Мама - это Ты
Шрифт:
Глянул и усмехнулся. Рожа ещё та. Хотя, раньше, наверное, ещё хуже было. За почти полтора месяца в реанимационном отделении, основные страсти с лица ушли. Не все, конечно, но скоро лицо очистится совсем. Сойдут остатки кровоподтёков, уйдёт желтизна и там уже видно будет. А вообще, ничего особенного, конечно, но не так уж всё страшно. Вполне себе, нормальное лицо. Не звезда, но в тоже время, не уродец и это даже если учитывать мой, искушённый взгляд оценщика. Это к тому, что мне действительно, есть с кем сравнивать. Нос к примеру… Да нос, как нос. Обычный, девчачий. Прямой, тонкий. Губы немного полноваты как по мне, но это, вполне может статься, из-за отёков. Зубы ровные, гнилых нет. Глаза тёмно-карие, большие. Уши правильной формы, прижатые к голове. Шея длинная. Грудь… Ну, грудь, если честно, так себе. Форма, вроде, неплохая,
Вот с волосами облом пока. Лысый я… Вернее, она лысая. Не как бильярдный шар, конечно, но при реанимационных мероприятиях, когда занимались головой, видимо, сбрили их для удобства и теперь на голове очень короткий ёжик. Растительность буквально только начала пробиваться. Миллиметра на три едва повылазило, а сама голова, была в швах. Но это маленькая проблема. Швы рассосутся, волосы отрастут ещё, никуда не денутся. Что же касаемо общей внешности, то тут я был ещё раз удивлён. Непонятно, почему та Саша, была такого плохого мнения о себе. Рост у неё хороший, где-то около метра семидесяти. Для девушки в самый раз. Ноги неплохие. Действительно, неплохие. Просто, худые как щепки, от отсутствия на них нормального мяса. Она что, недоедала? Или на диете сидела? Есть хорошая талия. Впрочем, при такой-то худобе… Хотя, нет, вру. Худоба-то везде. А я рассматриваю сейчас, относительно ширины тазовых костей. Которые прекрасно видно, даже без рентген-аппарата. Ибо, торчат сквозь тонкую кожу.
В общем, девка имела всё, чтобы хотя бы быть обычной девушкой, каких много. Да, не звездой, но одной из многих. И шансы на нормальную жизнь, у неё тоже могли бы быть не нулевыми. Всего-то надо было немного изменить отношение к себе. Однако, увы и ах, имеем то, что имеем. И с этим надо что-то делать. Будучи дистрофиком, даже самому себе не поможешь, не то что другим людям. Значит, пунктом первым плана, будет приведение Саши (потому что, себя я не могу заставить отождествлять с ней) в нормальную форму. А то с этим «суповым набором», даже на мыловарню не возьмут.
Ковыляю назад к койке. Сил уже почти не осталось. На это короткое путешествие, от кровати и назад, растратил последнее. Уже почти добрёл до места, когда споткнулся о чей-то сапог, торчащий голенищем из-под кровати.
– Сууука!
Ноги подкосились, руки не выдержали нагрузки. В общем, хрястнулся знатно. Лежу на полу, стараюсь прогнать звёздочки в глазах и унять головокружение. Кряхтя от натуги, пытаюсь подняться. Из носа капает. Кровь пошла. Как раз, в этот момент, вся бабская кодла, что обитает в этой палате, вернулась с обеда, застав меня в позе на четырёх костях. То есть, на карачках. Подол больничной рубахи задрался, задницу ласкает сквознячок из открытых дверей. Вид сзади, наверное, фееричный. Кроме рубахи-то, на теле Сашки ничего нет. Даже трусов. Ох и забегали, запричитали. Не больничная палата, а птичник какой-то:
– Как ты, Санечка?
– Сильно ушиблась?
– Где болит?
– А мы тебе покушать принесли.
В несколько рук, меня воздвигли в вертикальное положение, одернув подол рубахи.
– Нормально всё, – бурчу в ответ на глупые вопросы, но писк получается какой-то жалобный. Блин!
– Что ж ты не дождалась нас?
Удивлённо смотрю на окруживших мою койку женщин. Ну, чего пристали? Какое дело до чужих проблем?
– Врач сказал нагружать себя потихоньку, – отмазываюсь вслух.
– Ну, так это надо под присмотром делать. А если б ты об острый угол спинки кровати головой ударилась? Ты ж едва от черепно-мозговой травмы оправилась! – говорит авторитетно самая старшая. Кажется, её зовут Клавдией. – Так ведь, и до новой беды недалеко. Куда, хоть, ходила?
– К зеркалу.
Тётки заулыбались все, понимающе кивая. Ну, ещё бы. Видимо, по их мнению, любую женщину в первую очередь интересует внешность. А не потеряла ли привлекательность и так далее. А может, так и есть? Мне-то откуда знать? В моём положении, сейчас лелеять свою мужественность глупо. Если только, мысленно это делать. Я ведь, по сути, заключённый. Без вины виноватый. Своеобразный такой арестант, находящийся заключенным на пожизненном сроке в тюрьме женского тела.
А значит, дабы не выглядеть, как бы это дико не звучало для меня «идиотКОЙ», обязан наблюдать, запоминать, учиться. Хотя, мужское естество, противится и отрицает чуждое. И ведь теперь с этим жить до конца.Видимо МОИ невесёлые мысли, слишком явно отразились на Сашином лице. Потому что, Клавдия, поняв их по-своему, присела на краешек кровати рядом и участливо заглянула в глаза:
– Ты, девонька, не расстраивайся. Вернётся к тебе твоя красота. Никуда не денется. Отёки с лица сойдут, волосы отрастут. Краше прежнего станешь. Тебе б немного поправиться. Эко ты себя довела. Разве ж так можно? Светишься вся насквозь.
– Ерунда, это всё, – таким образом пытаюсь завершить бесполезный разговор и отвернуться к стене.
– Ты мне это прекрати, Саня! Что значит, ерунда? Жизнь тебя побила, это верно, но надо двигаться дальше. Правда, девочки?
Девочки кудахчут одобрительно, соглашаясь с мнением старшей подруги.
– Так, короче, давай поворачивайся. Сейчас мы твою чумазую моську протрём и будем кушать. А то так ты и до туалета не дойдёшь при нужде. От голоду ещё никому сил не прибавилось.
И тут с ней сложно не согласиться. Что есть, то есть. Надо начинать жрать.
Глава 2
В середине следующего дня забежала проведать Марина. Принесла небольшую дорожную сумку с Сашиными вещами и, собственно, сумочку, которая является обязательным атрибутом любой женщины. Сидит теперь рядом и тарахтит без умолку. А я… Я тоже сижу и разбираюсь с гардеробом. В этом плане у Саши не разгуляешься. Наследство от неё… Короче, без наследства придётся обходиться. Из имеющегося, старенький затасканный халат, три пары трусов и бюстгальтер. Имеется ещё спортивный костюм, бледно-розового цвета с белыми полосками и «лиапёрдовые» тапки на небольшом каблуке. Тапки! На каблуке! «Лиапёрдовые», мля!! М-дааа! По ходу, со вкусом у девочки был полный швах. Один плюс во всём этом есть только. Саша, видимо, каблуков не чуралась, а значит, если придётся их одевать при нужде, ноги отваливаться не станут. Основной памяти старого носителя не сохранилось, но мышечная-то должна была остаться. Ну, да посмотрим. Хорошо хоть, нижнее бельё не розовое. Но с ним другая проблема. Сдаётся мне, Саша была не просто стеснена в средствах, а что называется, нуждалась. Потому что, не было ни одной пары трусов без дырок. И всё бельё, застиранное до такой степени, что, в принципе, не подлежит носке. Какое-то серое, аж противно. Про дыры уже говорил.
Так и не удивительно. Сколько там ей платили за мойку посуды? По-любому, копейки. А девке ведь надо было ещё за комнату платить, ну, в смысле, коммунальные услуги там, свет и так далее. Сколько оставалось на житьё-бытьё? На себе экономить приходилось, а помочь некому. Тут уже не до красоты, не протянуть бы ноги. Впору на панель выходить. Однако, не пошла. Почему? Даже туда не взяли? Становится жалко несчастную девчонку, обделённую нормальным детством и лишённую простых человеческих радостей. Ну, какой мужик посмотрит на эту замухрышку? А ей ведь, поди, тоже о принце на белом «мерседесе» мечталось. Чувствую стыд, перед товарками по палате, за свою тушку. Вроде, и не моя вина, но вот уши уже горят. Отрешённо верчу в руках самую годную тряпку из трёх на выбор. Это я о трусах. Раздумываю, одевать, не одевать? Кто-то подходит. Поднимаю глаза. Это та женщина, которая очень даже ничего. Как там её… Ирина, вроде бы. Остальных в палате нет. На прогулку отправились, а эту оставили бдить за мной. Они теперь по очереди Саню мою караулят. К слову, сегодня, прямо с утра, ейный хахаль забегал. Припёр такую охапку разнообразных цветов, мама дорогая! По ходу, целый цветочный киоск оптом скупил. Теперь вонища на всю палату от этой «красоты», аж чихаю периодически с завидной регулярностью. Но, вроде бы, это не аллергия. Нос не закладывает.
– Такое нельзя носить! – скептически оценивает гардероб Саши Ирина. – Ты же молодая девушка, а не хабалка из подворотни.
Смотрю на неё. Ну вот, какой смысл говорить банальности? Будто я этого сам не понимаю. И пусть никогда женщиной не был… Ну, до этого вот момента, и то понимаю, что это ветошь, а не бельё. Но другого всё равно нет.
– Есть получше? – ну вот умеют тётки, задавать глупые вопросы. Интересно, долго думала, прежде чем спросить? Ну, ведь понятно, что если бы было…