ЖАНРЫ

В заповедной глуши

Мартынов Александр Игоревич

Шрифт:

– Я тоже так думал, - кивнул Серый.
– До последнего не верил. Так страшно было уми-рать... Я умер под выворотнем, раненый несколько раз. Осколками, пулями...
– он покри-вился.
– А потом вдруг пришёл в себя...И не сразу понял, что со мной, - он поднял голову, и в глаза упали звёзды.
– Скоро заполночь... Если ты всё ещё не веришь - посмотри мне в глаза и дай мне руку, - он опустил подбородок.
– Но знай, что тогда ты не сможешь свернуть с этой дороги. Даже после смерти того тела, в котором ты живёшь сейчас. Я честно предупреждаю.

Почему-то Вальке не стало страшно.

Может быть, потому что он помнил: это сон. Или почему-то другому... И всё-таки он не торопился отвечать.

Не торопил его и Серый - сидел и смотрел куда-то в огонь. Наконец Валька спро-сил отрывисто:

– Это поможет мне?

– Если ты хочешь мстить - то да.

– А если родители живы?

– Разве только в них дело?

Валька вскинулся. Но тут же обмяк.

Да, не только в них. Уже не только, хотя это может прозвучать и кощунственно. Хотя бы в Витьке и его рассказах дело. Башня из слоновой кости (1.)рухнула. Давно. На её руинах пред-стоит строить крепость. Как минимум. Иначе слова, сказанные отцу - голая фразеология. И всё, чем его учили хорошие люди - так. Приложение к журналу "Здоровье", а не оружие.

Сейчас он уже не думал о происходящем, как о сне...

Валька встретил взгляд мальчишеских глаз своим - таким же внимательным и твё-рдым. И протянул руку сбоку от огня:

– Вот.

Волчьи зубы сомкнулись на запястье...

...Валька проснулся от неожиданной и резкой боли. Сел, весь сотрясаясь. Осоловело посмотрел кругом. Ночь всё ещё была в своём праве, костёр горел ровно и жарко. Правое запястье болело, хотя на нём не было никаких следов. Отлежал, что ли, или повернул неу-дачно?.. Ну и сон. Ужастик... Хотя нет. Валька устроился удобнее, подтянул к себе спа-льник. Не ужастик. Генетический сон(2.), скорее всего. А вот если бы правда так, согла- ____________________________________________________________________________________________________________________

1. Образ, введённый в литературу английским эстетствующим литератором Оскаром Уайльдом. "Поэт, живущий в башне из слоно-вой кости", стоит как ба над миром, его заботами, несчастьями, бедами, не обращая на них внимания, живя ради себя и "чистого искусства". 2. Такие сны отрицаются современной "наукой" (огромным комплексом заблуждений и фальсификаций). Их видят люди арийской крови и как правило в этих снах - нередко в запутанном и искажённом виде - к ним приходят картины далёкого про-шлого Земли.

180.

сился бы он получить "добавочные жизни" и "силу" (как в компьютерной игре, честное слово!) таким образом?

Он повернулся и застыл в неловкой позе - на локте.

За огнём видна была примятая площадка в снегу - как будто бы кто-то сидел. А от неё и к ней - двумя цепочками - вели чёрные

лунки волчьих следов...

...Витька вышел на прогалину у ручья одновременно с первым светом дня. Неожи-данно к утру резко потеплело, небо затянули тучи, все кругом было серым, даже сам рас-свет.

Валька не спал - сидел у догорающего костра, сжавшись в комок и глядя на угли. Он не мог не услышать скрипа снега под лыжами, но даже не пошевелился. Лишь медленно перевёл взгляд с углей на Витьку - когда он, сняв лыжи, устроился рядом.

– - Валька, - жалобно сказал Витька.
– Валька, дружище. Ну что ты опять задумал? Ты

в прошлый раз меня напугал до усеру. Я даже глазам своим не поверил. Если бы не Алька - ты бы ведь так и ушёл... непонятно куда. Ведь ушёл бы!!!

– - Это была просто слабость, - Валька поднял плечи, как будто ему было очень холод-

но.
– Так... мгновенная слабость. Честно.

– - Ну а сейчас-то что с тобой?
– Витька заглянул ему в глаза.
– Подхватился и убежал.

А я тебя,между прочим, всю ночь искал. Ты правда,что ли,волка выслеживал? Тут вокруг волчьи следы, между прочим.

– - Выслеживал или не выслеживал...
– неохотно ответил Валька.
– Пошли на кордон...

Хотя нет, - он посмотрел на Витьку.
– Слушай. Почитай стихи. Что-нибудь философс-кое.

– Философское?..
– Витька на миг задумался.
– Хорошо. Вот тебе философское.

Мразь в колонну

построила

Ждущих наживы

людей.

Были страной

воинов.

Стали ордой

б...дей.

Были опорой

Разума,

Светом и верой -

для всех.

Всё это продали

разом мы,

Остался

Жванецкого смех.

Сонною перерезанной

взбулькивает страна.

Пьяному или трезвому -

а всё одно: хана!

Больше ничто не дорого,

бабки - мечта и цель...

В будущее не дорога, а

чёрный сырой тоннель...

– Посмотрим, - коротко сказал, как обрубил, Валька.

Витьке понравилось, как он это сказал.

Непримиримо.

Поделиться с друзьями: