Чтение онлайн

— Ух, я тебе! — помахав пальцем, прикрикнул я.

— Дядя голожопый! — радостно закричал тот. Быстро смыв с себя трупы мух, я забрался в спецкостюм.

Анату уже проснулась и теперь, сонно хлопая глазами, осматривалась вокруг себя.

— Что ты сделал со мной этой ночью? — встав на ноги, спросила она. — Я еле хожу.

— Такая у нас мужчин серьезная работа... — грустно сказал я.

— Ты первый, после кого я чувствую себя инвалидом.

— Комплимент принимается. Одевайся, а то тебя увидит Анзор и его половое созревание наступит лет на десять

раньше.

— То же мне, проблема, — хмыкнула Анату. — Главное, что созреет.

— И это мне говорит вершительница высокой морали! Богиня, чёрт побери!

— Я хочу спать, — капризно надувая губки, сказала она.

— Цыц! — прикрикнул я. — А то ведёшь себя как какая-то человеческая женщина.

— Я и есть женщина, — обижено сказала она, — ну, допустим, не совсем человеческая… Уже и покапризничать нельзя!

— Можно, но не нужно. У нас в мире, между прочим, военное положение, а значит, женщины должны быть собранными и боевыми.

— Иди ты в задницу! — совсем уж по-человечески сказала Анату.

— Мне кажется, мы уже там, — обводя руками окружающую нас местность, сказал я.

Хмуря чудные брови, Анату медленно и эротично натянула на себя спецкостюм, скрыв свои роскошные прелести в сверхсовременной резиновой оболочке.

Пройдя к колодцу, мы умылись и напились. Слегка пошатываясь, из дома вышел Оултер и подошел к нам.

— С моим носом что-то случилось, — плаксиво сказал он.

— Ого! — удивленно вскрикнула Анату.

— Нос у Хата стал больше, чем у Гурама, а у того он был размером с плавник акулы.

— Наверное, местные жители по ночам занимаются пластической хирургией, делая из наиболее понравившихся им пришельцев местных жителей, — заметил я.

— Эти местные жители — комары, — услышал я сзади голос Гурама, — доброе утро! Ну что, надумали идти?

— Куда идти? — удивился я.

— Вы сюда приехали мир спасать, или хачапури есть? — в свою очередь удивился Гурам.

— Я уж даже и не знаю…

— Нам нужно к дольмену Годлик, — сказала Анату.

— Не знаю такого, — ответил абхаз.

— А что такое дольмен? — удивился я.

— Куски камушков, сложенные один на другой, — ответил Гурам, — есть у нас неподалеку такой, минут пятнадцать до него идти.

— Что за страна? — удивился я. — Дольмены какие-то повсюду разбросаны…

— Отведите нас туда! — заинтересованно сказала Анату.

Минут пятнадцать по-абхазски — это полчаса в гору через густой колючий кустарник по-американски.

— Куски камушков?! — заявил я, разглядывая огромные гранитные плиты, весом не меньше ста тонн каждая, сложенные одна на другую.

— А что, разве нет? — удивился Гурам.

— Хорошие камушки у вас тут на Кавказе! Что это за хрень такая? — спросил я у Анату. — Очередная антенна?

— Нет, — быстро ответила та, — Хат, посмотри, мне кажется, что он закрыт.

— Так и есть. Что ж, придется искать дольмен у Годлика. Судя по письменам в Перу, он должен функционировать.

— О чём они говорят? — недоумевающее пнув меня в плечо, спросил Гурам.

—

Блин, хотел бы я сам знать.

Подойдя к внушительному строению, я погладил нагретую на солнце поверхность валуна, служащего стенкой, и, ведя рукой по теплой поверхности, медленно двинулся вперёд. Не сделав и пяти шагов, я почувствовал, как моя рука провалилась внутрь. Отскочив, я уставился на аккуратное круглое отверстие в стене.

— Здесь дырка в стене! — крикнул я, но мои друзья, не проявляя интереса, уже спускались вниз. — Эй, вы куда? Ваш дольмен открыт!

— Это не так. Ты не поймешь. Пойдем вниз.

— Слушай, это же обычная гробница древних, зачем она им? — удивился Гурам.

— Слушай, чувак, хотел бы я сам знать, зачем это им нужно.

— Но ты же с ними, я думал ты в курсе их дел.

— В курсе, не в курсе... — расстроился я, — я и сам думал, что в курсе, но оказалось, что я ни хрена не знаю!

— Я знаю, что ни хрена не знаю, — сказал Гурам. — Это Геродот сказал.

— Вообще-то это слова Сократа… «Но я знаю больше вас», — задумчиво продолжил я. — «Я вообще ни хрена не знаю, и ни хрена не понимаю», — это сказал Теди Вачёвский.

— А кто этот Вачёвский? — спросил Гурам. — Тоже какой-то древний математик?

— Нет, это просто современный идиот, — резюмировал я.

Вернувшись в дом Гурама, мы позавтракали тем, что недоели вчера, и стали строить планы на ближайшее будущее. Вызвав по спецсвязи полковника Морелли, я дал приказ узнать местонахождение дольмена Годлик, находящегося на Кавказе. Через десять минут на мой запрос поступил ответ.

— Всё несколько усложняется, друг мой, — сказал Морелли, — этот дольмен находится на территории России — это плохая новость. Но до него не больше двухсот километров по побережью — это хорошая новость. Но вам предстоит пересечь границу — и это плохая новость, однако на вас спецкостюмы и, согласитесь, это новость хорошая. Но с русскими мы не дружим — и это опять плохая новость…

— Скажи, Морелли, ты нюхал этим утром кокаин? — поинтересовался я.

— С чего ты взял?

— Плохая новость, хорошая новость, — с сарказмом сказал я, — хорошая — то, что ты на связи, а плохая — то, что ты сегодня какой-то тормоз. И, судя по всему, часть нашего перуанского груза ты оставил себе.

— Ну, оставил… Сам знаешь, как у нас в ВМФ скучно.

— Со мной вы не скучали... — ностальгируя, сказал я.

— Да уж. Кстати, из Вашингтона вернулся Хаджет — серьезно расстроенный, так как Буш самый младший ему не поверил.

— Вот дерьмо! Дай мне его.

— Он налакался виски и погнал на рыбалку, так что, как понимаешь, его сейчас лучше не беспокоить.

— Да мне наплевать! — вспылил я. — Свяжись с ним немедленно, я должен его услышать.

— Я попробую, — нерешительно сказал Морелли.

— Связь через десять минут.

— Вы слышали? — спросил я у ребят после того, как полковник отключился.

— Ваши глупые политики не ведают, что творят!

— сказала Анату.

— Тоже мне, открыла Америку…