Чтение онлайн

— Конечно, Джесс, — ответил Матиас, едва скрывая разочарование. — Огромное тебе спасибо за все.

Через полчаса все уже разошлись по своим делам. Матиас сидел прислонившись к стене аббатства, мысли его были в смятении. Столько усилий — и все напрасно! Он ударил лапой по стене, слезы огорчения выступили у него на глазах.

— Почему, Мартин, так получилось, почему? — вскрикнул он в отчаянии. Пленная воробьиха била крыльями в перевернутой корзине.

— Убью-у-у! — злобно чирикала она. — Убью-у-у, мышь! Освободи Клюву, грязный червяк!

Матиас взглянул сквозь щели корзины на беснующуюся пленницу.

— Закрой

клюв, маленькое чудовище, — проворчал он. — Сейчас, сидя в корзине, ты никого не можешь убить.

Птица разъярилась еще больше:

— Король Бык, он убьет тебя. Будешь мертвый, быстро-быстро.

Матиас усмехнулся:

— Да неужели? Что ж, если тебе встретится этот король… как его там… скажи ему, что ты видела Матиаса Воителя и что я никого не убиваю, мой несносный маленький друг.

При последних словах Матиаса воробьиха так и заметалась от ярости:

— Мышь Клюве не друг! Бей, бей, бей!

Матиас раздраженно пнул корзину:

— Слушай, Клюва, ведь тебя так зовут? Лучше бы ты вела себя прилично, а то тебе еды не дадут и лечить не станут. Я на твоем месте посидел бы тихо и поразмыслил над своим поведением.

Матиас зашагал прочь, вслед ему неслось воробьиное чириканье:

— Не хочет еды! Не хочет лечения! Храбрая Клюва, бей!

Мышонок устало вздохнул. Не птица — наказание какое-то!

Лисица Села была озабочена. Теперь для успешного лечения Клуни ей потребовалась особая трава, которой не было у нее дома. Траву эту можно было отыскать только в Лесу Цветущих Мхов и только ночью. Клуни выслушал просьбу лисицы, заранее зная, что это только предлог, чтобы уйти из лагеря крыс. Он помолчал, делая вид, что задумался.

— Гм, видимо, тебе и впрямь нужна эта трава. Но почему бы тебе не послать за ней своего сына Куроеда?

У Селы на все был готовый ответ:

— Нет, нет, ему ее нипочем не найти, сэр. Он слишком молод и неопытен. Он не знает даже, где ее искать.

Клуни сочувственно кивнул головой:

— Да-да, видимо, ты снова права. Пожалуй, придется тебя отпустить. Ну что же, разрешаю тебе пойти в лес. Но знай, лиса, ты пойдешь искать траву вместе с двумя крысами. Вздумаешь убежать — твой пушистый хвост пойдет мне на воротник. Ясно?

Села с готовностью закивала головой:

— Конечно, сэр. Зачем же мне вас обманывать? Когда я вас исцелю, вы покорите Рэдволл и щедро наградите меня, не так ли?

Длинный хвост Клуни погладил лисицу по спине.

— Конечно же, мой друг. Как это я сам не подумал об этом?!

Клуни улыбнулся Селе, да так, что та задрожала от хвоста до головы.

Вечером Села ушла из лагеря в сопровождении Краснозуба и Черноклыка; душа ее пела от радости. Всего двое охранников! Да она запросто ускользнет от них минут на пятнадцать!

А Клуни тем временем встал с постели и прошелся по комнате, опираясь на свой штандарт. Хотя передвигался он еще с трудом, Клуни чувствовал, что уже скоро силы полностью вернутся к нему. Он обернулся к изображению Мартина, прикрепленному к штандарту:

— Конечно, этой лисице ничего не стоит ускользнуть от моих болванов. Вот и отлично! Она принесет мой поддельный план твоему аббату, а там!.. Хорошенький камешек в твой огород, а?

Лес Цветущих Мхов окрасился розовым светом заката. Села

потянула носом воздух и взглянула на небо. Скоро стемнеет, и она еще успеет к большому пню на встречу с аббатом. Краснозуб и Черноклык были явно не в духе. Уже битый час Села водила их через заросли жгучей крапивы, через болота, среди целых туч кровожадных комаров. Крысам приходилось иной раз расчищать себе дорогу и палашами.

— Кажется, мы уже недалеко от мышиного аббатства? — предположил Черноклык.

— Не болтай! А лучше следи за лисицей, — оскалился Краснозуб.

— Надо было взять с собой факелы, — заныл Черноклык. Терпение Краснозуба лопнуло. Он сгреб приятеля в охапку и встряхнул его как следует:

— Слушай, ты, тупица! Если не прекратишь ныть, я отрежу тебе язык палашом! Слышишь?

Черноклык вырвался из лап Краснозуба и ткнул его копьем.

— Ну давай, давай, доставай свой ржавый тесак, не успеешь и глазом моргнуть — как я намотаю твои кишки на свое копье.

— Ты? Намотаешь?

— Намотаю, еще как намотаю!

— Вот тебе за это, гад, получай!

— Ах, ты драться, да? Ну я тебе сейчас покажу!

Пиная, колотя и кусая друг друга, крысы повалились в колючие кусты. В ход пошли когти, хвосты и клыки. Через несколько минут драка закончилась, победителем вышел Краснозуб. Хотя из носа у него текла кровь, а во рту не хватало зуба, выглядел он намного лучше своего противника. Черноклык, выползший из кустов, являл собой жалкое зрелище: оба глаза подбиты, из левого уха выдран клок, все тело покрыто глубокими царапинами и утыкано колючками. Он со стоном наклонился за своим копьем, и Краснозуб, воспользовавшись случаем, пнул его в зад, да так, что нос несчастного оставил в земле глубокую борозду. Оглядевшись по сторонам, Краснозуб осыпал Черноклыка проклятьями:

— Недоумок! Это все из-за тебя! Пока ты спорил со старшим по званию, лисица убежала!

Черноклык сощурил подбитый глаз:

— Значит, она убежала из-за меня? Значит, я виноват? Ну уж нет! Ты ее упустил, а не я! Подожди же, вот я доложу обо всем Клуни. Я расскажу ему, как ты…

— Заткнись! — рявкнул Краснозуб. — Не препираться надо, а лисицу искать. Вот что. Ты иди туда, а я сюда. Найдешь ее — кричи. Понял? А теперь топай!

И крысы разошлись в разные стороны.

А Села в это время, воровато озираясь по сторонам, шла по лесу уже довольно далеко от них. Вот дуб с тремя вершинами, вот аббатство, а вот и большой пень. Луна ярко освещала лес, но… возле пня никого не было. Где же аббат? И тут тяжелая лапа что есть силы обхватила сзади шею Селы. Хрипя, лисица тщетно пыталась вырваться. Над самым ее ухом раздался низкий голос Констанции:

— Не рыпайся, лиса, а то я сломаю твою шею, словно сухую ветку!

Села испугалась не на шутку. Барсуки известны своей силой и воинственностью. Свободной лапой Констанция сорвала мешок с травами с пояса лисицы и вытряхнула его содержимое на пень. Схватив план Клуни, она взглянула на него и засунула себе за пояс.

— Ваш аббат должен бы наградить меня, — прохрипела лисица.

Глаза барсучихи вспыхнули презрением, она повернула лисицу к себе:

— Вот твоя награда, предательница! — И Констанция с силой ударила Селу по голове между ушей. Лисица как подкошенная упала на землю, а барсучиха, спрятавшись за дерево, закричала во весь голос: