Чтение онлайн

— Таковы обычаи фронтира.

— Штука в том, что в других городах планеты тоже начались беспорядки, — сказал Генри. — Местные громят представительства и офисы корпораций, к гражданам Содружества тоже есть вопросы, и они заперлись на территории консульства, которое плотно осадили, но пока не штурмуют. Похоже, что сидя под землей, ты пропустишь все веселье. Как тебя вообще туда занесло?

— Стреляли, — сказал я.

— Ты добыл артефакт?

— Нет.

— Значит, ты намерен продолжать операцию? — да за кого он меня принимает? За бессмертного героя из второсортного сериального

боевика?

— Нет, я намерен пересидеть весь этот бардак под землей, а потом потихоньку вернуться на корабль, — сказал я.

— Звучит не особо занимательно, кэп.

— Проза жизни, — сказал я и отключился.

Что ж, задница, в которую я попал, оказалась даже глубже, чем я думал.

Присоединение местных к веселью увеличивало количество участников на порядок, а то и на два. И все они со стволами, все они нервные и будут палить в любого незнакомого человека. План пересидеть все это безумие под землей стал казаться мне еще более привлекательным.

Но стоило отойти подальше. В туннеле была кромешная тьма, так что двигаться пришлось чуть ли не наощупь, но свет я не включал. Источник света демаскирует, так что в подобных обстоятельствах он не помощник, а скорее вредитель. Конечно, спецы могут найти тебя и в темноте, но в деле участвовали местные, а среди них спецов должно быть не так уж и много.

Чтобы минимизировать грядущую головную боль, я отпустил Стрелка (его профиль нельзя задействовать слишком долго, если не хочешь получить очередной приступ мигрени), и вокруг стало еще темнее.

Минут через пять следования по захламленному проходу мне встретилась очередная дверь. Замок был цифровой, но очень примитивный, так что я взломал его и оказался в пустынном коридоре, освещенном редкими и тусклыми потолочными лампами.

Включенное освещение, пусть и такое скудное, было плохой новостью. Никто не стал бы тратить энергию просто так, и значит, где-то впереди по курсу могли быть люди.

Щелк.

Я призвал Волшебника, чтобы он просканировал проход на предмет датчиков движения или каких-нибудь хитроумных ловушек, но он ничего не обнаружил.

Щелк.

Стрелок тоже ничего не нашел. Прямо по курсу царила тишина, но тишина — это штука обманчивая. Есть куча опасных тварей, которые не издают ни малейшего звука до тех пор, как бросятся на тебя в атаку.

Идти назад было опасно. Место перестрелки уже должно было кишеть местными или кое-кем похуже. Взрывы в ночи имеют способность привлекать внимание, знаете ли.

Иди вперед тоже было опасно, и я рассудил, что вот это место для ожидания ничем не хуже любого другого (на самом деле оно было хуже, но вы понимаете, о чем я).

Я вернулся на темную сторону подземелья, прикрыв дверь, но не став замыкать замок, и опустился на землю. Нога у меня уже не болела, ранение вообще перестало о себе напоминать, у меня оставалось оружие, какие-то намеки на связь с Генри, которому пока ничего не угрожало на территории космопорта, и я решил, что все могло быть и хуже.

И через несколько минут все стало хуже.

Я услышал звуки.

Ничего конкретного, не шаги, не голоса, не бряцание оружием. Просто

какие-то шорохи, которых раньше не было, и которых здесь не должно было быть в принципе. И что самое поганое, эти шорохи доносились из темной половины подземелья, словно кто-то шел по моему следу.

А вполне возможно, что и на самом деле шел.

Это была не очередная партия богомолов «Ватанабэ». Те не стали бы красться, те рвались бы вперед, разнося все на своем пути. Это были создания куда более непредсказуемые и опасные.

Люди.

Стараясь издавать как можно меньше шума, я приоткрыл дверь и скользнул на светлую сторону коридора. Закрыл дверь, запер замок, выиграв этим для себя от нескольких секунд до нескольких десятков секунд. Фора зависела от квалификации тех, кто будет взламывать эту дверь с той стороны.

Судя по их осторожному передвижению, силовой вариант вскрытия они использовать не будут. Ровно до тех пор, пока я не дам им повод.

Я отошел до первого поворота туннеля, который был примерно в двенадцати метрах от двери, раздумывая, что это неплохое место, чтобы устроить засаду. Они откроют замок, окажутся на свету, и у меня будет достаточно времени, чтобы всех перестрелять. Но не успел я додумать эту оптимистичную мысль до конца, как позади меня, на этот раз уже с этой стороны перегородки, послышались шаги и голоса.

Местные.

Специалисты не стали бы так шуметь.

Хорошо бы, это были гражданские, которые решили последовать моему примеру и укрыться от творящихся на планете безобразий под землей. Однако, существовала немалая вероятность, что это воинственные аборигены, которые прочесывают местные проходы не просто так, а вид у меня довольно подозрительный. Я ношу побитую броню, увешан оружием, как стартап кредитами и точно не похож на мирного горожанина.

Щелк.

Я призвал Стрелка, положил руку на игольник, но полностью доставать его не стал. Доставая оружие и держа его на виду, ты демонстрируешь готовность к бою и только увеличиваешь вероятность перестрелки.

Позиция у меня была — хуже не придумаешь. Я находился в каменной кишке, и с одной стороны на меня надвигались недружелюбно настроенные по отношению к чужакам местные (и не то, чтобы у них не было для этого достаточно весомого повода), а с другой — те самые злобные чужаки. И никаких альтернативных путей отхода.

С тактической точки зрения было бы выгоднее прорываться сквозь местных, уходя дальше от места, где богомолы настигли группу Моники, но я не знал, сколько их, а спецы были уже на подходе, и я боялся завязнуть в перестрелке с одними и тем самым дать возможность другим спокойно пристрелить меня в спину.

Кроме того, существовала мизерная вероятность, что местные окажутся мирными жителями, прячущимися под землей, и да, в те короткие мгновения я гонял по кругу одни и те же мысли.

Жертвы среди гражданского населения неизбежны, говорил нам Трехглазый Джо, и рано или поздно вы прикончите своего первого мирного жителя. Такова уж суть нашего бизнеса, в любой операции возможен попутный ущерб. Сильно переживать по этому поводу не стоит, однако, следует прилагать некоторые усилия, чтобы попутного ущерба было как можно меньше.