Чтение онлайн

— Господи, когда же все это закончится? Сколько еще мы будем страдать? Почему должны страдать совершенно невинные люди? Почему? За что?

— Тише-тише, моя хорошая, не плачь.

Эдвард приобнимает Наталию и крепко прижимает ее к себе, пока та тихонько плачет, уткнувшись носом в его плечо.

— Да, ситуация непростая, но я уверен, что мы что-нибудь придумаем.

— Сомневаюсь! — издает тихий всхлип Наталия. — Мы ничего не сможем сделать. Ничего, Эдвард!

— Нет-нет, из этой ситуации должен быть какой-то выход. — Эдвард мило целует Наталию в макушку, сжав ее в крепких объятиях уже обеими руками. — Должно быть что-то, что

может нам помочь.

— Ничего нет! Ничего! Мы уже никак не сможем помочь Хелен. Она обречена на гибель!

— Тише-тише, малышка, тс-с-с-с…

Эдвард несколько секунд как может утешает плачущую Наталию, нежно гладя ее по голове или щеке, пока ту бросает в дрожь от напряжения.

— Так, солнце мое, давай-ка мы с тобой вытрем слезы и приведем себя в порядок, — уверенно говорит Эдвард, аккуратно вытерев слезы с лица Наталии и мило целует ее в глаза, — Примем душ, причешемся, оденемся…

— Да, Хелен не всегда была святой, но она все равно не заслужила ничего подобного, — дрожащим, низким голосом говорит Наталия.

— Побудь пока здесь, а я сейчас принесу тебе немного водички. — Эдвард целует Наталию в щеку, садится на край кровати и подбирает с пола рядом валяющие боксеры, которые он быстро надевает на себя. — Потом сходишь в душ первая, а я за тобой. И пока ты собираешься, я свяжусь с ребятами, чтобы все разузнать.

Пока Эдвард встает с кровати и быстрым шагом покидает комнату, чтобы спуститься на первый этаж и отправиться на кухню, Наталия продолжает заливаться слезами, крепко сжав дрожащими пальцами одеяло, которое она прижимает поближе к себе, и уставив мокрый взгляд в одной точке. Тем не менее девушка так или иначе старается держать себя в руках и не впадать в бесконтрольную истерику, хотя желание поддаться эмоциям чертовски велико из-за осознания полной безысходности ситуации с Хелен.

Впрочем, Наталия все-таки перестает сдерживать себя, когда в какой-то момент вспоминает свой собственный опыт похищения. Тогда люди Майкла МакКлайфа, дяди Эдварда и Терренса, насильно привезли ее в дом этого человека и удерживали там несколько дней. Несмотря на то, что она изо всех сил старалась этого не показывать, ей было очень страшно находиться там одной, в окружении тех, кто наводил на нее неподдельный ужас и заставлял сердце биться быстрее, чем у испуганного зайчонка. Девушка как никто другой понимает чувства Хелен, которая вряд ли когда-нибудь подумала бы, что однажды окажется похищенной людьми недруга Питера, желающий как можно больше его помучить перед тем как исполнить свое самое заветное желание, отправив парня в могилу вслед за возлюбленной.

[1]исп. Рядом с тобой я чувствую себя королевой

[2]исп. Ты мой

[3]исп. Навсегда, моя богиня. До самой смерти.

Только лишь спустя два-три часа Ракель сообщают новости о состоянии Сэмми. Получив все необходимые инструкции и оплатив предоставленные счета, девушке позволяют забрать песика с собой. Как бы сильно ей ни хотелось этого делать, она отвозит его домой к Скарлетт, которая была в полном ужасе, когда увидела перед собой перебинтованного, жалобно скулящего от боли ретривера, виновато смотрящего на нее, будто извиняясь за то, что он не смог уберечь Хелен и позволил плохим людям ее увезти.

Чуть позже к ним также присоединился и Питер, чьи красные, опухшие глаза без слов могут дать понять,

что он уже успел выразить чувство отчаяния горьким плачем. Он бы дал волю эмоциям и сейчас, но все же старается держать себя в руках, прилагая для этого немало усилий. Из-за чего все его тело находится в сильнейшем напряжении, руки дрожат, а воздуха в легких не всегда хватает.

— К счастью, раны оказались не очень глубокими, — сообщает Ракель, сидя на кровати и мягко трепля Сэмми за ушки, пока он лежит у ног Скарлетт, сжимающая в руках маленький платочек и сидящая на стуле. — Никакие важные органы задеты не были. Хотя ветеринар и сказал, что он успел потерять довольно много крови, пока я везла его в клинику.

— Пресвятая дева, у меня сердце разрывается, глядя на него, — дрожащим голосом говорит Скарлетт, также нежно погладив Сэмми по головке. — Сэмми, мальчик мой маленький… Что ж с тобой сделали эти изверги?

Сэмми очень жалобно скулит, сложив лапки перед собой.

— Ему прописали полный покой и кое-какие антибиотики, — спокойно говорит Ракель. — Также придется регулярно возить его на перевязку. Но этим я буду сама заниматься. Если соблюдать все рекомендации, то Сэмми должен быстро восстановиться.

— Сначала эти гниды дубасили его руками и ногами, а теперь еще и ранить решили, — низким, грубым голосом говорит Питер, нервно потирая руки, пока он сидит рядом с Ракель. — Мало им было, черт возьми!

— Слава богу, что прохожие согласились помочь мне довезти его до клиники. Сама бы я вряд ли с этим справилась. Потому что Сэмми довольно тяжелый, а я не на машине.

— А как же ты добралась сюда? — уточняет Скарлетт.

— Меня привезли те же самые люди, которые нашли Сэмми. Они ждали новостей вместе со мной. А когда ветеринар разрешил забрать песика домой, то они предложили подбросить нас по нужному адресу.

— Я очень рад, что хотя бы с ним все хорошо, — задумчиво говорит Питер и гладит Сэмми по голове. — И с тобой, Ракель. Если бы мы потеряли еще и кого-то из вас, это было бы уже слишком.

— Ох, да я и сама в ужасе от этой мысли, — слегка дрожащим голосом говорит Скарлетт. — За все это время я крепко привязалась к Сэмми и не жалею, что позволила Хелен завести собаку, о которой она так мечтала.

Услышав имя Хелен, Сэмми тут же начинает заливаться душераздирающим поскуливанием.

— Тише-тише, приятель, тише, — мягко успокаивает Питер. — Все хорошо, ты ни в чем не виноват.

— Сэмми чувствует себя таким виноватым из-за произошедшего с Хелен, — с грустью во взгляде отмечает Ракель. — Стоит только произнести ее имя, как происходит то, что происходит сейчас.

— Боже праведный, что же теперь с ней будет? — со слезами на глазах недоумевает Скарлетт. — Что они хотят сделать с моей внученькой? Почему именно она?

— Поверьте, миссис Маршалл, у меня и самого разрывается сердце от мысли, что с Хелен может что-то случиться, — спокойно говорит Питер, положив руку на руку Скарлетт, пока рядом сидящая Ракель мягко гладит его по плечу. — Меня вон уже часа два всего трясет от ужаса.

— Как же так, я не понимаю? Неужели нельзя было все это предотвратить?

— Увы, миссис Маршалл, но мы практически ничего не могли сделать, — тяжело вздыхает Ракель. — Все наши прежние усилия оказались тщетными.

— Знала я, что что-то точно происходит. Была уверена, что Хелен что-то от меня скрывает. Она в последнее время была сама не своя. Все время ходила какая-то напряженная, невеселая, а порой даже плакала тихонько в своей комнате. А когда я спрашивала ее, в чем дело, моя внучка отнекивалась и говорила, что все хорошо.