Потерянный рай
Шрифт:
— Клифски?! — Брайан даже несколько растерялся от неожиданности. — Что ты здесь делаешь?
— Я?! — Клифски, казалось, и сам был удивлён тому, что, оказался в такое время в таком месте.
— Ты знаешь, кто погиб под колёсами твоего автомобиля? — не давая ему опомниться, резко спросил Брайан. «Если сейчас он скажет: нет, то…»
— Алоиз Любек, — тихо сказал Клифски.
— Кто?! — опешил Брайан.
— Старший архивариус.
— Почему же ты не сказал мне об этом сразу?
— А ты не спрашивал! — ощетинился Клифски.
— Ну и что теперь?
— Теперь обязанности старшего архивариуса исполняет Анна Вирт.
— Ты её знаешь? — осторожно спросил Брайан. — Что
— Я знаю только, что она и раньше работала в архиве магистрата. По-моему, ещё при пяти или шести предыдущих старщих архивариусах. И… .ну… то, что она около года живёт с одним каким-то придурком.
«Ну, это-то мне известно получше твоего», — Брайан мрачно хмыкнул и покровительственно похлопал Клифски по плечу.
— А здорово ты меня откопал в архиве. Прямо, как заправский палеонтолог.
— В каком архиве? — ошарашенно спросил Клифски.
«Он что, меня за идиота принимает? Или просто старается укрепить свой имидж?» — Брайан удивлённо смерил Клифски внимательным взглядом.
— Ах, в архиве, — пробормотал Клифски, но Брайан мог поклясться, что сказано это было лишь из вежливости.
— Ты… мне… лучше… скажи, — запинаясь, пролепетал Клифски, — когда ты… машину вернёшь?
«А парень не напрасно у клиники ошибается», — ошарашенно подумал Брайан.
— Я вернул. Отогнал к зданию редакции. И об этом тебе уже один раз говорил, когда мы встретились сегодня в архиве.
— А, — сказал Клифски, словно что-то припоминая, и вдруг резко развернулся и почти бегом скрылся в дверях клиники.
Брайан несколько мгновений ошалело глядел ему вслед, борясь с желанием приложить указательный палец к виску и несколько раз постучать при этом.
Клифски никогда не обременял себя никакой такой особой логикой и последовательностью ни в мыслях, ни в делах, но, похоже, в этот раз переплюнул даже самого себя.
«Ерунда! У него, видимо, опять подступает. Вот и в клинику прибежал», — отмахнулся Брайан. Но какая-то деталь, осевшая где-то в глубине подсознания, не давала покоя. Что-то было не так.
Зная, что лучший способ осознать подспудно тревожащие моменты — это переключить сознание на другое, пока само не вызреет, Брайан пожал плечами и рысцой направился в сторону магистрата.
По дороге Брайан не удержался и завернул в крошечный, совершенно пустой в этот час бар.
Сидя за чашкой кофе, он достал бумажник и осторожно развернул добытую в архиве бумажку, несколько мгновений внимательно вглядывался в хитросплетение линий на загадочном чертеже и вдруг ощутил, что опять медленно начинает погружаться в пучину безумия…
…гружёная вагонетка с грохотом…
…и кровь на стенах…
— Эй, парень, ты меня слышишь? — донёсся до Брайана испуганный вопль бармена. — Или мне уже вызывать патруль СПК?
— Не надо, — хрипло выдавил Брайан, — я в норме!
И что удивительно, он действительно был в норме. Впервые ему удалось побороть атакующее безумие!
Брайан спрятал план лабиринта в бумажник и залпом допил остывший кофе.
— Ты уверен, парень, что с тобой всё о'кей? — спросил бармен чуть более спокойным голосом. — У тебя была такая… физиономия… Я таких рож в последнее время знаешь сколько перевидел!
— Догадываюсь, — пробормотал Брайан, расслабленно откидываясь на стуле.
«И всё-таки пора подвести итоги. Что же мы имеем на текущем счету? Эпидемию странной, постоянно усугубляющейся болезни, причём скорее морально-психологического, чем часто психического плана. Совершенно невероятные предположения
о её причине, начиная с мутации информационных вирусов и кончая существованием мифических построек (то есть Серого Лабиринта), которые совершенно неожиданно начинают обретать под собой реальную почву в виде чертежей и внезапно исчезающих из под самого носа папок. На всё это нанизана патологическая смертность старших архивариусов. Короче, всё так или иначе замыкается на архиве. И сразу возникает вопрос номер раз: КТО? Архивариусы? Анна? Берт? Клифски? Алиби на момент несчастного случая с напарником Харви практически нет ни у кого. За исключением не вовремя мрущих архивариусов, все вышеназванные в это время были одни, то есть без свидетелей. Свалить на меня стеллаж и прибрать к рукам папку мог любой, за исключением Клифски, которого я мог лицезреть непосредственно в момент «покушения», ну и опять же — покойных архивариусов. (Дались мне эти архивариусы! Да, но ведь мрут же, как мухи. Разве в наше время это не подозрительно? Ха!) Хотя это — если рассуждать здраво. А какое может быть здравое рассуждение при эпидемии повального безумия? Ха, ещё раз. Короче, архивариусов пока тоже не стоит сбрасывать со счетов. При всём при этом в ответ на вопрос: КАК — в голову вообще путного ничего не приходит, а если ещё задуматься над вопросом: ВО ИМЯ ЧЕГО, то приходим к тому, с чего начали, — полной неразберихе и случайному нагромождению фактов. Но что-то уже мелькало такое на горизонте, из чего можно было попытаться выудить рыбку… в мутной воде».— Эй, парень, ты абсолютно уверен, что у тебя всё в порядке?
«Вот привязался? — Брайан задумчиво поглядел на бармена, изнывающего от безделья, и глубокомысленно объявил:
— А кто в наше время может быть в этом АБСОЛЮТНО уверен. («Разве что Клифски!»)
Брайан плотоядно ухмыльнулся, чем поверг бармена в ужас, и, понимая, что здесь теперь в покое его не оставят, покинул бар на попечение бармена, а бармена — на возможное попечение более общительных клиентов, если таковые вообще найдутся.
Тем более, что дело близилось к вечеру, а на вечер Брайан запланировал совсем другие дела.
Глава 9
Сосредоточенно и целеустремлённо топая по направлению к магистрату, Брайан про себя повторял одну и ту же глупую фразу
«Интересно всё же, кто старушку зашиб?!»
И перед его мысленным взором услужливо вставая жуткий образ тщедушного Клифа Клифски, сидящего верхом на поверженной старушке и сжимающего на её морщинистой шее узластые пальцы, переплетённые старинной рунической вязью.
По мере приближения к зданию магистрата — образ старушки трансформировался в карикатурный образ самого Брайана, тонущего в пучине бумаг и канцелярских папок. Причём вдали на холме в позе сеятеля стоял всё тот же Клифски, но в количестве двух экземпляров, и оба торопливо подкидывали в беснующееся бумажное море всЕ новые и новые потоки макулатуры.
«Бред конечно, — рассудительно подумал Брайан. — Не мог же он, в самом, деле, одновременно находиться в разных концах архива».
— Стой, мужик! Меня твоя рожа не может оставить равнодушным!
Брайан мысленно выругался. Опустив низко голову, чтобы не оставлять шею незащищённой, он исподлобья посмотрел на преградившего ему путь мужчину
Типичное тупое, ничего не выражающее, лицо. Белые глаза и пена в уголках губ.
«Их становится всё больше», — Брайан чуть посторонился.
Глуповато ухмыляясь, мужчина повторил его маневр
«Они просто больные люди, — подумал Брайан. — Такие же, как я».
— Ну, недоделанный! Небось обделался?!
«Они просто…» — Брайан вдруг ощутил нарастающую злость!