Скачок Дикаря
Шрифт:
– Всё очень просто. Нужно закрыть глаза и задать вопрос. Потом выбрать какое-нибудь облако и попробовать разгадать его форму. Это и будет ответом. Посмотри, вон то облако, напоминающее льва с лохматой гривой и добродушной мордочкой, чем-то похоже на тебя.
– Тогда тот нежный кудрявый барашек - на тебя, - ответил я.
Мы рассмеялись. Приподнявшись на локтях, я присел, любуясь счастливым лицом Одди. Её чистая, искренняя улыбка и сияющие добрым светом глаза притягивали, как магнит. Я склонился над ней и потянулся к призывно алеющим губам. Сердце бешено стучало, словно в груди билась птица, которая рвётся выпорхнуть на волю и петь...
"Поздравляем
– Это про меня, - прошептал я, не в силах оторваться от девушки.
– Как раз сейчас меня можно отнести к самым неспособным.
– И меня тоже, - проворковала Одди, нежно отвечая на мои поцелуи.
– Но нужно идти... Сейчас здесь появится толпа наблюдателей и...
– Эх, - вздохнул я.
– Ладно... Пока они собирают "паралитиков", пойдём, поищем твой шлем.
Вечером отряд выстроился на плацу, ожидая официального объявления результатов состязания. Вепри, возбуждённые неожиданной победой, радостно галдели.
– Молодцы, Вепри!
– прервал гомон Новак.
– Коварные враги завлекли храбрых Вепрей в ловушку, уничтожив б'oльшую часть отряда. Но вы сумели обмануть даже хитрых Лис, расставив столько капканов, что смогли вырвать, казалось бы, безнадёжно упущенную победу... Прошу выйти из строя кадетов Ларсен, Чопру и Тафари... Братья Тафари удерживали базу, нейтрализовав двенадцать противников, чем выиграли столь необходимое для победы время. Кадеты Ларсен и Чопра... Без их храбрости и отваги, думаю, победы просто не было бы. Молодцы, ребята... Кадет Блэйз...
– Вик-тор! Вик-тор! Блэйз!
– скандировали курсанты.
Я радостно шагнул вперёд.
– Блэйз...
– младший коммандер задумчиво посмотрел на меня.
– Я понимаю, что главная заслуга в этой победе ваша, - благостный тон командира резко изменился, он сжал губы и произнёс: - Но такая победа ничего не стоит. Вы нарушили главный принцип в армии - субординацию. Если бы такое произошло во время боевых действий, вас следовало бы утилизировать. Вы обязаны выполнять приказы командира. Разве у вас была в тот момент полная уверенность в том, что это был отвлекающий манёвр Лис? Вряд ли. Можете ли вы утверждать, что знали всё о поле боя? Нет. А если у кадета Габира была какая-то информация от разведки или от вышестоящего командира? Вы в первый раз участвовали в этой игре и ещё совершенно ничего не знаете... Да будь Габир даже тысячу раз неправ, вы обязаны подчиняться приказам.
– Новак ещё долго отчитывал меня, не стесняясь в выражениях. Каждое слово буквально посылало меня в нокаут. Совершенно не ожидая такого, я стоял, опустив голову.
– За злостное нарушение воинской дисциплины - невыполнение приказа командира в бою - вы будете наказаны.
– У-у-у, - послышался недовольный ропот курсантов.
– Отставить!
– рявкнул офицер.
– Кадет Блэйз, отправляйтесь к мидкоммандеру Эклунду, он решит вашу судьбу.
– Есть, сэр, - растерянно ответил я и поплёлся в командный корпус.
– Ну что, допрыгался, щенок?
– прошипел мне вслед Габир.
– Подвёл ты меня, курсант...
– недовольно говорил Эклунд, расхаживая вокруг стола в кабинете.
– Я надеялся через месяц-другой поставить тебя командиром Вепрей. А что мне с тобой теперь делать? Ты считаешь, что, уничтожив полтора десятка Крыс, имеешь право
– Никак нет, сэр!
– Или ты где-то в уставе вычитал: нарушайте, господа солдаты, приказы, и будет вам счастье? А если удачно нарушите, то вас наградят?
– Никак нет, сэр!
– По-хорошему, гнать тебя надо с базы обратно в Стратеры... Но я давненько не видел такой славной победы, такого блестящего плана. Если б в нашей армии все командиры были такими, как ты, то Альянс давно бы перестал быть великим. Даю последний шанс: посидишь пару недель на гауптвахте и хорошенько подумаешь.
– Есть, сэр! Спасибо. Я всё понимаю. Это для меня важный урок.
[1] Примерно три метра.
Глава 23
Это были лучшие месяцы моей жизни. Я очень сблизился с Одди, она была не просто другом - она стала для меня всем. Я словно дышал ею. Страсть поглотила меня с головой. Используя каждую возможность, мы убегали с базы на нашу любимую полянку, полностью отдаваясь чувствам, радуясь жизни, смеясь и обсуждая совместные планы на будущее. Впервые я понял, что такое счастье, что такое Любовь, ради которой человек готов совершать подвиги и чудеса.
Всепоглощающее чувство захватило меня. Вспоминая время, проведённое в коммуне Страдальцев, я всё чаще понимал, что хочу взять Одди в охапку и унести туда. Всегда быть вместе, воспитывать наших детей, чувствовать себя свободными - что может быть лучше? Но сможем ли мы так жить? Сможем ли отказаться от всего, чему нас учили Корпорация и родители? В этом я не был уверен.
Однажды я спросил у Одди:
– А ты можешь представить, что родители воспитывают своих детей сами? Всю жизнь...
– Как это? Зачем?
– с недоумением сказала она и, помолчав, грустно добавила: - Из своих я видела только маму, да и то всего два раза.
Не сдержавшись, я раскрылся перед подругой и поведал о вынужденном пребывании в поселении Страдальцев. О духе свободы, который там царил. О том, что в коммуне существовали настоящие семьи, которые могли заводить детей и всегда находиться рядом с ними. Одди была поражена рассказом. Она нахмурилась и надолго замолчала.
– Если тебе не нравится эта тема, давай поговорим о чём-то другом. Или когда-нибудь потом... Если захочешь... Всё, что захочешь, - сказал я, целуя девушку.
– Ведь ты самая замечательная. Такой, как ты, не встретишь нигде.
– Угу. Теперь не встретишь...
– задумчиво произнесла Одди, и в её глазах появились слёзы.
– Что случилось, родная?
Одди уткнулась мне в плечо и зарыдала, вздрагивая всем телом.
– Я чем-то расстроил тебя? Или обидел?
– Ты ни при чём...
– сквозь слёзы прошептала она.
– Просто этот разговор заставил меня вспомнить одну давнюю историю.
– Расскажешь?
– Я всегда хотела забыть об этом и поэтому ни с кем...
– Расскажи. Мне можно. Легче будет.
– Хорошо, - Одди вытерла слезы и тяжело вздохнула.
– Мне тогда было двенадцать, я как раз только перешла на среднюю ступень обучения в Школьном Доме Просвещённых...
– Ого, ты была Просвещённой?
– с удивлением уставился я на подругу.
Она кивнула.
– Да... В тот день приехала мама и забрала меня с сестрой на прогулку...
– С сестрой?
– снова удивился я.