Руимо. Пришедшая
Шрифт:
Чтобы не терять время, Рик воспользовался по-новому заряженным артефактом, и через секунду уже был в зале собраний.
– Шателон,- позвал он с серьёзным видом, и двинулся к балкону. Юноша сразу последовал за ним и остановился рядом, у изящной балюстрады.- Нас слышат?
Кивок головой. Это было ожидаемо: каждый, кто располагал определённым спектром способностей и набором заклинаний, тайком пытался уловить суть их разговора, усилив слух. Однако старания их были бесполезны; на мгновение Шателон закрыл глаза, обрамлённые густыми белыми ресницами, а когда открыл, в голове у Рика поднялся
– В мыслях, Рик,- послышалось Среброглазому, но губы юноши оставались неподвижны. Яркие голубые глаза глядели на него, вытянутые зрачки невероятно расширились.
– Положение скверное, дружище.
– Ты знаешь, что делать: Вартон - не соперник Тувиаму. Без магической поддержки все три армии - лёгкая добыча для Элиты.
Рик кивнул.
– Фелиция - марионетка в руках Менторов. Они испытывают Элиту, Рик. Испытывают тебя. Я не могу вмешиваться и сейчас говорю гораздо больше, чем должен, но знай: падение Фаренхима доказало, что ты не так силён, как хочешь казаться. История Серебряного города повторяется.
– История не повторится,- твёрдо возразил Рик, лицо его было уверенным и решительным.- Я хорошо усвоил урок, никто больше не станет на моём пути. После Вартона, Тувиам присоединит к себе земли остальных королевств и станет империей.
– Будет не так просто, друг мой: Руимо не тот, что прежде.
– А когда было легко?
Улыбка на миг расцвела на их лицах, и так же быстро исчезла. Рик скрестил на груди руки и, глядя с высоты на маленький прямоугольник лазарета, окружённый зеленью позднего сада, нахмурился и помрачнел.
– Эйра заперта надёжно?
– Надёжно. А вот Деми спонтанно покинула Руимо, и я не смог удержать её, как это было раньше. Как будто Руимо сам пожелал этого, а я не могу спорить с его незыблемыми законами слишком часто. В последнее время то, что с ней происходит, беспокоит меня больше чем что-либо.
– С этим вопросом повременим: пока советую выкинуть его из головы.
– Тогда я не буду спрашивать, как и откуда Деми узнала, а затем воспроизвела одно из утраченных заклинаний, контролирующих разум, которое старше даже Менторов. Думаю, это повод для беспокойства, потому как письменами этими пользовались канувшие в лету Высшие.
В серебряных глазах мелькнули искры.
– Это заклинание поможет нам?
– Ты даже не представляешь, как сильно,- мрачно улыбнулся Шателон.
– Неужели отменит Myura axtereum?
– Нет. Но позволит свести число жертв к минимуму.
– Говори,- заинтересовался Рик, и лицо его сделалось бесстрастным.
Через несколько минут Среброглазый вернулся в зал собраний, и все десять присутствующих заметно напряглись. По лицу его все поняли, что он принял решение, но какое именно - оставалось загадкой.
Во время дискуссии мнения разделились: к позиции Константина, помимо Беаты, присоединились Дмитрий и Тимо. Лиану в её стремлении сохранить жизни поддержали Анита, Александр и Генри, а Кристофер и Сванна предпочли держаться решения Среброглазого, каким бы оно ни было. Его молчание заставляло всех нервничать.
– Есть неожиданно хорошая новость,- начал Рик, уже более оптимистично.- Для Вартона всё пройдёт не так мрачно, как могло бы.
Потребуется высокий уровень мастерства, сообразительность и огромный запас энергии - это касается вас, чародеи.Вскоре Шателон принёс шесть переведённых и расшифрованных копий заклинания. Маги Элиты были удивлены и довольны, узнав его самый яркий эффект: после прочтения и определения радиуса действия все, чей разум не сломлен, погрузятся в здоровый сон. Неразгаданной осталась только одна маленькая руна, на которую никто не обратил внимание: заклинание это было сейчас спасением.
Все решили, что заклинание - заслуга Шателона. А когда начали его хвалить, он как-то нервно улыбнулся и скрылся с глаз. Его неожиданный уход и нервозность в ответ на похвалу были восприняты как должное и, пожалуй, показались самыми незначительными из длинного списка причуд.
Заклинание оказалось сложным, и требовало колоссального запаса магической энергии.
– Я могу с этим справиться,- заявила Беата, опередив всех. И весьма удивилась, когда товарищи покосились на её руки.
– Будет лучше, если это сделаю я,- строго возразила Лиана, и без капли гордости добавила: Никто не сравнится с nuem Maria в выносливости, когда дело касается сложных заклятий.
– Мне это по силам,- добавила Анита.
Генри и Дмитрий возразили, сказав, что подобные заклинания - их профиль. Рик выслушал мнения и сделал выбор.
– Генри, Анита. Под командованием Александра вы отправляетесь в Свехх, вместе с вами - три сотни солдат.
Все согласились с решением Рика, но триста солдат в довесок сочли лишней предосторожностью: при должной подготовке даже два члена Элиты смогли бы взять город, при том, что на его территории не было замечено ни одного вартонского чародея.
По приказу трое покинули зал собраний и поспешили к Бастиону, где их уже ждали солдаты, готовые пройти и огонь и воду.
– Один из вас отправится вместе со мной в Мируистэль.
Лиана снова горячо предлагала свою помощь, на этот раз соперничая с Константином, но Рик отказал обоим.
– Беата.
Тёмные глаза чародейки загорелись рвением. Лиана негромко выругалась, Константин выразил недовольство, приподняв бровь.
– Лиана, будь добра,- мягко добавил Рик,- вылечи Беате руки: сегодня они ей пригодятся как никогда.
Целительница, всё ещё негодуя, подсела к чародейке и принялась завершать работу Генри, попутно ругая его за ошибки в сращивании лучевой кости и запястья.
Собрание завершилось. Оставшиеся члены Элиты получили приказ не покидать Золотой город, и требовать от чародеев в их личном составе беспрерывного сканирования Вартона и восточной части Тувиама.
У черного Бастиона ровными рядами стояли солдаты. Их острые шлемы блестели, закованные в сталь доспехов руки сжимали безупречной работы копья; неподалёку от копейщиков выстроились мечники и лучники - с виду в простых, но добротных доспехах, с символами Тувиамского меча на нагрудниках.
Вскоре появился Александр - с мечом и каплевидным щитом из белой стали и такой же кольчуге; остальная часть экипировки почти ничем не отличалась от солдатской, за исключением тяжёлого шлема, покрывавшего светлую голову и лицо.