Чтение онлайн

Талия спрыгнула на землю из телеги и огляделась. Был уже закат, и в сумерках она не узнавала места, хотя была здесь дважды, однажды со старостой и раз со старейшиной – ей и другим детям рассказывали про Дол, и окружающие земли. Предел Мира был, конечно не краем света, но для жителей селения значил то же самое – дальше дороги нет. Затерявшийся среди холмов, занятых садами, Дол соединялся с другими землями эльфов тремя дорогами. Две, вначале почти переплетающиеся, но потом расходящиеся, вели на север и северо-восток к другим селениям, похожим на Дол. Третья же называлась морской и шла вдоль реки, слишком мелкой для кораблей, на юг, к ближайшему городу-столице, стоящему на берегу моря. С закатной стороны высилась скала Предел Мира, казалось, будто она диковинное дерево, выросшее не на своей земле, чье семя занесло ветром. Она не было особенно высокой или непроходимой,

но на фоне привычных зеленых холмов ее буро-серая громада, усеянная плато и пещерами, казалась девочке мрачной и чужой. Д’риан был прав, сказав, что есть только одно место, куда взрослые могли пойти. Телегу оставили на обзорном плато, том самом, куда водили детей, а от него лестница, прорубленная скале, вела вверх – к статуе Великого Дракона. Священному месту, где жители Дола праздновали урожай и новый цикл, а хранительница со своими ученицами проводила свои ритуалы гармонии. Дети подбежали к лестнице и посмотрели вверх – на видимом участке она была пуста. Д’риан сглотнул, кивнул Талии и медленно пошел вперед, вслушиваясь в тишину вокруг. Девочка шла следом, волнение и напряжение вернулись. Она была уверена, что не будь рядом друга, она бы уже давно вернулась и забилась под лавку. Интересно, пошел бы мальчик до конца, останься она с мамой на ферме. Лестница плавно поднималась вверх, редко делая редкие повороты. Она была достаточно широкой, чтобы четверо взрослых могли стоять плечом к плечу, и шла либо по расщелине, окруженная с обеих сторон громадой гор, а если и сдвигалась к склону, то была ограждена высоким парапетом, так что подъем был легким и безопасным. На одном таком повороте, когда лестница уходила обратно в расщелину, с площадки открывался чудесный вид на дальние земли, уже укрытые ночью. Мальчик похлопал по парапету, – дядя говорил, что древние знали толк в строительстве, у них все было или величественнее или изысканнее, – Талия не успела ответить, так как на мгновение их с другом накрыло тьмой – огромная тень проскользнула по ним. – Дракон! – указал Д’риан на небо, – бежим, сейчас начнется.

Дети поспешили вверх, ступени замелькали под их ногами. Но вот лестница повернула последний раз, и они увидели голову статуи, высящуюся впереди. Мальчик посмотрел на Талию, – я пойду вперед, посмотрю, пустая ли лестница в конце, вряд ли папаша остался прямо на ней, ему наверняка захотелось бы посмотреть поближе, но лучше перепроверить. Если не вернусь скоро – значит, попался, накажут только меня, ты же беги обратно в телегу. Если же путь открыт, я вернусь за тобой.

Д’риан потрусил вперед, мотая головой из стороны в сторону, выглядывая отца. Его фигурка исчезла из виду, и Талия, оставшись одна, увидела, как сильно стемнело. Сразу вспомнила все истории про тварей тьмы и козни Змея. В звуках ветра послышалось шипение, у теней появились глаза, которые уставились на девочку. К шипению добавился легкий стук. Он приближался к ней. Будто кто-то назвал ее по имени. Потом ближе.

– Кто здесь? – против воли вырвалось у Талии.

– Я, кто же еще, зову тебя, зову. Давай за мной, дорога свободна, – девочка облегченно выдохнула и побежала за другом. В конце подъема мальчик распластался на животе и махнул рукой, указывая пальцем вниз – Талия тоже осторожно прижалась к старым ступеням и поползла. – Все, дальше нельзя, видишь, вон они, – Д’риан сложил руки на последней ступени и положил на них подбородок.

– Я ничего не вижу, – разочаровано проговорила девочка, она ждала большего после такого долгого и страшного пути.

– Будешь так громко сопеть, то и не услышишь, – буркнул мальчик, – вон, видишь сияние, и вокруг него фигуры, это они. Талия обиделась на сопение, но прикрыла рот и постаралась рассмотреть, о чем говорит ее друг. Впереди что-то слабо сияло, и раздавались голоса, но ни слова было не разобрать.

– Нужно подползти поближе, – еле слышно сказала девочка.

– Нельзя, наткнемся на отца, – ответил мальчик.

– Отсюда ничего не видно и не слышно, чтобы вспоминать небывалое событие, на нем нужно побывать, – разгорячилась Талия – если поймают, то хоть накажут за дело, а не за сон в телеге. Я иду.

– Стой, я с тобой, – и дети поползли в направлении сияния.

Постепенно оно стало сильнее, слова обрели четкость, а говоривших можно было отделить от окружающей их тьмы. Д’риан потянул Талию за рукав – все, смотрим отсюда, раз мы их слышим, то они могут

услышать, – девочка нехотя согласилась, улеглась поудобнее, успокоила дыхание и напрягла зрение и слух. Опасения друга были напрасны, эльфы и драконы разговаривали громко, явно споря о чем-то. Постепенно девочка вслушалась и смогла разбирать отдельные фразы и даже говоривших.

– Я повторяю снова, и моя позиция по этому вопросу не изменится – нельзя нарушать закон, порченное дитя должно быть уничтожено , – своим противным голосом говорил «старый Л’сандер».

– Старейшина привел убедительные доводы в пользу своего решения, – спокойно отвечал староста.

– Не решения, а предположения, не ему, со всем моим почтением к тебе, перворожденный, это решать, – не унимался высокомерный чужак.

– И не тебе, эльф! Дедушка и другие драконы хранят законы Сферы, ты же только подчиняешься им, – этот рык Талия знала, хотя его обладателя видела лишь издалека. Он принадлежал внуку старейшины Дола – молодому дракону Бергу.

– Внук мой, не позорь меня и себя. Законы без гармонии ничто. А гармонии не бывает в подчинении, – спокойный для дракона голос старейшины был необычайно резок и отличался от того, каким он обычно разговаривал с эльфами селения.

– И до хранителя гармонии и законов нужно еще дорасти, сбросить чешую раз-другой – «принц» был также весел и непринужден, как и во дворе перед погрузкой, Талии очень понравилось, как он поставил на место Берга. Одно дело любимый всеми старейшина, и совсем другое – его внук, которого никто в Доле и не знал-то толком. – Ну, не смотри на меня так, прошу прощения, если нечаянно задел твою честь.

– Вернемся к нашему вопросу, не будем тратить время на пустые препирания, – подала голос хранительница, – наш старейшина усомнился в обнаруженной тьме в этом младенце. Нас созвали для принятия окончательного решения.

– Скорее, для присутствия при нем, – весело добавил «принц», – как по мне, то убить несчастного и дело с концом, – Талия не поверила своим ушам, очаровательный эльф из столичного города таким легким голосом произнес приговор младенцу, будто речь шла о том сорвать или нет плод с ветки. Наверное, расстояние и ветер исказили его слова, и она неверно расслышала их. – Решения за вами, перворожденные, мы ваши верные слуги и подчинимся ему.

– Во имя гармонии, – одновременно сказали староста и хранительница.

– Во имя гармонии и закона, – упрямо вставил свое «старый Л’сандер».

– Брат мой, взгляни на этого ребенка также как взглянул я, неужели ты видишь тьму в нем? – сказал старейшина, и Талия поняла, что он обращался к неизвестному дракону. – Я не присутствовал ни при беременности, ни при проверке первого дня. Старейшина другого селения заметил признаки тьмы при проверке первой луны, когда родители уже радовались своему чаду.

– Чувства родителей не значат ничего в этом вопросе – глубокий голос перебил старейшину.

– И у него возникли сомнения, которыми он поделился со мной, – продолжал старейшина.

– Сомнениями, не повлиявшими на приговор. Младенец был объявлен мертвым и изъят у родителей, – разнеслось над собравшимися, будто сам Великий Дракон говорил через свою статую, – Тьма, какой бы маленькой она не была, всегда разрастается, если ее не истребить. Тебе известно как много ее рассеяно по вселенной, и как легко она попадает в Сферу. Чем твой взгляд отличается от взгляда вынесшего приговор и почему ты уверен, что мой тоже будет иным?

– Потому что дедушка прозван мудрейшим и …– порыв ветра чуть не оторвал Талию от ступеней, а от последующего стука и рева сердце ее сжалось, – эльф прав, тебе еще расти и расти. Нас мало, юный Берг, но драконьему племени не нужны глупцы. Ты здесь только по просьбе старейшины Дола, и если перебьешь нашу беседу еще раз – мой хвост сломает тебе крыло. Отвечай мне, старейшина!

– Вынесший приговор поделился со мной своим сомнением. Попросил освободить от сомнений, – старейшина никак не отреагировал на жестокой урок внука, – взглянув в сердце ребенка, я обнаружил тьму, признаю, но ее было так мало, что я подумал о звездном небе – если гаснет одна единственная звезда – сияние небосклона не меркнет. Я пожалел дитя и поделился с ним своим светом. Взгляни сейчас, воплощенный, увидишь ли ты тьму в этом эльфе?