Чтение онлайн

Пересохшие губы рывками втягивали точно раскалившийся воздух. Мне казалось, что вокруг нас пустыня, и только Замфир — источник сладостной дурманящей влаги. Потянувшись вверх, умирая от чувственной жажды, я лизнула уголок его рта и тихо застонала, без слов умоляя облегчить мои мучения.

Король задрожал, словно где-то в глубине его грудной клетки тревожно заворочался огромный, ранее крепко спавший, а ныне наконец разбуженный свирепый зверь.

Сид зафиксировал мою голову, обхватив мозолистой ладонью затылок, и обрушился таким голодным, поглощающим душу поцелуем, словно это то единственное, что когда-либо

сбудется между нами.

Король впитывал мои стоны, а я — его хриплое тяжелое дыхание, отчего наш флёр буквально бесновался, превращаясь в дикого и бескомпромиссного диктатора. Он сталкивал нас, прошивал насквозь, спаивал и испепелял, оставляя лишь пустоту и неутолимую жажду обладания.

Лиф платья уже давно сполз вниз, обнажив тяжелые, с пиками болезненно напряженных сосков груди. Я слепо терлась ими об украшенный вышивкой королевский камзол в поисках хотя бы небольшой разрядки. Феец исступленно целовал мои плечи, ритмично вдавливаясь в исходящее влагой, не прикрытое даже трусиками лоно.

— Замфир, — прерывисто прошептала я, — ты нужен мне…

Прозвучавшая просьба словно привела короля в чувство. Он разжал тиски своих объятий и, осторожно поставив меня на пол, сделал шаг назад. От усилий, которые потребовались ему для этого, казалось бы, простейшего действия, жилы на его шее напряглись, кулаки сжались, а на висках выступили капли испарины. Он даже прикрыл глаза, словно смотреть на меня было большим, чем он мог вынести.

— Замфир, — слега растягивая последний слог, позвала я короля.

Не вызывало никаких сомнений — Вечный Воин, руководствуясь какими-то своими странными тайными мотивами, снова собирался покинуть меня. Даже если окончательно сорвавшийся с поводка флёр прикончит его.

Вот только вряд ли я смогла бы вынести подобное. Без его прикосновений от ненормальной бешеной потребности слияния меня уже начинало ломать так, что от боли стонала каждая косточка. Я не являлась таким могущественным древним фейцем, как Замфир, и, разумеется, не могла похвастаться ни сверхтерпением, ни железной волей. Вожделение захлестнуло мой разум и грозило его попросту сжечь.

Флёр жил собственной жизнью, бескомпромиссно подталкивая к королю, словно важнее нашей с ним близости нет ничего на свете. Сделав несколько манипуляций со своим платьем, я подошла к Замфиру и осторожно погладила его по щеке. Он был горячий и немного колкий из-за короткой густой бороды, покрывающей широкую упрямую челюсть.

Второй рукой я поглаживала его несокрушимые плечи, нервно вздымающуюся грудь, напряженный торс…

— Не отталкивай меня, — попросила как можно более интимно и доверчиво.

Замфир будто через силу открыл глаза и, едва увидев, что я стою перед ним совершенно обнаженная, отрывисто вдохнул, с шумом втягивая через стиснутые зубы воздух. Удивительно, но его могучее, переполненное силой и энергией тело ощутимо дрожало под моей слабой тонкой ладонью. Он всё ещё пытался сопротивляться неизбежному, хотя по выражению пылающих настоящей одержимостью глаз становилось очевидно, сколь велико и жестоко терзающее его желание.

Казалось, целую вечность я смотрела в «лицо» этой искренней всепоглощающей страсти. Страсти, которая не ломает, не пачкает и не сажает на цепь. Я видела, как глубоко и безмерно Замфир желает быть со мной, и как вместе с тем отчаянно подавляет свою потребность,

считая, что может причинить вред.

— Прошу тебя, — обхватив мою ладонь, он прижал её к своим губам, благоговенно целуя в центре, — прикажи мне уйти.

— Никогда, — покачала головой.

— Ты не понимаешь! Я не принадлежу себе. Я причиню тебе сильную боль, — прохрипел и вздрогнул, когда моя вторая ладонь наконец-то достигла своей цели и стала поглаживать твердую пульсирующую сквозь гладкую ткань штанов длинну.

— Таков твой мир, — не стала спорить, понимая, что скорее всего так и случится. — Поэтому люби меня сейчас…

Внезапно я испугалась, что никакие мои просьбы не побудят Замфира переменить своё королевское решение. Он столь сильно верил в правильность выбранного им для нас блага, что был способен раз за разом отталкивать меня. Возможно ли было допустить подобное?

Распустив шнуровку на поясе штанов короля, я опустилась перед ним на колени. Замфир не ожидал подобной смелости и потрясено замер, не сводя с меня пылающих глаз. Я облизала пересохшие губы, отчего кадык на крепкой мужской шее тяжело дернулся.

Не теряя времени, высвободила крупный, увитый рельефными венками член и, обхватив его у основания, поднесла к своему рту. На красивой резной головке выступила капля влаги, и я, не веря самой себе, что делаю это — тщательно её слизала.

— Юля… — хрипло то ли выдохнул, то ли простонал Замфир.

На языке расцвел терпкий пряный вкус, отчего низ живота скрутило невероятно острым невыносимым приступом возбуждения. Не выдержав, я накрыла клитор рукой и, одновременно обхватив член губами, постанывая, стала себя ласкать. Замфир низко зарычал, словно раненый в самое сердце зверь, и, намотав на кулак мои собранные в хвост волосы, заставил взять его глубже. Он старался быть осторожным, но получалось это у короля откровенно плохо. Пытаясь подстроиться под впечатляющий размер и ритмичные движения, я то и дело давилась, отчего по горлу прокатывался спазм, и влажные объятия моего рта становились ещё теснее. Тогда Замфир вздрагивал и замирал, видимо, удерживая себя на краю полного безумия.

Нас так трясло от страсти, что казалось, будто во Дворце началось землятресение. Потребность в большем возрастала, накатывая, как девятый вал. Добраться до спальни не стоило даже мечтать.

Рывком подняв с укрытого толстым светлым ковром пола, король подхватил меня на руки и тут же уложил на стоящий поблизости довольно массивный письменный стол. Я изо всех сил вцепилась в его край, когда, закинув себе на плечи мои подрагивающие ноги, вторгаясь и до предела растягивая, Замфир стал наполнять меня.

Если первые толчки ещё как-то можно было назвать осторожными, то последующие вышибали дух. Не утрать я окончательно связь с реальностью, наверняка бы испугалась и размера, и напора. Моего опыта отчаянно не хватало, чтобы вместить в себя такого гиганта, как Замфир, избежав при этом болезненных ощущений и возможных травм. Я очень рисковала, но остановиться было выше моих сил.

А затем, отметая всякие сомнения о нашей совместимости, тело охватило сияние. Оно вспыхнуло с очередным ударом сердца, тут же перекинувшись и на короля. Мы будто оказались в центре мягкого теплого кокона. Словно древняя любовная магия благословляла нас, щедро проливая свою благодать.