Пленница
Шрифт:
— Звучит убедительно. Но как это может помочь разрешить загадку Перривейлов?
— Я не знаю. Но давай предположим, что кто-то, сейчас живущий в этом доме, совершил убийство… В этом случае он не остановился бы и перед вторым убийством. Возможно, что история с матросом является частью целостной картины, которую я пытаюсь восстановить.
Лукас смотрел на меня, и его лицо выражало чуть ли не отчаяние.
— Я боялась, что ты это так воспримешь, — вздохнула я. — надеялась, что ты мне поможешь.
— Я тебе помогу, — кивнул Лукас. — Только я не думаю, что из этого что-то выйдет. Похоже, Саймон завидовал
— Она срезала лучшие розы в саду, гордость старшего садовника, чтобы отнести их на могилу.
— Вот именно. Это подтверждает твое предположение.
— И все же…
— И все же, — подхватил он, загадочно улыбаясь, — если нам предстоит провести расследование, надо с чего-то начать, и существует слабая вероятность того, что за безвременной кончиной матроса что-то стоит. Вот с этого мы и начнем.
— Как?
— Надо попытаться о нем что-то выяснить. Кем он был? На ком был женат? И если окажется, что на нынешней леди Перривейл, это будет означать, что мы, возможно, напали на след. И если кто-то прикончил матроса, чтобы он не создавал лишних проблем… что ж, вполне возможно, что человек, успешно совершивший одно преступление, мог решиться и на второе.
— Я знала, что ты поможешь мне, Лукас!
— Итак, начнем разматывать клубок, — с пафосом произнес он.
— Как?
— Надо отправиться в Лондон, поднять записи… какая жалость, что Дик Дювейн уехал. Он бы с головой окунулся в эту историю.
— О Лукас… Я так тебе благодарна.
— Я тоже тебе благодарен, — хмыкнул он. — Жизнь стала немного разнообразнее.
Я вернулась в Перривейл-корт в приподнятом настроении.
Я знала, что не ошиблась, доверившись Лукасу.
Лукас отсутствовал три недели. Каждый день я ждала, что он объявится. Отношения с Кейт вошли в мирное русло. Она все еще время от времени капризничала, но уже не пыталась оказывать мне неповиновение или отлынивать от занятий. Мы много читали, обсуждали прочитанное и больше не говорили о могиле матроса, которую она продолжала навещать. Она больше не срезала розы в саду, а ограничивалась полевыми цветами.
Через несколько дней после того, как Лукас уехал в Лондон, меня разыскала Мария, служанка вдовствующей леди Перривейл. Она сказала, что ее хозяйка хочет со мной пообщаться.
Мария относилась к разряду слуг, которые так долго ухаживают за хозяином или хозяйкой, что начинают считать себя существами высшего порядка. Более того, обычно хозяева уже не могут обойтись без их услуг, поэтому позволяют им много вольностей. Такие слуги считают себя «членами семьи», и я видела, что в случае с Марией мне, быть может, удастся обратить это себе на пользу.
Я впервые оказалась в этой части дома, расположенной как раз напротив моих окон и отделенной от моего крыла мощеным двориком.
Мария встретила меня, прижав палец к губам.
— Она крепко спит, — прошептала она. — Это вполне в ее духе. Она часто приглашает кого-нибудь в гости, но когда гость наконец приходит, она спит беспробудным сном.
Она поманила меня за собой и пригласила заглянуть в приоткрытую
дверь. В соседней комнате в глубоком кресле сидела леди Перривейл. Ее голова склонилась на плечо, и она в самом деле спала.— Мы ее пока не будем беспокоить. Она плохо спала сегодня ночью. С ней это случается. Ей снятся кошмары о сэре Эдварде. Он был настоящим тираном. Э-э-э… Да ведь вы об этом ничегошеньки не знаете. Иногда ей становится хуже, но временами она совершенно нормальная, совсем как прежде. А потом у нее опять все перемешивается в голове.
— Быть может, мне стоит прийти попозже?
Она покачала головой.
— Посидите немного здесь. Когда она проснется, она позвонит или начнет стучать палкой. Да, она очень переменилась.
— Наверное, рано или поздно это нас всех ждет.
— Пожалуй, что так. Но с ней это случилось после ухода сэра Эдварда.
— Это понятно, они ведь были женаты столько лет.
Она кивнула.
— Я вместе с ней приехала на юг. Мне очень не хотелось уезжать из Йоркшира. Вы там когда-нибудь бывали, мисс Крэнли?
— Боюсь, что нет.
— Наши долины не описать словами… красотища… и пустоши тоже. Йоркшир бесподобное место.
— Охотно верю.
— А здесь? Я даже не знаю. Я так и не смогла привыкнуть к здешним людям. У них в голове полно каких-то небылиц. А уж нас, северян, в этом никто не упрекнет.
Она бросила на меня гневный, совершенно незаслуженный взгляд, поскольку у меня и в мыслях не было упрекать ее в чем-либо.
— У нас, мисс Крэнли, все вещи всегда называют своими именами. Никаких вам летающих фей и встающих из могил мертвецов… маленьких человечков в шахтах… гоблинов и чудищ, топящих корабли. Все это кажется мне очень странным, а вам?
— И мне тоже, — с готовностью поддержала ее я.
— Но согласитесь, в таком доме у кого угодно по спине поползут мурашки.
— Но только не у уроженки Йоркшира.
Она улыбнулась. Я видела, что она усматривает во мне почти что родственную душу. Во всяком случае, будучи родом из Лондона, я никак не могла разделять фантазии местных жителей.
— Значит, когда леди Перривейл вышла замуж, вы приехали с ней? — уточнила я.
— Ну, я прислуживала ей еще раньше. И какой же поднялся переполох, когда она собралась замуж за титул. У старины Аркрайта денег только что куры не клевали… он в них купался. Но деньги — это еще не все. А когда моя хозяйка стала миледи, она была на седьмом небе. А что она сделала с этим домом! Он ведь чуть было не превратился в развалину. Так что она получила не только титул, но и этот дом. Разумеется, к этому всему прилагался сэр Эдвард.
— А что, это оказалось для нее суровым испытанием?
— Он был очень странным. Его вообще было невозможно понять. Она привыкла всегда настаивать на своем. Старый Аркрайт ее боготворил. Она была очень красивая, да к тому же еще и с деньгами. Единственный ребенок… наследница. Сразу было видно, на что положил глаз сэр Эдвард.
— А в чем выражались его странности?
— Он все больше молчал и был очень правильный. Ох и строг же он бывал!
— Да, мне об этом рассказывали.
— Каждое воскресенье в церковь, утром и вечером. Все были обязаны идти, даже арендаторы, если не хотели попасть в его черный список. Он стремился забронировать себе место в раю… А тут еще этот мальчик!..