Мунсайд
Шрифт:
– Эй! Привет! Садись к нам!
Я в нерешительности застыла на месте, но поняла, что это неплохой вариант. Я села напротив Уоррена, а Томас демонстративно отодвинулся от меня. От него сильно несло горьковатым неприятным мужским дезодорантом. Раз его сестра в компании магов, то и он наверняка относится к этой касте.
– Привет, я Уоррен. – Парень протянул мне руку, хотя сам смутился от нелепости этого жеста, и я неловко пожала широкую потную ладонь. – А это Томас. – Тот сдержанно кивнул, не отрывая взгляда от подноса. – Я… хотел извиниться за урок литературы. Не стоило мне так возникать.
Я молча водила вилкой по
– Я сам был новеньким год назад. Переехал из Виннипега, – с гордостью сказал Уоррен. От него так и разило жизнерадостностью и оптимизмом, свойственными канадцам. – Ну… как тебе Мунсайд?
Томас бросил на меня недовольный взгляд.
– Он сильно изменился, пока меня не было.
Томас прыснул, а Уоррен широко раскрыл глаза от удивления. Зачем я это сказала?..
– Так ты и правда та Лавстейн, которую похитили несколько лет назад? – Он перешел на восторженный шепот, будто кто-то мог подслушать нас в этом гуле.
– Тише, тише. Я всего лишь дружелюбный сосед, Человек-паук. Не надо, чтобы обо мне знали лишние люди.
– Так ты последняя из Лавстейнов? – зашептал Уоррен. Глаза у него так и загорелись. Боже, лишь бы он не оказался еще одним искателем приключений. – Я столько читал о вас, постоянно ходил в городской музей, фото твоих предков есть на каждом важном событии города.
Кажется, у нас тут фанатик Мунсайда.
– Я слышал, тебя похитили, хотели потребовать выкуп, но твой отец отказался.
Полезно знать такие слухи.
– А похитили меня, наверное, масоны, – фыркнула я, сложив руки. – Слушай, Уоррен, все куда прозаичнее. Если ты мне сейчас будешь затирать легенды о том, что мы выкупили эту землю у какого-нибудь демона…
– Ифрита, – поправил он.
Сказать, что я удивилась, – ничего не сказать. Едва язык не прикусила. Откуда такие познания?
– У кого?
– Ну… ифрит. Что-то вроде джиннов.
– Все намного проще. – Я решила рассказать одну из известных баек городка. – Жил индеец с чудным именем, был он шаманом, думали, что демон. Мой предок выкупил у него землю за свою так называемую душу, что на деле оказалось воздушным змеем. На одной его стороне была луна, на другом – солнце. Змей упал на землю стороной с луной вниз, и город назвали Мунсайдом. Никаких демонов, ифритов и кто там у тебя еще. Я понимаю, городок унылый. Хочется, чтобы тут бродили оборотни и вампиры. – Томас куда-то уставился, и я интуитивно проследила за его взглядом. Рыжая девчонка, которая отвела от меня Варрона. Сестра Томаса. Варрон подошел к ней и что-то шепнул на ухо. Она не сводила с меня недовольного взгляда. – Но никто меня не похищал. Меня отдали в интернат на юге Канады, потому что папочке я надоела. Потом выгнали. И брат меня забрал. Все. Конец.
Внезапно мой поднос опрокинулся прямо на меня. Пюре, горошек, кусок мяса – все оказалось на моей одежде. Я ошарашенно наблюдала, как рыжее пятно уродливо расползается по джинсам, пока свита Варрона задыхалась от смеха.
– Привет, Уоррен, – заговорила подошедшая к нам рыжая девчонка, обняв
парня со спины. – Привет, Томас.Ох, как же сильно завоняло ведьмой и несанкционированной магией.
– Селена, – Томас впервые заговорил, – познакомься, это Ивейн Лавстейн.
Я с наслаждением ждала ее реакции, надеясь, что она так и захочет меня умаслить, обильно извиняясь. Но она только вздернула брови и фыркнула.
– Селена Хиллс.
Она была наитипичнейшей ведьмой среднего разряда. Ее магия была такой банальной и простой в сравнении с теми же вуду, виккой или гоэтией, что ее называли классическим салемсизмом в честь немалоизвестных салемских ведьм. Представьте самое скучное, что вы знаете о магии: зелья, легкие заклинаньица, врачевательство и такие ничтожные манипуляции со стихиями, что они едва заметны.
– Очень приятно, – проговорила я, принимая из рук Уоррена салфетки и пытаясь хоть как-то спасти джинсы, но безуспешно. – В этом Хогвартсе не учат чистящим заклинаниям?
Уоррен улыбнулся, а вот Селена и Томас напряглись.
– К сожалению, нет, – ответила Селена. – Давай я покажу тебе, где туалет.
А затем схватишь за волосы и ударишь головой о раковину?
– О! Очень мило с твоей стороны.
Меня ждало позорное шествие через всю столовую, и я солгу, если скажу, что Селена не получила от этого удовольствия. Интересно, она знает, что через несколько месяцев мне исполнится восемнадцать и я смогу ее хоть на корм пикси отдать, независимо от того, едят они человечину или нет.
Мы вошли в туалет. Селена остановилась у зеркала, поправила волосы и перевела на меня уничтожающий взгляд.
– Я знаю, кто такие Лавстейны, достаточно хорошо. И хочу, чтобы ты уяснила кое-что.
Я скрестила руки на груди, готовясь бить по лицу и таскать за волосы. Потому что все к этому и шло.
– Я уверена, что ты поступишь точно так же, как и твой отец: трусливо спрячешься и оставишь всех жителей без нормальной магии. – Она подошла вплотную.
Кажется, теперь я поняла, почему меня так холодно встретили. Вероятно, Лавстейны принесли больше вреда, чем пользы. Мы просто обесточили магическую часть своим уходом. Все видели, что городок вымирал. Нечисти было за что нас ненавидеть.
– Своим отъездом ты лишила нас Кави. – Она подтвердила мою догадку и ткнула пальцем мне в ключицу.
– Эй! Тебе-то какая разница? – Я сделала шаг назад.
– Ты правда не в курсе?
Я надеялась, что она блефует.
– Слушай меня, ведьма…
– Это ты слушай меня, отродье Лавстейнов. Можешь думать, что все только и ждали твоего возвращения, но ты сильно ошибаешься. Лавстейны – уже прошлое. И ты – прошлое. Как думаешь, кто вывез тебя из города?
Я была озадачена. Мой отъезд – последняя воля отца, он не хотел, чтобы я была с Кави.
Селена усмехнулась.
– Какая ты глупая, всего лишь жалкий прислужник такого же жалкого демона.
Я уже занесла руку для удара, только вдруг горло обожгло и свело чудовищным спазмом. Я попыталась закричать, но изо рта вырвался лишь хрип. Чары. Черт побери.
– Советую тебе спрятаться в своей башне, принцесса, – она нагнулась ко мне и прошептала: – и не высовываться.
Селена вышла из туалета, и я рванула к раковине. Меня трясло: от страха, гнева, вопросов. Она блефовала. Откуда малолетняя ведьма могла что-то знать? Но с одним я была согласна: меня здесь явно не ждали.