Вместе сильнее. Компиляция
Шрифт:
— Ого, ничего себе…
— Последней каплей ее семьи стало то, что Элли хотели посадить в тюрьму после того как полиция поймала эту девчонку во время попытки ограбить какой-то магазин. Каким-то крепким мужикам удалось ее уложить и не дать ей уйти до приезда копов. Ну… Тогда ее отец с матерью с большим трудом ее отмазали с помощью баснословной суммы денег, выплатили магазину компенсацию за разбитые вещи и приняли решение положить свою дочь в клинику.
— А она сама-то этого хотела?
— Поначалу она противилась и даже пыталась бежать отсюда. Но в один прекрасный день Элли привели на сеанс групповой
— Интересно… — бросает легкую улыбку Даниэль.
— Тогда Элли поняла, что она губит свою жизнь и приняла решение прислушаться к родителям и начать лечение. С того дня она стала делать все, о чем ее просили. Прошло уже несколько месяцев, и Элли тоже уже очень близка к выздоровлению. У нее также появилось очень много друзей.
— Здорово, я очень рад за нее.
— Я, кстати, первая подошла к Элли в тот день, когда ее привезли сюда. Но тогда она даже и не взглянула на меня и просто прошла мимо молча. Однако после той самой терапии я вышла на улицу со своими принадлежностями для рисования и начала творить. Элли в какой-то момент проходила мимо меня, увидела мой рисунок и похвалила его. Так слово за словом мы узнали, что она тоже увлекается рисованием и несколько лет ходила в художественную школу. Ну и вот с того момента мы начали очень много общаться и вскоре стали хорошими подружками.
— Ну вот, а ты говорила, что плохо ладишь с девочками! — восклицает Даниэль.
— Просто не учла того, что девчонки могут быть разными. Что у них в головушках могут быть не только платья из новых коллекций, туфельки, рюшечки, брюлики и прочая брехня. Элли вон тоже не любит всю эту белиберду и сотням платьям предпочтет один комплект из мягкой толстовки и свободных штанов и удобные кроссовки.
— Но как видишь, если очень постараться, то можно найти таких же бунтарок, как и ты.
— Ой, кстати, а вон она! — Кэссиди указывает пальцем на небольшую компанию, что гуляет недалеко от нее и состоит из нескольких молодых девчонок. — Гуляет с кем-то!
— Какая из них? — слегка хмурится Даниэль, рассматривая ту самую компанию.
— Вон та девчонка со стрижкой под мальчика. Которая одета в серую футболку и серые штаны.
— О, это она та самая Элли?
— Да, братец, она!
В этот момент та компания как раз решает пройти мимо Кэссиди и Даниэля, а молоденькая девочка с темной короткой стрижкой и светлыми глазами широко улыбается младшей сестре Перкинса.
— Эй, Кэсс, а с кем это ты тут болтаешь? — интересуется девочка. — Уж случаем не твой большой братик, о котором ты нам так много говорила?
— Он самый! – с гордо поднятой головой восклицает Кэссиди и обеими руками крепко обнимает Даниэля. — Мой самый лучший и обожаемый Дэнни.
— Привет, девочки, — скромно машет рукой Даниэль. — Рад познакомиться.
— Привет, мы тоже! — дружелюбно произносят все девочки из компании.
— Ты должно быть Элли? — Даниэль переводит взгляд
на девочку со стрижкой пикси.— Да, Элли, — уверенно кивает Элли.
— А Кэссиди как раз рассказывает мне о тебе. Сказала, что вы успели подружиться.
— Да, у нас с ней очень много общего. Я очень счастлива, что познакомилась с такой классной девчонкой.
— Рад, что у нее здесь появились друзья.
— О, Кэссиди нам всем как родная! — вставляет одна из девочек. — А когда к нам привозят новеньких, то она всем тут помогает освоиться.
— Правда?
— Ага! — подтверждает другая девочка. — Так что ее братик должен гордиться, что у него такая чудесная сестренка.
— Она у меня самая лучшая! — Даниэль приобнимает Кэссиди за плечи. — И единственная, кто у меня остался из семьи после смерти наших родителей.
— Кэссиди рассказывала.
— Кстати, Кэсс, ты не забыла, что у нас через час будет сеанс групповой терапии? — интересуется Элли.
— Нет-нет, я помню! — уверенно кивает Кэссиди. — Я еще немного побазарю с этим засранцем и пойду.
— Ну окей, тогда увидимся позже! — восклицает одна из девочек.
— Кстати, братик у тебя и правда красавчик, — с широкой улыбкой отмечает Элли.
— Он глубоко занят, девоньки! — весело вставляет Кэссиди. — Так что губки на это сокровище не раскатываем.
— Мы даже и не пытались.
— Ладно, Перкинс, наговоришься с братом – подгребай к нам, — уверенно говорит еще одна девочка.
— Окей, я скоро вернусь! — восклицает Кэссиди.
Как только компания девочек отходит в сторону, Кэссиди переводит взгляд на Даниэля, который в этот момент скромно хихикает.
— М-м-м, да я смотрю, ты здесь звезда, — отмечает Даниэль и шлепает Кэссиди по носу. — Как родная уже для всех.
— Как видишь, я здесь не скучаю, — пожимает плечами Кэссиди. — А поскольку сюда каждый день привозят по несколько человек, то уходит много времени на то, чтобы со всеми поздороваться и все показать.
— А ты, оказываешься, очень даже шустрая!
— Скажу тебе честно, мне будет даже как-то тоскливо уходить отсюда, когда я смогу отправиться домой, — с грустью во взгляде признается Кэссиди. — Ибо все стали уже как родные.
— Уверен, что никто не будет возражать, если ты захочешь просто прийти сюда в гости и проверить тех, кто продолжит лечение после тебя.
— Надеюсь, братик, надеюсь… — выражает надежду Кэссиди.
Даниэль ничего не говорит и просто бросает короткий взгляд в сторону, мысленно отмечая, как здорово облагорожена огромная территория клиники, на которой все пациенты и сотрудники могут без проблем перемещаться и заниматься своими личными делами в свободное от лечебных процедур время.
— Ну ладно, что мы все обо мне, да обо мне, — уверенно говорит Кэссиди и загадочно улыбается. — Давай немного поговори и о тебе и твоем окружении.
— Обо мне? — уточняет Даниэль.
— Как там парни с девчонками поживают?
— Парни и девчонки поживают хорошо.
— Что-то они уже давно не навещали меня. Хотя я ужасно по всем скучаю.
— Прости, сестренка, у всех много дел. Мы с парнями готовимся к выпуску альбома, а девчонки больше думают о грядущей свадьбе.
— Осталось совсем немного времени и до того, и до другого.