Чтение онлайн

И на этот раз конвой благополучно прибыл по назначению.

К концу августа 1942 года японцы завершили подготовку Гавайской операции. Флот империи зализал раны – авиагруппы всех его авианосцев были полностью укомплектованы и готовы к бою. Шестого августа в Хиросимском заливе погиб от внутреннего взрыва линкор «Нагато», но эта досадная потеря была с лихвой возмещена вступлением в строй «Мусаси», собрата грозного «Ямато». Флот вторжения насчитывал семь авианосцев, восемь линкоров, двадцать крейсеров и шестьдесят четыре эсминца; у Гавайев были развёрнуты шестнадцать подводных лодок. По оценкам японцев, США имели на Тихом океане один-два авианосца, пять-шесть линейных кораблей, десять-двенадцать крейсеров и до сорока эсминцев – перевес был на стороне самураев, и они намерены были его использовать.

Численность первого эшелона японской армии вторжения не превышала пятидесяти тысяч человек, тогда как на Гавайях (большей частью на Оаху) располагалась стотысячная группировка американских войск. Но если Ямамото, немалой кровью вырвавший победу при Мидуэе, относился к противнику с должным уважением, то генералы Хомма и Ямасита была весьма невысокого мнения о боеспособности солдат-гайкокудзинов – в Сингапуре и на Филиппинах

многотысячные армии англосаксов складывали оружие перед куда меньшими по численности японскими войсками. Не смущали их и размеры Гавайского архипелага – императорская армия в считанные месяцы захватила громадные территории. «Пусть флот потопит корабли и уничтожит береговую авиацию янки, – требовали генералы, – и расчистит нам дорогу, остальное мы сделаем. А если американцы упрутся на Оаху, мы захватим другие острова архипелага, а потом возьмём и Пёрл-Харбор». Недооценивая противника, самураи допустили большую ошибку: они забыли, что стальную пружину можно сжимать только до определённого предела, после чего она или сломается, или распрямится и ударит. Больно.

Японцы считали, что янки сосредоточили на Оаху всего около четырёхсот самолётов, и полагали, что флот с ними справится – Мидуэй свидетельствовал о низкой эффективности атак береговой авиации. На самом же деле на аэродромы Оаху было стянуто более шестисот боевых машин, в том числе сто пятьдесят истребителей, сорок торпедоносцев «авенджер» и около ста пикирующих бомбардировщиков, и за прошедшее время американцами многое было сделано для повышения уровня подготовки пилотов к проведению совместных атак по кораблям. И главное – японская разведка очень сильно ошибалась относительно численности американского флота Тихого океана.

К сентябрю Хэлси имел в своём распоряжении не два, а три авианосца: в дополнение к «Энтерпрайзу» и вернувшемуся в строй «Йорктауну» в Сан-Диего прибыл английский авианосец «Викториес». Обстановка в европейских водах улучшилась [52] , и Черчилль счёл возможным уступить настойчивым требованиям своего могущественного союзника: портить отношения с Америкой бриттам совсем не хотелось.

Из Атлантики в Тихий океан перешли линейные корабли «Вашингтон», «Индиана» и «Алабама» – теперь адмирал Хэлси располагал соединением новых быстроходных линкоров, способных померяться силами с парой японских гигантов. И 28 августа, когда обстановка у Гавайев начала накаляться – участились полёты японских разведывательных самолётов, в непосредственной близости от Пёрл-Харбора появились японские субмарины, а эфир был полон оживлёнными переговорами, – Хэлси решил вернуться в Жемчужную Гавань, откуда флот мог выдвинуться в любую точку Тихого океана гораздо быстрее, чем из Калифорнии. И в это же время корабли империи Ямато направились к Гавайским островам.

01 сентября 1942 года

Для нейтрализации аэродромов Оаху японцы, не рассчитывая на внезапность, решили воспользоваться «дальнобойностью» своей палубной авиации [53] и поднять ударную волну на расстоянии четырёхсот миль от Оаху. Такое расстояние позволяло избежать ответного удара «доунтлессов» и «авенджеров», а горизонтальных бомбардировщиков японцы не опасались: опыт Мидуэя свидетельствовал об их низкой эффективности при атаках боевых кораблей.

Первая волна в составе тридцати четырёх «кейтов» и тридцати четырёх «зеро» с «Хиё» и «Дзунъё» должна была «разворошить осиное гнездо» и принять на себя всю тяжесть боя с американскими истребителями, а вторая, состоявшая из семидесяти восьми B5N2 и сорока двух «зеро» с «Хирю», «Дзуйкаку» и «Сёкаку» и взлетевшая на полтора часа позже, – обработать аэродромы вместе с вернувшимися на них самолётами янки.

План был неплох, однако противодействие американской базовой авиации оказалось куда более сильным, чем ожидали японские стратеги. Американских истребителей оказалось неожиданно много – первая волна была выбита почти полностью, достигнув при этом весьма незначительных результатов. Вторая волна «кейтов» добилась некоторого успеха, уничтожив на аэродромах Эва, Хикэм, и Канэохе около сорока самолётов всех типов, но этот успех был далеко не решающим. И вновь (как и при Мидуэе), Нагумо оказался в ситуации, которую он терпеть не мог: первоначальный замысел дал сбой, и теперь ему нужно было решать, что и как делать дальше. Вариантов было два: дождаться возвращения потрепанных эскадрилий «кейтов» и снова послать их на Оаху, прикрыв возможно большим числом истребителей, или задействовать ещё и сотню «взлов», ждавших своей очереди. Второй вариант выглядел более привлекательным, но для его реализации нужно было сократить дистанцию и войти в пределы радиуса действия американских противокорабельных самолётов. Нагумо колебался, и в это время пришло сообщение от одной из подводных лодок, обнаружившей в 11.00 в двухстах сорока милях к северо-востоку соединение американских кораблей, и среди них два авианосца. Такую угрозу следовал парировать немедленно, хотя Нагумо ещё не знал, что самолёты Хэлси – семьдесят четыре бомбардировщика, сорок шесть торпедоносцев и сорок истребителей – уже летят к японским авианосцам.

Внезапная атака янки могла бы кончиться полным разгромом Кидо Бутай, если бы в ста милях от соединения японская ударная волна не встретилась с американской, не завязала с ней бой и не известила

Нагумо о приближении противника – не ожидая появления у Оаху вражеских авианосцев, командующий Кидо Бутай не озаботился организацией тщательной воздушной разведки.

На цель вышли около семидесяти SBD, более тридцати торпедоносцев и три десятка истребителей – Нагумо, чтобы не затруднять возвращение своим самолётам, атаковавшим Оаху, не стал резко менять курс и уходить в сторону от расчётного места. Взаимодействие авиагрупп янки всё ещё оставляло желать лучшего, однако некое подобие совместной атаки у них получилось, и даже истребители не остались праздными зрителями происходящего – они прикрыли свои ударные эскадрильи и самоотверженно вступили в бой с полусотней «зеро», взлетевших с палуб «Дзуйхо» и «Рюдзё». Наиболее умело и слаженно действовали пикировщики с «Энтерпрайза», среди которых были ветераны Мидуэя (из числа пилотов соединения Флетчера) и участники потопления «Микумы». Они добились трёх попаданий в «Сёкаку» и четырёх – в «Дзуйкаку» и вывели из строя оба эти авианосца, лучших в составе Кидо Бутай. От «авенджеров» толку было мало – памятуя о горькой судьбе торпедоносцев при Мидуэе, малоопытные пилоты сбрасывали торпеды на большом расстоянии от цели и спешили уйти, не заботясь о результативности, – зато «доунтлессы» с «Йорктауна» сказали своё веское слово, влепив четыре бомбы в «Дзунъё». Авианосец загорелся и к вечеру затонул после серии затяжных взрывов. И показательное выступление перед союзниками устроили двенадцать «барракуд» с «Викториеса» – прикрытые шестью «харрикейнами», они изящно вышли в атаку на «Дзуйхо» и тремя торпедами отправили его на дно, потеряв при этом всего две машины.

«Хирю» остался невредим, «Хиё» и «Рюдзё» отделались лёгкими повреждениями от близких разрывов, но неожиданный и болезненный удар по флоту вторжения нанесли Б-26 с Оаху. Воспользовавшись тем, что все японские истребители отражали атаку на Кидо Бутай, пятнадцать «мародёров» атаковали транспорты соединения вице-адмирала Кондо, применив метод топмачтового бомбометания [54] .

Атака самолётом японского войскового транспорта

Тихоходные и неуклюжие транспорты с войсками оказались беспомощными – Б-26 потопили шесть судов, утащивших с собой на океанское дно около двух тысяч доблестных воинов микадо. А вместе с солдатами императорской армии захлёбывалось и наступление на Гавайи.

Соединение Хэлси было атаковано почти сотней пикирующих бомбардировщиков, прикрытых двумя дюжинами «зеро». К счастью для американцев, «тандема» – совместной атаки торпедоносцев и пикировщиков – на сей раз не было: уцелевшие «кейты» Нагумо, зияя дырами в плоскостях, возвращались после атаки Оаху и, дожигая последние литры бензина, высматривали среди горящих авианосцев Кидо Бутай неповреждённый, на палубу которого можно сесть. Японцев встретили сорок истребителей союзников, и важную роль в отражении атак сыграл «Викториес». Английская служба наведения истребителей, имевшая опыт боёв над Средиземным морем, безошибочно выдавала целеуказание тройкам «си харрикейнов», направляя их туда, где очередной клин японских пикировщиков превращался в острый коготь, нацеленный на корабли. После встречи над океаном с ударной волной Хэлси боевой порядок «вэлов» расстроился – кулак превратился в растопыренную пятерню, – «дикие коты» связали боем «зеро» прикрытия, а зенитный огонь американских кораблей стал гораздо более эффективным [55] . И авианосцев у янки оказалось не два, а три – пикировщикам пришлось разделять цели уже в ходе атаки. Но всё-таки «вэлов» было многовато, и опытных пилотов у японцев ещё хватало – потеряв около сорока машин, они добились попаданий во все авианосцы соединения Хэлси.

«Энтерпрайз» получил три 250-кг бомбы, но вновь оказался на высоте, справившись с пожарами и не потеряв ни скорости хода, ни возможности принимать и выпускать самолёты. «Викториесу» достались две бомбы, но бронированная полётная палуба спасала английский авианосец от тяжёлых повреждений. А вот «Йорктауну» врезали крепко: пять попаданий вызвали большие разрушения на ангарной палубе и под ней и стали причиной огромного пожара, охватившего весь корабль. Над «Йорктауном» клубился серый дым, однако Хэлси не терял надежды спасти повреждённый авианосец. Возможно, это удалось бы сделать, если бы не крутившаяся поблизости японская субмарина «И-19». Капитан 3-го ранга Кинаси не упустил удобный случай – он пристрелил горящий «Йорктаун» тремя торпедами, а заодно (четвёртой торпедой) отправил на дно подвернувшийся под руку эсминец «Эндерсон».

Потопление «Йорктауна» и эсминца «Эндерсон» подводной лодкой «И-19»

…К вечеру 1 сентября 1942 года вице-адмирал Нагумо, подсчитав потери, испытал острое желание сделать себе харакири. Два из семи его авианосцев были потоплены, ещё два – выведены из строя. Продолжать атаки было нечем: в распоряжении командующего Кидо Бутай осталось тридцать пять пикирующих бомбардировщиков, тридцать «кейтов» и сорок истребителей. Ударное соединение потеряло три четверти самолётов, и в довершение всего американская подводная лодка потопила у атолла Джонстон авиатранспорт «Мидзухо» с тридцатью пятью истребителями «зеро». Степень боеспособности уцелевших американских авианосцев была неизвестна, но оставалась ещё многочисленная базовая авиация янки на Гавайях, и гибель шести транспортов с войсками показала, что ждёт флот вторжения при попытке высадить десант. И Ямамото, не решившись атаковать Оаху линкорами, приказал отступать.