Одержимые. Первая любовь
Шрифт:
— Пока…
— Пока…
Наконец убегаю… А он уезжает… Поднимаюсь к себе и мама смотрит на меня с тяжестью. Она до сих пор не может принять эти отношения. Мне кажется, она ждёт в глубине души, что он разобьёт мне сердце, и я останусь одна… Чтобы лишний раз не ставить под удар их недавно восстановившийся семейный баланс… Который таковым можно назвать с натяжкой. Но мама в этом браке как слепой котёнок… А может, и того хуже…
— Лесь, пройди на кухню… Поговорим…
Я раздеваюсь, разуваюсь и иду к ней. Присаживаюсь рядом и жду, что она собирается
— Лесь… Там в общем папа хочет после поездки на неделю забрать тебя в деревню…
— Что? Зачем?
— Он так хочет. Не знаю, дочка… Но надо будет поехать…
— Я не хочу, мама… Не хочу ехать… От Тимура уезжать… Я не поеду! — тут же выпрыскиваю и встаю из-за стола.
— Леся, ты же знаешь, что отец не станет спрашивать… Просто засунет в машину и увезёт?! Ты же знаешь?!
— Знаю, наверное, — бубню под нос, пока иду в комнату, а она за мной.
— Лесь… Лучше съездить, а потом так же… Как и сейчас… Без споров, без скандалов… Хорошо, дочка?
Смотрю на неё… И уже сил внутри не хватает молчать. Быть как она… Я, конечно, очень люблю маму… И мне безумно жаль, что её жизнь сложилась таким образом… Но я же не виновата в этом…
— Если любит, он тебя подождёт… Неделя ничего не изменит, — добавляет она.
Я не отвечаю… Много ли она знает о любви, чтобы так мне говорить?
Молча иду к себе и пишу ему сообщение о том, что нам предстоит разлука на неделю. Конечно, Тим тут же перезванивает. Пытается меня успокоить… Говорит, что тоже будет сходить без меня с ума… Но мы потерпим… И мне уже давно не было так грустно и больно… Это самое нечестное, что может случиться в жизни… Когда у тебя забирают любовь…
— Зато мы четыре дня проведём вместе… Четыре, Лесь… Будем засыпать вместе, просыпаться… Гулять на природе… Всё время будем вдвоём, — мечтательно говорит Савицкий своим хриплым и безумно красивым баритоном, от которого у меня по всему телу разбредаются приятные мурашки.
— Вдвоём… Как прекрасно звучит… Тим… Я скучаю…
— Я тоже, малыш… Я тоже… Думаю о тебе.
— Что делаешь?
— Лежу и смотрю в потолок… Ещё помню, как сжимал тебя час назад… Балдею…
— И я…
— Лесь, ты не грусти… Я обещаю, что эту неделю буду усиленно ходить в тренажёрку… Ты приедешь, а я тут весь такой… Прокаченный… Спортивный, — смеётся он, чем вызывает такую же реакцию и у меня.
— Дурачок! Ты и есть спортивный и прокаченный…
— Тебе нравится моё тело?
— Конечно… Нравится…
— А что именно нравится? — спрашивает игриво.
— Тиииим…
— На этот раз не спрыгнешь… Говори…
— Ну… Твои кубики нравятся… Грудные мышцы… Руки… От твоих рук я тащусь, Савицкий… Честно…
Он хмыкает и шумно дышит, а я кое-как всё это озвучила, и то чувствую, как щёки пылают и внутри живота что-то тлеет, будто углей туда насыпали.
— А мои руки тащатся от тебя… Идеально, да?
— Ага…
— Лесь… Хочу тебя сюда… Ко мне… Под бочок…
— Я тоже хочу, Тим… Но сегодня отец ночью приезжает… И нужно ещё домашку сделать по-хорошему… Мы уже с тобой тупим на уроках,
а ещё экзамены…— Домашка… Аааа… Дашь списать? — спрашивает насмешливым тоном.
— Ага… Зачем тебе? Ты лучше меня соображаешь…
— Ну, это, знаешь ли… Спорный вопрос… В чём-то ты умнее. В чём-то я… Это нормально.
— Ээээх, — вздыхаю я. — Хотелось бы мне с тобой учиться… Ты бы тоже мог стать врачом…
— Возможно, но… Я не этого хочу от жизни…
— Я помню… Да… Боюсь, если ты вдруг уйдёшь в армию… — представляю и чувствую, как сложно об этом думать.
— Почему? Не дождёшься?
Слышу, что он улыбается, пока спрашивает. И меня не радует думать об этом в перспективе, но…
— А сам как думаешь, Тим? М?
— Думаю, что сильнее этой любви я ничего не испытывал… И ты будешь моей. Даже если придётся ждать целые годы…
Глава 39
Олеся Носова
От его слов по коже бежит дрожь и внутри всё извергается, будто огненная лава из жерла вулкана… Эти чувства, они сильнее времени… Я с ним согласна… И даже если он уйдёт в армию, я дождусь…
Возможно и любовь тогда станет ещё крепче…
Он ведь ни разу меня не разочаровывал. Ни разу не подводил и не обманывал…
Наверное, мы по уши друг в друге погрязли…
— Я люблю тебя, Тим… Буду заниматься…
— Развратом, я надеюсь?
— Конечно, — улыбаюсь я в ответ. — Химическим и биологическим развратом…
Он ржёт, а я прикрываю глаза, лёжа на кровати.
— Ты — самый прекрасный человек на свете… Самый лучший…
— Нет… Ты…
— Люблю, — и снова я кое-как завершаю разговор… Сажусь делать уроки… Готовиться к экзаменам…
Засыпаю только часов в двенадцать…
А ранним утром просыпаюсь, и вся сияю от счастья, потому что увижу его вновь. И так день ото дня… Каждую секунду…
Осознание того, что его сонная мордашка будет ждать меня внизу, делает меня самой радостной и счастливой…
Бегу к нему и вцепляюсь в любимые плечи.
— Доброе утро, мечта…
— Ох… От мечты слышу… Красивая какая…
— Нравится?
— Конечно… Нравится…
Я сделала кудряшки. Вчера специально наплела кучу косичек. Выгляжу прикольно… И Тимур так на меня смотрит…
В его взгляде прослеживаю и восхищение, и зависимость, такую же сильную, как у меня, и тепло, скользящее по сердцу…
А когда приходим в школу, Варя хватает за руку и отводит меня в сторону.
— Какой праздник?
— Ты о чём?
— Ну, кудряшки…
— Блин, Варя, нет… Этого не было…
— Ц! — тут же щёлкает она челюстью. — Чем вы там вообще занимаетесь? Анатомию бы хоть поизучали друг на друге!
— А ты только этого и ждёшь!
— Да, — смеётся она заливисто. — Ладно… Да я шучу. Просто интересно же… А ты редко писать стала… У вас там с Тимом минута разлуки — уже трагедия…
— Наверное, ты обижаешься?
— Нет… Лесь… Я рада за тебя… Беги оттуда… Как можно скорее беги, — говорит она и обнимает меня, а у меня слезятся глаза…