Сердце Химеры
Шрифт:
Агент Верис возразила:
– Мой друг простой эвентуал. И наравне со мной рос в храме.
Тролль развел руками.
– Не спорю. Некоторых симпатичных детенышей вы берете себе под крыло. И в смысле друг? Такой же 'друг' как я тебе?
– спросил Варпо.
Ника вспомнила, что в последней ссоре назвала Киррана соседом. Девушке стало стыдно. За свой язык, наивные помыслы, за то, что она не знала, какой у Киррана любимый цвет, как на самом деле обитают существа на свалках жизни. За то, что пока великородные маджикайи обзаводились подарками прогресса, развлекались и покупали карманных собак, дороже домов целого квартала
– Чем ты здесь занимаешься?
– чтобы сменить тему, спросила Ника.
– Я варю чудотранское мыло.
– Чудотранское?
– Да, то самое, которым великородные дамы намыливают свои прелести.
– Цератоп засмеялся.
– И постоянно мочусь туда.
Ника подумала, что больше никогда не будет пользоваться этим средством личной гигиены.
– Какой ужас. Не за это ли тебя сослали в заповедник?
– спросила она.
Тролль покосился на девушку и сказал:
– Меня поймали, когда я срал в чан зубной пасты от пародонтоза. Всего-то.
Ника посмотрела на синекожего монстра и улыбнулась, такой теплой улыбкой, какую тролль никогда не видел обращенной в свой адрес. Даже его мать ограничивалась лишь ласковыми шлепками по провинившемуся заду. Цератопу стало не по себе, и он расстроено опустил взгляд.
– Я не вернусь в заповедник, - прорычал он.
Ника вздрогнула от неожиданности.
– Господин Цератоп, - эмоционально обратившись к троллю, произнесла девушка, - я не знаю, что там такого страшного в этом резервате, но если ты согласишься мне помочь...
– 'Господин Цератоп' - с приятным оскалом повторил он и вдруг предложил: - Давай сыграем?
– Сыграем?
– удивилась Верис.
– Этот твой взгляд...
– раздраженно сказал Варпо.
– Я к чему... Короче, фря, если я выиграю, то ты от меня отвалишь, забудешь, кто я и где меня искать. А если ты...
– Ты поведешь меня в заповедник.
Синекожий кивнул:
– Поведу. Но в любой момент, если мне зудец как захочется вернуться, я это сделаю. И плевать если ты там останешься, - сурово произнес тролль и, вытащив из кармана колоду карт, спросил: - В покер?
– Хорошо, как скажешь, - согласилась Ника, - Только в покер я не умею.
Тролль закатил глаза и дернул носом.
– Предлагай тогда, как проверить твою удачу,- буркнул он.
Ника задумалась: во что именно в этом самом месте, в этот самый момент они смогли бы сыграть? Пожалуй, единственной игрой, в которой у Верис вообще получилось бы выйти победителем, была всезнайка. Но коробки с любимым 'символом скуки' здесь не найти, поэтому девушка предложила:
– Камень-ножницы-бумага?
– Что за ерунда? Никогда не слышал.
Ника набрала в легкие побольше воздуха и в буквальном смысле на пальцах объяснила могучему монстру, что из себя представляет эта незатейливая игра. Цератоп поворчал и согласился.
Подумав, что она никогда еще не играла с монстрами, Ника начала отсчет:
– Камень, ножницы, бумага. Раз, два, три.
Удача любит случайности - у игроков выпало по камню.
Цератоп победоносно причмокнул и сказал:
– Все, цаца, проиграла. Везуха на моей стороне.
– С чего это вдруг?
– возмутилась Ника.
– У нас два камня. По правилам, это ничья.
Тролль погрозил кулаком.
– Ничья? Посмотри на мой камнище и на твой
камушек. Очевидное превосходство.Девушка посмотрела на синюю лапу тролля, которая по размеру была сравнима чуть ли не с ее головой.
– Если рассуждать логически, то да, - согласилась Верис.
– Но по правилам игры... я тебе уже объясняла это... если выпадают два одинаковых предмета, то игроки переигрывают. Так что давай еще раз. Или ты испугался?
– Я испугался? Га! Давай еще раз, - гаркнул Цератоп и они начали игру заново.
На этот раз агент службы охраны показала два пальца, а синекожий раскрытую ладонь. Ника сделала импровизированный разрез 'бумаги' и триумфально объявила монстру о его проигрыше.
Тролль возмущенно всплеснул руками и сказал:
– Что? Как? Это нечестная игра!
– Почему нечестная. Тут, даже логически все сходится - ножницы разрезают бумагу.
– Переиграем, - предложил Варпо и с грозным выражением морды, сжал лапу в кулак.
– Давай, давай, фря. Или ты испугалась?
– А вот это уже нечестно, - обиженно сказала Ника.
– Так, если сейчас не переиграем, то я никуда тебя, фуфыря, не поведу.
– Хорошо, - проглотив капризы синекожего чудовища, сказала девушка и согласилась переиграть.
– Камень. Ножницы. Бумага. Раз... два... три!
И в этот раз удача улыбнулась представительнице великородных маджикаейв. У госпожи Верис выпал снова 'камень', а у тролля 'ножницы'. Покривившись и попыхтев, монстр не сразу, но все же согласился, что даже его огромные и мощные ножницы со временем могут затупиться об это маленький девчоночий камушек.
– Теперь ты согласен, что проиграл?
– спросила Ника звонко.
– Согласен. Но я не проиграл! Просто не повезло...
– Пусть так. Значит, ведешь меня в заповедник?
– Веду.
– Завтра?
– Дай собрать вещи и поведу сегодня.
Ника задумалась:
– Нет. Мне и самой вещи собрать надо. Завтра.
– Как скажешь... голубка... Завтра в десять жду тебя в баре на болоте. Знаешь где это?
Девушка задумалась и сказала:
– Найду.
– Какой бес меня за язык дернул...
– огорченно произнес Цератоп и подумал, что в этой простецкой игре, должна быть и своя незатейливая стратегия. Он решил, что в последний момент поступил необдуманно, загадав очевидно самый слабый предмет - 'бумагу'. И больше этой ошибки он не повторит.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ 'ЗАПОВЕДНАЯ ЗОНА'
Этим вечером Ника не стала перемещаться домой, ибо понимала, что придется объясниться с Кирраном, говорить неприятные вещи и услышать то, чего слышать совсем не хочется. Ко всему прочему, агент Верис была полна решимости доказать 'просто соседу', что может обойтись и без приятельской помощи. Никария больше не собиралась втягивать друзей в непростые передряги.
Уставшая после самого некомфортабельного перемещения в ее жизни, и грязная, будто на ней писали картины обозленные экспрессионисты, девушка подошла к дому номер двадцать один, устало поздоровалась с Кабаном, и, ничего не ответив на колкости домового стража, вошла. Если бы пару дней назад кто-нибудь сказал госпоже Верис, что наступит момент, когда в убежище ненавистного маджикайя ей будет находиться вольготней, нежели в собственной квартирке, она бы не постеснялась вцепиться этому хохмачу в волосы. Но сейчас Ника с прискорбием осознала сей факт.