В заповедной глуши
Шрифт:
* * *
За окнами падал снег - крупными частыми хлопьями. В комнатах царил голубова-тый таинственный полусвет. В окно было видно, как Белок стоит возле ворот, подняв нос - похоже, ему доставляли удовольствие ложащиеся на него снежинки.
Мальчишки читали, сидя за столом. Вернее, читал Витька. Валька то смотрел в книгу (справочник по стрелковому оружию), то в окно, то рассеянным взглядом окиды-вал комнату. наконец - поднялся, бросил кивнувшему Витьке: "Я ща," - и вышел прогу-лочным шагом.
181.
Михал Святославич снаружи рубил дрова.В принципе,их было нужно немного - так,
– Ну?
– А?
– не менее лаконично отозвался Валька, относя последнюю охапку.
– Отыскал?
– Да. Хорошо поговорили, - Валька поднял голову и начал ловить носом снежинки.
Они пахли весенней водой...
...- Серым звали Серёжу Кайду, тёзку твоего отца, разведчика партизанского от-ряда "Боевой", который тут действовал в войну. Серёжа пропал без вести, когда уводил погоню от обоза с ранеными. Зимой 43-го... У меня есть его фотография, в старой газе-те. Да и в школе ты мог его видеть. Там есть такой плакат "Отзовитесь, славяне!" Ма-льчишку на нём рисовали с моей газеты...
Михал Святославич скатал снежок, кинул в забор. Валька кивнул:
– Так значит, всё-таки сон...
– Пойдём обедать, - предложил лесник.
27.
По телевизору шла война.
Вообще-то мальчишки нечасто смотрели телик, предпочитая ему или видеотеку дяди Михала, или на худой конец сайт www.contr-tv.ru по Интернету. Но на этот раз не смотреть было невозможно. Новости касались Белоруссии.
На глазах мальчишек разворачивался очередной акт национального предательства. Отвратные буржуины, разграбившие богатства России и тянувшиеся к сырью и всё ещё работающим производствам соседних стран,при открытом попустительстве оккупаци-онного правительства шантажировали Белоруссию отключением газа, требуя в обмен на его бесперебойные поставки оплаты по повышенной цене и передачи собственности бе-лорусских газовых компаний из рук государства в их загребущие лапки. При этом раздава-лись лицемерные стоны о том,что "политика - это одно, а экономика - другое",что "всё белорусское чудо делается на украденные у России деньги" и что "правительство Лука-шенко занимается газовым шантажом". Естественно, что все эти заявления в лучших и поганейших советских традициях делались "от лица русского народа". Создавалось ощу-щение, что именно "клика Лукашенко" развалила Союз и ограбила русский народ на трис-та триллионов долларов с 1991 года. При этом даже краем не упоминалось, что Эрэфия послушно снабжает газом и нефтью - практически бесплатно!
– фашистские Эстонию и Латвию, превратившие в рабов девятьсот тысяч русских на своих территориях, что Москва безропотно обогревает Грузию, руководство которой только что не мочится на голову Кремлю, что за счёт русского сырья греется паскудная и прогнившая Европа, на каждом шагу обхаркивающая Россию...
Нет. Виновный всех бед России был найден - Белоруссия. Единственная постсовет-ская страна (включая и саму Эрэфию!), в которой ни единого дурного слова и ни единого мерзкого жеста не было сделано в сторону русских людей, русского языка, русской куль-туры. Единственная страна бывшего СССР, где сумели не только сохранить, но и раз-вить социальное и экономическое наследие уничтоженной страны - и вовсе не за счёт мифических "русских вливаний", а просто за счёт разумного хозяйствования и обуздания инородческого ворья, так сладко жирующего в России...
182.
Мальчишки - даже Валька - далеко не всё понимали в том, что говорилось с экрана. Но основное всё-таки понимали. Снова хотели рассорить тех, в ком текла одна кровь и у кого была одна память - чтобы Алька плюнула в лицо Витьке с криком: "Москаль!", а Ва-лька отказался разговаривать с Михалом Святославичем, потому что он поляк. Кроме того,им было жутковато смотреть на лесника - тот сидел верхом на стуле и по-насто-ящему скрипел зубами, а когда упитанный боровок-диктор что-то проблекотал возму-щённо о "палках в колёса российско-белорусского сотрудничества, которые упорно вста-вляет Лукашенко" - лесник вдруг отпустил такое тяжеленное, ядрёно-отборное матер-ное ругательство, что мальчишки подскочили изумлённо-испуганно.
– - Извините, - сказал Михал Святославич.
– Но просто сердце не выдерживает. Серд-
це...
– он в самом деле потёр грудь и поморщился под встревоженными взглядами мальчи-шек.
– Сто раз говорили Луке - плюнь на этот газ,перекрой его на хрен и переходи на аль-тернативку,(1.) нехай буржуины от злости подохнут! Нет, всё обидеть боится, всё наде-ется на что-то... да и фантазии у Батьки не хватает... Он хороший предколхоза, а нам нужен фюрер...
– - А кто говорил?
– робко спросил Витька.
– Вы?
– - Ну, я...
– лесник усмехнулся грустно.
– Люди...
– - Мне стыдно, что я русский, - тихо сказал Валька, всё это время хмуро смотревший
на экран,отворачиваясь от телевизора. И тут же ойкнул и присел - Михал Святославич взял его за плечо, и пальцы лесника показались мальчишке стальными прутьями.
– - Не смей так говорить, щенок!
– гневно сказал лесник, встряхивая опешившего Вальку,
как бумажную фигурку - у того мотнулась голова.
– Русские - это Минин с Пожарским, Суворов, Ушаков, Кутузов! Сталин, Кулибин, Твардовский! Вот русские! И ещё десятки тысяч тех, до кого тебе - как до Китая раком, мальчишка, пацан! А эти...
– он силой раз-вернул Вальку к телевизору, - ...эти - какие они тебе русские?! Моль! Ростовщики, мразь человеческая!
– он отпустил - почти оттолкнул - Вальку. Уши мальчишки горели. Не гля-дя на лесника, он сказал хрипло:
– - Прости меня, дядя Михал... я дурак...
– - Помолчи, пока не успокоюсь, - Михал Святославич выключил телевизор.
– Умный па-
рень, а точно дурак...
– - Дядя Михал, - сказал молчавший до этой минуты Витька, - а ты же ведь поляк...
– - Ну...
– лесник хмыкнул, погладил усы.
– Поляк.И что?И Пржевальский поляк. И Рокос-
совский, и Черняховский... А Сталин грузин. И Багратион. А Грейг, Круз, Барклай де Тол-ли - шотландцы... А сколько немцев - Крузенштерн, Беллинсгаузен, Литке... И все они русские тоже. А у этих тварей, - он снова кивнул на молчащий экран, - фамилии-то вроде бы русские. Только не в фамилии дело. Душа должна быть русская. Чистая, верная, храб-рая, чуткая, непримиримая и щедрая. Поэтому - слышишь, Валентин?!
– поэтому не со-мневайся: ты - русский. И ты, Виктор... И не стыдиться вам надо,а гордиться...
– маль-чишки довольно засопели, Михал Святославич рассмеялся и включил ввод на телевизион-ный экран www.contr-tv.ru из Интернета. Витька небрежно набрал "Видеоновости".