Крысобой
Шрифт:
Угнетенные жители Корханеса? Но спрашивать это я, конечно, не стал. Может у них в степях такая пропаганда. Чтобы пришло царствие их князька на весь этот мир, надо, понятное дело, «освободить» другие народы от мрака невежества.
— Давай-ка, приятель, по порядку, — начал я. — Ты один из двух главных полководцев вашего войска, так?
Он кивнул.
— Значит, ты должен точно знать, кому вы пришли помогать. Какой приказ ты получил от вашего князя?
Хараган начал сомневаться, стоит ли ему рассказывать все.
— Кто ты? — спросил он. — Я хочу знать, с кем говорю.
Люк сообразил, что надо ему
— Меня зовут Крысобой Кранц, — представился я. — Я уполномочен правителем этой крепости допросить тебя. И либо ты отвечаешь на все мои вопросы, либо жалеешь, что не сделал этого.
По изменившемуся лицу Харагана мне стало ясно, что имя Крысобоя ему известно. Он молчал, боясь попросить меня снять шлем. Что, и в лицо меня знает? Вроде бы никто из северных степей давно не появлялся. Я поднял забрало.
— Мне нужно разобраться, чего вы, казарбы, хотите. Что вы здесь забыли? Это же просто.
— Я расскажу все, что знаю, Кранц, — наконец заговорил Хараган. — Но обещай, что ты отпустишь меня.
В принципе, я и так собирался отправить его к своим в степь. Чтобы он передал казарбам забыть дорогу в Корханес.
— Давай, рассказывай, — велел я. — Мы тут не торговаться пришли. Будешь молчать — точно не попадешь домой.
— Пять лет назад далеко к северу, примерно два месяца пути отсюда, на один из наших лагерей напали, — начал рассказывать Хараган. — Это были демоны, похожие на людей, но обладающие нечеловеческой силой. Нам на помощь тогда пришли гоблины. Их колдуны сумели ослабить магию тех демонов. И мы победили в решающей битве. С тех пор между нами и гоблинами дружеские отношения. Три года назад мы заключили союз взаимной помощи. Они попросили нас о военной поддержке пять месяцев назад, когда армия вашей империи нарушила старый договор и напала на южные границы царства гоблинов.
Что-что? Мы напали на гоблинов? Я посмотрел на Люка. Тот слегка пожал плечами «ну а что такого?» Я дал Харагану напиться воды из фляжки.
Требовался перерыв. Чтобы уточнить всплывшие факты и разные мелкие, и не очень, детали. Но лучше обойтись без перерыва. Мне очень хотелось узнать точку зрения другой стороны, даже если это ложь и провокация. Двойные стандарты казарбо-гоблинской пропаганды.
Но если это реальные факты местной истории, с которыми я по целому ряду причин пока не знаком, то мне нужно отослать Люка куда-нибудь.
— Люк, иди наверх, найди Фреху, если она уже вернулась или жди, когда появится. Она мне нужна.
Люк положил кочергу на пол и ушел.
Хараган посмотрел на кочергу и поежился. Он подумал, что я избавился от Люка, как от свидетеля ужасных пыток и возможно, убийства.
— Я говорю правду, Кранц, — беспокойно произнес он скороговоркой. — Ты же можешь это проверить.
Как я могу проверить? Заглянуть в хрустальный шар или, может, в учебник альтернативной истории какого-нибудь мракобеса-гоблина?
— Напомни мне про старый договор между нами и гоблинами, — вежливо попросил я.
Для начала пойдем маленькими шажочками, чтобы отделить зерна от плевел.
— Это было больше тридцати лет назад, — сказал
Хараган. — Тогда Марчес Первый пересек пролив, захватил Эртуз и Корханес. Он прогнал гоблинов, троллей и орков из Шамы.Вот тебе на. А люди здесь жили?
— Люди, жившие здесь, поначалу, конечно, обрадовались, — продолжал казарб. — Но со временем поняли, что Империя только называется Благоденствия, а на самом деле, это Империя Зла.
— Стоп, Хараган, — прервал эту политинформацию я. — Не говори за людей. Откуда тебе знать? Давай про гоблинов и ваш с ними сговор. Мне интересно, какая версия у них насчет того, что случилось полгода назад?
— Ну вы напали на их деревни и поселки на правом берегу Басдоривы, чтобы прогнать гоблинов еще дальше, за реку, — ответил он. — Ты же был там.
Откуда ему известно? Ладно, не так уж важно. Что насчет того сражения, в котором меня подстрелили отравленной стрелой?
— И что дальше? — спросил я. — Вы отправили подмогу?
— Не регулярные войска, а добровольцев с южных степей. Но князь Баруноми считал, что этого будет достаточно. Мы ошиблись и вы разгромили то войско гоблинов и наше ополчение. Правда, говорили, что и у вас большие потери. До нас дошли слухи, что даже ты убит.
Получается, тот «сброд наемников» в количестве ста тысяч, был добровольным ополчением степняков? Марвин, понятно, передал то, что командиры сказали.
А про меня и в далекой степи ходит слава. «Даже ты».
Как интересно. Риффен и Юстиг ничего мне не говорили, да я и не спрашивал, а Фреха раньше обо мне ничего не знала, по ее словам.
Нет, Фрехе я верю. Да и Риффен — мужик правильный. А с Юстига и нечего требовать. Ему приказали, он воюет. Он же солдат.
Но сама концепция этой войны под новым углом смотрелась кривовато.
— Слушай, Хараган, — сказал я. — Это все понятно. Но ты объясни мне, почему вы пришли двадцати тысячной армией, если знали, что корпус Юстига разгромил сто пятидесяти тысячное войско до этого?
Казарб снова начал ворочать свои мысли и даже брови сморщил. Дело дошло до военной тайны и государственных секретов, которые он выдавать не хотел.
Впрочем, ответ я и так знал. Ничего сложного. Где-то на подходе большая армия казарбов. А это передовое войско прибыло, чтобы связать Корханес и вызвать на себя оставшиеся от корпуса Юстига тысячи. Наверняка они в курсе всего, благодаря гоблинской разведке.
И главное — они полагали, что профессиональная армия с двумя тысячами арбалетов должна справиться.
Хараган так и не ответил. Он анализировал, что лишнего уже сказал, а может быть, завис из-за того, что не мог понять, почему я не знаю элементарных вещей.
Гоблины попробовали защититься с помощью военной силы, но у них ничего не вышло. Потом решили применить запрещенные в этом мире методы и нарвались на Хильду, которая помогает Фрехе и мне заодно. Тогда гоблины поняли, что пора сваливать и ушли за реку. Сидят там в надежде, что казарбы все-таки смогут победить.
Что из всего этого следовало?
В первую очередь, надо помириться с гоблинами. Тогда и казарбы, возможно, успокоятся.
Нужно выслушать точку зрения Риффена. Раз уж мы решили отделиться и стать независимыми от Империи, пора вести собственную внешнюю политику.