Чтение онлайн

Я придвигаюсь ближе к Габриэлю, и он обнимает меня за плечи. Вздохнув, я прижимаюсь к нему, радуясь возможности побыть с ним после тяжёлой ночи без него. Я могла бы заснуть прямо здесь, под рокот мотора грузовика подо мной, когда Габриэль крепко обнимает меня. Тепло его тела убаюкивает меня, вводя в ступор.

— Ты назвала меня своим парнем, — говорит Габриэль, с улыбкой в голосе пробуждая меня от моей неуверенной дремоты.

— Не должна была? — Спрашиваю я, мгновенно теряя уверенность в себе. Возможно, я забегаю вперёд, но я решила, что он, по крайней мере, такой, учитывая, что я ношу его ребёнка.

Габриэль усмехается.

— Должна, определённо

да. Просто я не думаю, что ты когда-либо раньше так меня называла. Это приятно. Мне нравится, как это звучит.

Откинувшись на его грудь, я вздыхаю.

— Хорошо, потому что я планирую когда-нибудь снова так тебя назвать.

Блаженно закрыв глаза, я так и еду домой, впервые с тех пор, как узнала о своей беременности, чувствуя себя по-настоящему спокойной и довольной.

Когда мы подъезжаем к парковке у клуба, Габриэль ставит машину на место, а затем поворачивается и целует меня в макушку.

— Мы приехали, — шепчет он, когда я не двигаюсь с места.

— Хм, но мне и здесь хорошо, — стону я, испытывая искушение попросить его отнести меня внутрь. Если я буду настаивать, он, кажется, так и сделает.

Габриэль усмехается мне в ухо.

— Может, зайдём в дом, уложим тебя в постель и продолжим? — Предлагает он, и от этой мысли мне уже не так страшно выходить, ведь я знаю, что смогу продолжить, как только окажусь дома.

Взглянув в голубые глаза Габриэля, я застенчиво улыбаюсь.

— Звучит неплохо, — соглашаюсь я.

Наклонившись, Габриэль прижимается своими тёплыми губами к моим, и я довольно мычу.

— Ладно, давай занесём тебя внутрь, — предлагает он, подталкивая меня плечом, чтобы я не сползала с него.

Я со стоном сажусь, а Габриэль открывает свою дверь и выходит из машины, чтобы подойти к моей стороне. Открыв дверь, он помогает мне выбраться, придерживая меня за бедро, пока опускает на землю.

— Какого хрена? — Раздаётся леденящий душу голос, когда мои ноги касаются гравийной дорожки.

Я знаю этот голос. Я узнаю его ещё до того, как оборачиваюсь, и от этого ледяной страх пронзает мою грудь. Мы с Габриэлем одновременно поворачиваемся, и я смотрю в пронзительные глаза Джексона Кинга.

— Уинтер, мать его, Ромеро, — рычит он, сжимая руки в кулаки. — Предполагается, что ты мертва.

Габриэль напрягается рядом со мной, его рука на моём бедре, и это единственное, что удерживает меня на ногах, когда мы замираем вместе, ожидая, что вот-вот разверзнется весь ад.

УИНТЕР

Длинные тёмные волосы Джексона зачёсаны назад, открывая бритый висок. Кольцо в губе поблёскивает в угасающем вечернем свете, придавая ему более опасный вид, чем у двух его собратьев, Дина и Кейда. Он хорош собой в небрежной, бесшабашной манере, хотя в прошлой жизни меня всегда больше привлекала опрятная внешность Дина и даже спортивный стиль Кейда.

Джексон мог бы вписаться в компанию байкеров из «Сынов дьявола», которые, как ни странно, кажутся мне более привлекательными, чем раньше. Вот только я знаю, что Джексон не из их числа. Не совсем. Он наследник Блэкмура до мозга костей, и хотя он хочет притворяться одним из байкеров, тусоваться с бойцами и носиться по улицам на своём мотоцикле, он никогда не сможет стать одним из них. У него просто слишком много денег. Ирония в том, что на данный момент я ближе к байкерам, чем он.

Между

нами повисает неловкое молчание, пока Джексон стоит неподвижно рядом с Марком, и в его тёмных глазах отражается то же замешательство, что и у меня. Но по тому, как он сжимает руки в кулаки, я понимаю, что он совсем не рад видеть меня живой. А теперь ещё и все «Сыны дьявола» замешаны. То, о чём Габриэль предупреждал меня с самого начала, страх, который он испытывал, когда меня обнаружат, всё это начинает сбываться. Именно сейчас. Когда я, наконец, нашла свой путь. И у меня появилось сильное желание жить.

Судя по грозному выражению лица Марка, для меня это конец. Он не будет никакой защитой. Определенно, не для меня. Вероятно, и не для Габриэля тоже. И я подозреваю, что Гейб знает об этом по шипению воздуха, которое вырывается из его груди. Для Марка всегда на первом месте был его клуб, и сейчас мы с Габриэлем стоим между Джексоном и его клубом.

Я в ужасе и не могу говорить, боясь, что только усугублю ситуацию. Как это могло произойти сейчас? Я только что наконец решила остаться, сохранить ребёнка и жить с Габриэлем. А теперь это. Афина не примет тот факт, что я жива. Она не смирится с тем, что я продолжаю дышать, вот и всё. Она захочет моей смерти. Мгновенный страх за жизнь моего ребёнка поглощает меня. Я не могу допустить, чтобы с нашим ребёнком что-то случилось. Внутри меня растёт наш маленький крепыш. Я бесчисленное количество раз рисковала жизнью, чтобы отомстить, но теперь моя жизнь стала для меня ещё дороже, потому что я должна сохранить жизнь своему ребёнку.

— Ты всё это время прятал её? — Требует Джексон, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Марка.

Марк поднимает руки в знак капитуляции, его губы шевелятся, но он не может произнести ни слова. Белая щетина на его щеках и подбородке резко выделяется в угасающем вечернем свете, из-за чего он выглядит старше и измождённее, чем я когда-либо замечала.

— Знаешь что? — Перебивает Джексон. — Не отвечай. Я не хочу, чтобы все в клубе погибли из-за того, что ты скажешь. — От его бесстрастного, смертоносного тона у меня по спине бегут мурашки, и я неловко ёрзаю, пытаясь понять, стоит ли мне вмешаться или лучше промолчать. После того, что Джексон и его друзья заставили Габриэля сделать с братьями, которые изнасиловали Афину, я не удивлюсь, если они убьют всех «Сынов» только за то, что те прячут меня от них. Я должна сказать что-то в защиту клуба, но если я это сделаю, то могу подвергнуть опасности своего ребёнка.

— Ты поедешь со мной, — шипит Джексон, тыча в меня пальцем с другого конца парковки. — Посмотрим, что скажут по этому поводу Афина, Дин и Кейд.

Я дрожу от страха при мысли о том, что мне предстоит предстать перед судом Афины. Мне не нужно слышать её слова, чтобы понять, что она меня осудит. Я была совсем не добра к ней, когда мы вращались в одних кругах. И теперь вся власть в её руках. Не у меня.

— Ни хуя подобного, — рычит Габриэль, вставая передо мной, чтобы прикрыть меня от яростного взгляда Джексона.

— Ты уверен, что хочешь перечить мне, чувак? — Спрашивает Джексон. — Я твой вице-президент. Я выше тебя по званию, грязная змея. — Он на мгновение замолкает, подозрительно глядя на Габриэля. — Я тебя знаю, — говорит Джексон, делая шаг вперёд и оглядывая Габриэля с ног до головы. — Ты месяцами смотрел мне в глаза и не говорил ни слова. Не так ли? Ты всё это время скрывал её от меня.

— Она не поедет с тобой, — повторяет Габриэль, уклоняясь от ответа. Он крепче сжимает мою руку, и я начинаю бесконтрольно дрожать.