно, найдем ли вообще…
— Как бы мы себя ни уговаривали, ситуация действительно безвыходная, — с прискорбием отмечает Эдвард, поднимается на ноги и приобнимает Питера за плечи. — По крайней мере, пока.
— Да уж, придется включить долгий и томительный
режим ожидания, — скрещивает руки на груди Питер. — Придется ждать, когда эта гнида объявится, чтобы подвесить его за яйца вниз головой.— Я прекрасно понимаю, что сейчас чувствует Хелен, — обнимает себя руками Наталия. — Понимаю, что значит быть кем-то насильно удерживаемой в неизвестном тебе месте. Когда ты совсем одна, далеко от близких, без возможности попросить кого-то о помощи.
— Когда Майкл удерживал тебя в своем доме, мы тоже были вынуждены лишь ждать, — вспоминает Анна.
— Тогда ждали четыре дня, а сколько придется ждать в этот раз? — задается вопросом Терренс. — Как долго эта тварь будет над нами издеваться?
— Как долго эта тварь будет издеваться надо мной? — поправляет Питер. — Маркус решил вдоволь меня помучить до того, как отправить в могилу.
— Не думаю, что он засядет на дно больше, чем на неделю, — предполагает Даниэль. — Не станет этот урод затягивать, как бы сильно ему ни нравилось растягивать удовольствие.
— А ваш знакомый из полиции точно нам поможет? — неуверенно спрашивает Скарлетт. — Мы можем ему доверять? Он не пошлет нас куда подальше?
— Нет, миссис Маршалл, даже не думайте об этом! — гордо приподнимает голову Питер. — Виктор Джонсон – старый друг отца Терренса и Эдварда, который всегда приходил ему на помощь и уже не раз выручал нас с ребятами.
— Да, этот мужчина очень ответственно относится к своей работе и пользуется огромным уважением среди своих коллег, — добавляет Ракель.
17.5
— О, кстати, забыл вам сказать, что говорил с ним по дороге сюда, — сообщает Эдвард.
— В смысле, говорил? — округляет глаза Анна.
— Это правда, — подтверждает Наталия. — Оказалось, что мистер Джонсон вернулся еще вчера. И он сам связался с Эдвардом. Рассказал ему про какое-то голосовое сообщение от Терренса, Даниэля и Анны.
— Мы записали его до приезда сюда, — признается Даниэль. — Подумали, что он прослушает его в свободное время и сам потом перезвонит.
— Он его прослушал, — отвечает Эдвард. — И сказал, что все понял и будет работать над этим делом еще внимательнее.
— Кстати, он еще спросил, возможно ли поговорить с миссис Маршалл для того, чтобы она написала официальное заявление о похищении Хелен, — добавляет Наталия.
— Да-да, конечно, пусть господин полицейский приезжает, — дает добро Скарлетт. — В любое время.
— Мы с Эдвардом дали ему ваш домашний адрес и сказали, что едем сюда. Мистер Джонсон сказал, что подъедет в течение получаса, если вы согласитесь.
— Я сделаю все что он скажет. Согласна на все, лишь бы моя внучка нашлась.
— Сейчас напишу ему и скажу, что вы согласны, — говорит Эдвард, достав свой смартфон из внутреннего кармана джинсовой жилетки.
— Ох, слава богу, он здесь… — резко выдыхает Ракель, проведя руками по волосам.
— Надежды на то, что он что-то сделает, мало, но мы все равно должны обратиться в полицию и заявить о похищении, — добавляет Анна.
— По крайней мере, благодаря случаю с Питером мы смогли установить личность того, кто все это затеял, — отмечает Терренс.