Чтение онлайн

– Доброе утро! – гаркнул я как можно громче.

Шериф вздрогнул, вскидывая руки. Шляпа упала на пол, стул покатился, едва не перевернувшись вместе с новым хозяином. Ожидаемая реакция меня позабавила.

– Доброе, детектив.

Он сонно заморгал, поднимая головной убор с пола.

– Я в архив, как и договаривались.

– Идемте, – мужчина пошевелил челюстью, водрузил шляпу на голову и указал рукой на дверь.

Архив находился в конце коридора за неприметной бледно-желтой дверью. Маленькое помещение, с запахом старой, прелой бумагой, вмещало полки, плотно стоявшие рядом друг с другом, которые

почти полностью закрывали его периметр. Обшарпанный стол, неказистый стул и освещение мерзкого цыплячьего оттенка. Словно в инкубатор попал.

– У вас не оцифрованы данные?

– Это вам не Чикаго, детектив. Здесь заниматься подобным ни у кого нет ни желания, ни возможности.

«Блять! Времени уйдет больше, чем я думал».

– Мне нужны дела двадцатилетней давности и позже.

Шериф лениво облокотился на косяк двери, скрещивая руки, и смерил меня оценивающим взглядом.

– После урагана Катрина часть документов потеряли. Все, что уцелело, сложили в ящики, но никто не занимался сортировкой, свалили как есть. А значит, – он покачнулся, рассматривая полки с делами, – я не могу указать вам на конкретные коробки.

– Хуево, – резюмировал я, понимая, что теперь придется практически поселиться тут.

– Зачем вам какие-то старые дела? Раньше здесь не было подобных убийств. Я, конечно, тут всего лишь пару лет как служу, но о таком точно узнал бы.

– Подобные люди не начинают убивать на пустом месте. За ними будут тянуться правонарушения с подросткового возраста.

Я снял куртку, развесил ее на стуле, и поправил рукава рубашки.

– Говорю вам, это не местный, – шериф отрицательно покачал головой. – Глупо убивать там, где живешь. Да еще и в таком крошечном городке.

«Глупо быть таким самоуверенным болваном».

– Ясно, – спорить не было смысла.

– Нашли что-нибудь интересное в материалах дела? – начал он невзначай, пытаясь разведать информацию.

– Пока что нет. Если будет нечто стоящее, дам знать.

Я уже хотел отправить шерифа восвояси, но вспомнил момент, смутивший меня при чтении дела.

– Кстати, почему так плохо опросили местных? Там два хилых протокола и все.

– Так а смысл? – служитель закона аж подскочил, выпрямляясь по стойке смирно. – Никто ничего не видел, никто ничего не знает. Поймите, здесь неохотно идут на контакт с чужаками. Я для них такой же посторонний, как и вы.

– Почему?

– Предыдущий шериф умер, а на смену ему некого было взять из местных. Меня командировали сюда вместе с семьей на неопределенный срок. Жена была в такой ярости. Она всегда хотела жить в большом городе, – начал плакаться мужчина. – А я-то что поделаю? – он развел руками.

– И?

Я поднял бровь, давая понять, что его личные проблемы меня мало волнуют. Шериф сразу скуксился и покашлял скрывая неловкость.

– Они не будут открывать вам душу. Уж поверьте. У меня есть этот потрясающий значок, – мужчина скосил глаза себе на грудь, протирая золотую звезду рукавом. – И со мной не спешат откровенничать. А с вами так и подавно не захотят.

– С этим я как-нибудь разберусь.

Не желая продолжать бессмысленный разговор, я пошел вдоль полок, наугад беря коробку. День обещал быть долгим. Шериф все понял и вышел, закрывая за собой дверь.

Сказать,

что день вышел не продуктивным – это не сказать ничего. Я перебирал гребаные папки с делами, сваленные в кучу как попало. Разные года, дела о краже козы или коровы вперемешку с избиениями и нападениями на улице. Когда, посмотрев на часы, я понял, что смена Кейт скоро закончится, пришлось сворачивать свою деятельность.

Из интересного мне удалось найти пока что три дела о поджогах двадцатилетней давности. Лучше, чем ничего.

По возвращении домой я кинул папки на стол и решил размяться. Замкнутое пространство дурно сказалось на физическом состоянии. До визита соседки оставался, по моим расчетам, еще час, значит можно было не спешить. Я сменил рубашку и брюки на спортивные штаны. Балка под потолком служила мне перекладиной, на которой я подтягивался до ломоты в мышцах, пытаясь отдохнуть от умственной деятельности. Я шел уже на второй десяток, когда в дверь постучали.

– Войдите!

– На меня постоянно ругаешься, а сам не запира…

Кейт вошла внутрь, недовольно бубня, но оборвалась на полуслове. Она замерла в дверях, почти не моргая, пока я заканчивал с физической нагрузкой, не сводя с нее глаз. Несмотря на свежую погоду, девушка оделась в джинсовые шорты до колен и длинную, просторную рубашку голубого цвета. Второй десяток подошел к концу, я дотянулся до стула, оперся на него ногой, затем спрыгнул на пол.

– Что принесла? – я кивнул на контейнеры в ее руке.

– А я… Ужин. Принесла я, – потрусив головой, соседка, не спрашивая разрешения, пошла на кухню. – Приготовила азиатскую лапшу. Мне ужасно не хватает такой еды здесь.

Пока я принимал душ и одевался, Кейт гремела на кухне вилками, накрывая на стол.

– Ты рано. Я ждал тебя через час.

– Это претензия?

– Скорее вопрос.

– Ха, – она уселась на стул напротив меня. – Джек сменил меня пораньше. После гибели Линды он стал очень много работать. Раньше только вторым поваром был, а сейчас вместо дочери еще и барменом.

– Понимаю, – я действительно понимал Джека, как никто другой.

– Что делал в архиве?

Уилсон, как обычно, не церемонилась, сразу беря быка за рога. Мне даже начинала нравиться ее такая черта.

– Искал старые дела. Поджоги, зоосадизм, попытки нападения, убийства или пропажи детей.

– Как это поможет?

Она намотала лапшу на вилку, отправляя порцию в рот. Вот ведь дает. Аппетит ей вообще ничего не перебьет, похоже.

– Подобные люди не просыпаются однажды утром с внезапным желанием убивать. Этому предшествуют определенные правонарушения еще в детстве. И только спустя время преступник доходит до того, что делает сейчас. Ни сучка, ни задоринки и все обставлено, как он любит.

– Почему именно такие дела?

– Это называется «Триада Макдональда». Пиромания, зоосадизм, энурез. Последнее, конечно, в архивах не найдется, но первые два вполне.

– Что за триада? – она снова набрала лапшу, не отрывая любопытного взгляда.

– Если коротко, три признака, которые связывают с предрасположенностью к совершению особо жестоких преступлений, – припомнил я почерпнутые из книг знания.

Кейт с таким аппетитом жевала свою еду, что мне показалось, будто мой рассказ ее еще больше раззадорил.